Георгий Зотов. / АиФ
Мусор здесь никто не убирает. Люди живут посреди ужасного запаха. Но они не замечают — привыкли. Название издевательское — это место именуют «шоколадный город»: поскольку он тёмно-коричневого цвета, все хижины слеплены из грязи с глиной.
«Когда я скажу тебе — убирай телефон, делай это без рассуждений, — строго объясняет мне мой проводник Дэниэл Мвенда. — Здесь жизнь ничего не стоит. Если человек пьяный — он сразу может тебя прикончить, вообще не колеблясь. Ночью местных жителей постоянно убивают. Спрячут тело в отбросах — никто не заметит. Когда ты не ел 3-5 дней, состояние такое, что тебе без разницы — зарежешь за доллар, лишь бы набить живот».
Трущобы Кибера в пригороде столицы Кении Найроби считаются самыми большими в Африке — точной цифры нет, но, как полагают, тут ютятся от одного до двух миллионов человек. Обозреватель «АиФ» провёл там семь часов, и обитатели трущоб рассказали — как жить без еды, воды и электричества, легко ли хорошо питаться на 50 рублей* в день, и главное — можно ли сохранить оптимизм и хорошее настроение, когда у тебя всё вконец хреново.
«Со вкусом помойки»
Люди в Кибере стали селиться в 1922 году — сначала отставные солдаты, служившие британским колонизаторам, затем — нищие сельские жители, искавшие работу в столице колонии. Фактически, это город на свалке. Не выходя из дома, народ выбрасывает отходы в канаву. Рвы служат для отправления естественных нужд. Благотворительные организации устанавливают общественные туалеты, но кабинки быстро скрываются под нечистотами — если в Кибере минимум миллион человек, это разве помогает?
Привозят и воду в огромных ёмкостях, но надолго её не хватает — душ здесь жители не принимают месяцами. В среднем, вода есть примерно в одном из 70-80 домов. Огромное количество бродячих собак, ужасно тощих — хозяев у них нет, «бесполезных» животных кормить нечем. На свалке пасутся козы, куры и свиньи — поджарые, «спортивные». Жуют пластиковые пакеты и другие помоечные «прелести».
«Мясо ужасное, — свидетельствует Дэниэл. — Ты бы не стал такое есть. Жилистое, со вкусом помойки — не прожевать. Но домашние животные — способ выжить».
Я спрашиваю, сколько стоит дом из грязи. Оказывается, «под ключ» — 60 000 рублей. «А ипотека есть?». «Да, что-то типа того. Можно договориться, и выплачивать пару лет, постепенно».
Удивительно, но народ, живущий в столь ужасающих условиях, не хочет оттуда уезжать. Правительство попробовало строить квартиры рядом, и сдавать их желающим за 900 рублей в месяц. Люди «пересдавали» жильё за 1 300 рублей, а сами возвращались в свои хижины из грязи. «Им так выгоднее, — вздыхает Дэниэл. — Пусть в нечистотах, но зато лучше питаются».
«Есть охота постоянно»
Удивительно, как бурлит жизнь. Всюду маленькие магазинчики, оплата телефонов, продажа старых вещей, моют посуду (водой из луж, которая аж чёрного цвета). Женщины чистят овощи и фрукты. Полно и кафешек с грязью и полной антисанитарией. Огромная порция кукурузной каши и тушёной козлятины стоит всего 90 рублей, но большинство людей не могут себе это позволить. Хорошая зарплата в трущобах Киберы — 180 рублей в день, однако её надо постараться найти, подобное место получают по знакомству. Большинство зарабатывает 90 рублей в сутки, а есть и такие должности, что и 50 рублей — например, дворники. Я интересуюсь у 27-летней Марии (девушка выглядит на все пятьдесят) — как она питается на такие деньги?
«Хожу за 10 километров в деревню, покупаю кукурузу у крестьян. Очищаю зёрна. Толку в ступке в муку, варю кашу на воде два раза в день. Есть охота всегда, но от голода тоже не умрёшь».
Иногда женатый брат, работающий поваром в кафе, приносит ей остатки мясной подливки от козлятины, и тогда праздник. Но довольно редко — я сам видел, как в трущобном общепите до блеска вычищают миску. Клиенты ничего в ней не оставляют, не стесняясь элементарно вылизывать языком. Аптеки есть, и частьлекарств раздают бесплатно. Но зачастую они не действуют. «Говорят — принимайте во время еды. А как, если я два дня вообще не ел?».
«Лечь и сдохнуть»
В среднем, продолжительность жизни в Кибере — 40 лет. Это ещё нормально — в пятидесятые годы XX века люди там не доживали и до двадцати пяти. Я хожу, и вижу, как жарят на углях мясо с ужасным запахом (холодильников, конечно, нет), а дети сидят прямо на помойке, среди гниющего мусора, и вовсю играют пластиковыми бутылками и ржавыми банками.
«Воров, конечно, много, — жалуется 32-летняя Ванесса. — Привезут от правительства стройматериалы для крыш, от дождей укрепить — их тут же украдут. Сами у себя воруем, и никого это не волнует».
Несмотря на то, что это Африка, в Кибере достаточно прохладно (Найроби расположен среди гор, там особый климат), иногда ночью температура опускается до + 5 — спят в куртках, и случаи смерти от переохлаждения не редкость. При сильных ливнях дома из грязи размывает, и какое-то время их жители остаются под открытым небом, пока не подыщут новое жильё. Удивительно, но обитатели Киберы, практически живущие в аду, на редкость позитивны. Они улыбаются, шутят, охотно позируют для фотографий — обычно в бедных районах Африки народ отказывается фотографироваться, злобно отвечая чужаку-иностранцу — «Здесь тебе не зоопарк!». Трущобные жители приветливо машут рукой, рассказывают анекдоты, смеются.
«А как вы хотели? — говорит мне 33-летний Алекс. — Если без юмора, здесь две вещи на выбор — либо лечь и сдохнуть, либо сойти с ума. Это помогает выжить. Понятно, что вокруг мрак. Но если у тебя есть самоирония, то ещё не всё потеряно».
«Вы досыта едите хлеба?»
«Мне не нужно думать, чем оплатить счета за электричество, телефон, воду, бензин для машины, — улыбается 28-летний Чарльз. — У меня их тупо нет. Разве это не счастье?».
Сотовые телефоны в Кибере — кнопочные, с битым стеклом, треснутые, считаются роскошью. Ими пользуются по 10 лет. Телевизор не видел ни в одном доме. Компьютеров, конечно, тоже нет.
«Никогда не знаешь, что тебя ждёт, — объясняют мне. — Сегодня человек, который тебя знает много лет, с тобой здоровается, а завтра он убьёт твою семью, потому что ему нужны деньги на наркотики».
Дэниэл показывает «культурный центр», где он учит школьников рисовать и играть в футбол.
«О чём ты мечтаешь? — спрашиваю я 7-летнего Себастьяна. «Вырасти и уехать в Америку. Там очень много еды! Мне сказали, вы из России?». «Да». «О, я слышал, там столько хлеба, что русские могут каждый день есть его досыта. Неужели это правда?». «Да, хлеба у нас много». «Присылайте нам любые ваши объедки, хоть чёрствые. Я буду счастлив».
После поездок в Африку, я не терплю заявления от отдельных личностей, что якобы «мы России живём, как в Африке» — причём, это сообщают персонажи, которые дальше отдыха на Мальдивах в жизни своей никуда не ездили. Я не пытаюсь на контрасте с Киберой показать — ах, как у нас-то всё замечательно. Но, действительно, в мире есть сотни миллионов людей, находящихся в аду от младенчества и до старости, и не замечающих этого. Для них такая жизнь привычна.
*Для удобства, я перевожу цены в рубли. Валюта страны — кенийские шиллинги.
Трущобы в Найроби, Кения.
Next
