Фото: ТАСС
Все знают крылатую фразу императора Александра III: «У России есть только два союзника — её армия и флот». Если бы император жил в ХХ веке и был бы свидетелем двух мировых войн, то он, наверное, сказал бы, что у России должны быть три союзника, и третьим является тыл, обеспечивающий армию и флот всем необходимым. Первая мировая показала слабость этого третьего союзника, что и предопределило достаточно странный для России исход войны. Вроде бы армия и флот сделали все возможное для победы, а России в группе стран-победительниц не оказалось.
А вот Вторая мировая война (Великая Отечественная для нашей страны) показала, что все три союзника оказались на высоте. Это и предопределило нашу Победу, 78-ю годовщину которой мы празднуем. Образно выражаясь, меч Победы ковался в тылу, и меч оказался самого отменного качества. Я об этом рассуждаю не ради красного словца. Я предлагаю извлечь жизненно важный для современной России опыт в сфере экономики, который был накоплен в ходе подготовки к войне, во время нее и в послевоенные годы восстановления страны.
В 20-е годы прошлого столетия внешние угрозы для советского государства были не меньшие, а большие, чем сегодня для Российской Федерации. В любой момент могла начаться военная интервенция со стороны бывших союзников по Антанте. Сталин сделал ставку на всех трех упомянутых выше союзников. А начинать готовиться к отражению агрессии Запада надо было именно с тыла, экономики, в том числе военного производства.
Укрепление третьего союзника началось с того, что в конце 1920-х было покончено с так называемой «рыночной экономикой» (которая в те времена называлась НЭПом). С 1929 г. в стране началась индустриализация — ускоренное развитие промышленности по сравнению с другими отраслями, а в промышленности — ускоренное производство средств производства.
Для запуска индустриализации был необходим переход от НЭПа к новому хозяйственному механизму. Он основывался на всестороннем планировании народного хозяйства, причем планы носили директивный характер и ориентировались преимущественно на натуральные и физические показатели (а не стоимостные). Другими элементами этого механизма были: мощный государственный сектор (куда включались все стратегически значимые предприятия промышленности и других отраслей экономики); двухконтурная система денежного обращения (отделение контура наличного обращения, обслуживающего население, от контура безналичного обращения, обслуживающего предприятия и организации); государственные специализированные банки (которые пришли на смену коммерческим); государственная монополия внешней торговли; государственная валютная монополия и др. В советское время такую модель обычно называли «социалистической» (поскольку она не допускала частной собственности на средства производства, и целью хозяйственной деятельности не ставилось получение прибыли; в любом случае не допускалась приватизация прибыли). Но в принципе этой модели можно также присвоить название «сталинская». Поскольку она создавалась по инициативе Иосифа Виссарионовича Сталина и под его руководством (об этом можно подробнее узнать из моей книги «Экономика Сталина», которая уже неоднократно издавалась).
Еще одно название: «мобилизационная». Потому что указанная модель предусматривала максимально полное и эффективное использование всех имеющихся экономических ресурсов: трудовых, производственных (основные фонды), природно-сырьевых, научно-технических, финансовых. Целями хозяйственной деятельности в рамках такой модели определялись:
1) ускоренное развитие всех отраслей (особенно промышленности) для того, чтобы преодолеть отставание нашего государства от Запада (которое обозначилось еще до Первой мировой войны и усилилось в 1920-е);
2) достижение полной самодостаточности экономики (что сделало бы ее неуязвимой по отношению к разного рода блокадами и санкциям, а также мировым экономическим кризисам);
3) создание производственной базы для укрепления обороноспособности страны (т.е. армии и флота как главных союзников России).
Вот как формулировал, в частности, первую цель глава советского государства Иосиф Сталин: «Мы отстали от передовых стран на 50−100 лет. Мы должны пробежать это расстояние в десять лет. Либо мы сделаем это, либо нас сомнут» (выступление на I Всесоюзной конференции работников социалистической промышленности 4 февраля 1931 г.).
С 1929 года по 22 июня 1941-го в СССР было построено 9600 предприятий. Самое настоящее «экономическое чудо». Особенно на фоне экономического кризиса, который переживал Запад. У нас каждый день в среднем вводилось по два новых предприятия, а у них на Западе каждый день банкротились десятки компаний и фирм. По общему объёму валового внутреннего продукта и производству промышленной продукции СССР в середине 1930-х вышел на первое место в Европе и на второе в мире, уступая только США и значительно превзойдя Германию, Великобританию, Францию.
В ходе подготовки к войне и во время ее руководители западных стран (как союзниц СССР, так и противников) проводили определенные мобилизационные мероприятия в сфере экономики. Но, конечно, их военно-экономическая мобилизация носила половинчатый характер. Ибо незыблемыми оставались капиталистические основы западных экономик. А следовательно, погоня за прибылью становилась серьезным тормозом экономической мобилизации, нацеленной на укрепление оборонной мощи государства.
Несмотря на высокий уровень мобилизации советской экономики, первый год войны был крайне тяжелым для нашего тыла. Внезапное нападение фашистской Германии привело к большим экономическим утратам: к декабрю 1941 года СССР потерял важнейшие сырьевые и промышленные центры: Донбасс, Криворожский железорудный бассейн. Были оставлены Минск, Киев, Харьков, Смоленск, Одесса, Днепропетровск. Оказался в блокаде Ленинград. Попали в руки врага или оказались отрезанными от центра важнейшие источники продовольствия на Украине и юге России. На оккупированных территориях оказались миллионы советских людей. Сотни тысяч мирных граждан погибли или были угнаны в рабство в Германию.
Вместе с тем, советская модель управления экономикой продемонстрировала свое превосходство над германской и вообще над западными моделями: перевод экономики СССР на военные рельсы завершился к лету 1942-го (менее чем за год). В Германии (которая начала воевать намного раньше) это произошло только в 1943-м. В СССР в том же году военные расходы составили 44% национального дохода, фонд потребления — 49% и фонд накопления — 7%, в 1944-м — соответственно 35, 50 и 15 процентов. Такой высокой доли военных расходов в национальном доходе не было ни в одной из воюющих стран.
С началом Великой Отечественной в СССР началась массовая эвакуация населения, производительных сил, учреждений и материальных ресурсов. В восточные районы (за Волгу, на Урал, в Сибирь) было эвакуировано значительное число предприятий (только во втором полугодии 1941-го — около 2600), вывезено 2,3 млн голов скота. На новые промышленные предприятия было перемещено 17 млн человек. Это было невиданное в истории перемещение производительных сил на расстояния, измеряемые сотнями и даже тысячами километров. Перемещение большой промышленной державы! Поначалу (в первые полтора года после вторжения фашистов) имело место экстенсивное развитие экономики, т.е. прирост продукции отставал от затрат материальных и трудовых ресурсов.
С конца 1942 г. народное хозяйство перешло на рельсы интенсивного развития. Рост выработки стал обеспечиваться за счет сокращения затрат труда на единицу продукции. Это достигалось использованием передовой техники, совершенной технологии, лучшей организацией производства, повышением квалификации рабочих. Рост производительности труда в тяжелых условиях войны явился доказательством преимуществ сталинской модели экономики. Важную роль сыграло массовое социалистическое соревнование. Только за полтора года Всесоюзного социалистического соревнования (апрель 1942 г. — октябрь 1943 г.) производительность труда по всей промышленности в целом увеличилась на 39,2%, в том числе (в %): черная металлургия — 21,0; авиационная — 40,9; цветная металлургия — 39,4; станкостроительная — 43,8; электропромышленность — 39,3; танковая — 36,3; тяжелое машиностроение — 23,1; промышленность вооружения — 18,7; промышленность минометного вооружения — 22,7; промышленность боеприпасов — 59,5 («История социалистической экономики СССР». Том 5. М., 1978, с.699).
В первом полугодии 1942-го было выпущено 10 тыс. самолётов, 11 тыс. танков, 54 тыс. орудий. Во втором полугодии их выпуск увеличился более чем в 1,5 раза.
Сражения на трудовом фронте выиграны при резком сокращении численности рабочих и служащих. С 31,2 млн в 1940 г. она уменьшилась до 18,4 млн в 1942-м. Значительную часть занятых в экономике составляли женщины. В 1945 г. их было до 60% от общей численности рабочих и служащих и до 70% работников сельского хозяйства. Помимо них, на заводах и в колхозах трудились сотни тысяч подростков и стариков. Патриотизм, убежденность в правоте своего дела помогали не сломиться от страшного напряжения.
Примечательно, что граждане проявляли патриотизм не только на фронте и в трудовом тылу. Они помогали делу победы над врагом своими деньгами и другими материальными средствами. Прямые расходы Советского правительства на ведение войны составили 551 млрд руб., и 13% этой суммы было вложено в копилку победы покупателями облигационных займов. В целом же за годы войны обязательные и добровольные взносы населения достигли 270 млрд руб., или 26% всех доходов государственного бюджета.
Помимо бюджетных ассигнований, для финансирования военных расходов использовались внебюджетные средства: общая сумма пожертвований от населения СССР составила 94,5 млрд рублей — наличными деньгами, в иностранной валюте, облигациями государственных займов, а также монетами и изделиями из драгоценных металлов («КПСС и строительство Советских Вооружённых Сил». 2-е изд., доп., стр. 283. М., Воениздат, 1967).
Преимущества «сталинской» экономики (она же «социалистическая», «мобилизационная») в полной мере проявились после окончания войны. Разрушения и потери народного хозяйства были колоссальными. За годы войны разрушено 1710 советских городов и поселков городского типа, более 70 тыс. сел и деревень, 32 тыс. промышленных предприятий, разгромлено 98 тыс. колхозов и 1876 совхозов. Чрезвычайная государственная комиссия СССР по установлению и расследованию злодеяний немецко-фашистских захватчиков и их сообщников рассмотрела около 4 млн актов об ущербе, причиненном советскому народу за время оккупации. Комиссия установила, что напрямую было уничтожено имущества на 679 млрд руб. в ценах 1941 года. Общий же ущерб был оценен в 2 569 млрд руб. В долларовом эквиваленте прямой материальный ущерб СССР оценивался в $128 млрд, общий ущерб — в $357 млрд, что примерно соответствовало ВНП США в 1944 г. — $361,3 млрд. В целом СССР потерял около 30% своего национального богатства. В районах, подвергшихся оккупации, ущерб составил около двух третей (С. Алексеев. «Потери СССР после второй мировой войны"//"Финансовая газета», 9 мая 2018).
Мало того, что надо было восстанавливать сильно разрушенную страну. В 1946 году Запад объявил нам «холодную войну», а США даже угрожали ядерным оружием. В 1947-м начавшаяся было демилитаризация советской экономики прекратилась. Пришлось опять наращивать военные расходы, вкладывать значительные средства в создание собственной атомной бомбы (была испытана в 1949-м).
В партийно-государственном руководстве страны в 1945—1946 гг. шла дискуссия о путях восстановления экономики. В наиболее общем виде можно выделить две группы взглядов.
1-я: А. А. Жданов, Н. А. Вознесенский и др. выступали за смягчение экономической политики, за более сбалансированное развитие народного хозяйства, частичную децентрализацию управления экономикой и т. д. Они исходили из того, что окончание Второй мировой войны вызовет острейший экономический и политический кризис на Западе, что предотвратит угрозу создания новой антисоветской коалиции, а также создаст благоприятные условия для получения Советским Союзом новых рынков сбыта своей продукции — в охваченных кризисом странах Запада.
2-я группа: Г. М. Маленков, Л. П. Берия и др. были за сохранение довоенной модели мобилизационной экономики. Они основывались на выводах советского экономиста Е. С. Варги, который выступил с опровержением теории скорого краха капитализма, доказывая его уникальную живучесть благодаря политике кейнсианства в развитых странах. Это означало, что Запад имеет все возможности для ведения конфронтационной политики с Советским Союзом. Особенно опасной представлялась монополия США в сфере ядерных вооружений и разработка американцами планов бомбардировок советских городов атомными бомбами. Именно поэтому данные представители выступали за приоритетное развитие тяжёлой индустрии и ВПК.
После фултонской речи У. Черчилля в марте 1946-го Сталин сделал однозначный выбор в пользу второй группы. В том же году военная промышленность была переформирована: в результате реформы появились Министерство вооружений СССР и Министерство обороны СССР. На базе ряда военных предприятий, созданных за военные годы, началась постройка трёх отраслей промышленности: ракетной (которая позже стала космической), радиолокационной и атомной. На их строительство уходила серьёзная часть ресурсов, производимых страной. Советскую экономику по-прежнему называли «тылом». Только это был тыл, который обеспечивал поддержание обороноспособности страны в условиях «холодной войны».
Восстановление экономики осуществлялось в соответствии с заданиями четвертого пятилетнего плана (1946−1950 гг.). В 1945-м объём производства по промышленности в целом составлял 92% от уровня 1940 года. В 1950-м объём выпуска продукции машиностроения в СССР был в 2,3 раза больше, чем в 1940-м.
Итак, мобилизационная модель советской экономики сохранилась. Это обеспечило быстрое восстановление. На довоенный уровень по большинству экономических показателей СССР вышел уже в 1948 году. Англия, Франция и другие европейские страны вышли на довоенный уровень лишь в 1950-е.
Сегодня, в условиях резкого обострения отношений России с коллективным Западом угроза возникновения масштабной войны как никогда велика. В этой ситуации Российской Федерации необходимо срочно переходить на рельсы мобилизационной экономики и использовать опыт организации тыла, который был накоплен в годы Великой Отечественной войны.
