Новоселье. Художник: Григор Минасович Азизян, 1960-е
После истории, которая произошла с нашими друзьями, я решила, что святой благоверный князь Даниил Московский вот так возьмёт и выложит мне какой-нибудь дом с мезонином рядом с нашей любимой Оптиной пустынью. И было от чего размечтаться... Потому что тем нашим друзьям он, не много не мало, подарил квартиру.
А дело было так...
***
Сами они не местные – не московские. Приехали сюда учиться, познакомились, влюбились, поженились, и родился у них сын.
Вот на стадии сына мы с ними и познакомились. Точнее, мой муж познакомился по работе с тем мужем. А дальше мы, жены, к этой суровой мужской дружбе присоединились. Очень органично, надо сказать.
У нас тогда была одна только Варя. Так что были мы все молодыми, ретивыми и легкими на подъем. И часто ездили друг к другу в гости.
Мне очень нравилось бывать в их маленькой тесной съёмной однушке на первом этаже старой хрущёвки. На кухне которой, когда я уже забеременела второй дочкой Соней, мы в прямом смысле не помещались. Каморка папы Карло, не иначе, но мне там было уютно.
Помимо встреч, мы ещё часто созванивались с этой моей приятельницей и обсуждали разные наши женские бытовые и духовные трудности.
Мужья мало зарабатывают... Но мне кажется, что мужей, которые удовлетворительно для жён зарабатывают, в природе вообще не существует...
Тут бы помолиться о финансовом благополучии (ладно – о духовном), да какая молитва, если целый день как белки в колесе. Памперсы, пелёнки, колики, прогулки, «агу-агу» и прочий малышовый сленг...
Засыпаешь ещё до того, как ребёнка в кроватку положишь. А он резвится, верещит, хохочет... А как только заснет к часу-двум ночи, обязательно обкакается. Как будто дня ему для этого мало. И встаёшь, как зомби. Думаешь, что это за странные такие существа – маленькие дети. Спи – не хочу, а они не спят. Когда спохватятся – поздно будет. Сад-школа-работа... А на пенсии – бессонница... Но не суть...
Помимо младенческих проблем, как-то пожаловалась моя подруга, что хозяйка им квартплату в очередной раз подняла. Ещё немного, и зубы на полку положат. Вот бы чудо какое случилось, и образовалось у них собственное жилье.
Ребята эти как раз недавно уверовали, и, как всех новоначальных, их окружали чудеса, знамения, тайные божественные знаки, старцы, пророчества и духовные подвиги.
– А ты помолись князю Даниилу, он в этих делах помогает, – посоветовала я ей. – Не то, чтобы он прямо «узкопрофильный»: о квартире можно, а о здоровье – Боже упаси. Но говорят же люди...
Про «не узкопрофильный» я специально добавила, чтобы не казаться совсем уж мракобеской. Тогда как раз покатилась волна высмеивания образованными христианами «специализации святых». Но мы академий не кончали, нам и так сойдёт... Но на всякий случай уточнила.
Сама я, честно говоря, до того момента святому князю особо не молилась. Но много и тепло рассказывал мне о нем дружественный украинский священник – отец N. Тогда ещё – украинский.
– Лежит к нему душа, и все, – говорил он мне.
Хотя сам не то что в Даниловом монастыре, но и в самой Москве ни разу не был. Но что такое вся эта география для духовных людей...
И так трепетно батюшка о нем говорил, что я и сама заочно этого святого полюбила.
Ну, сказала я той подруге про князя Даниила с его решением жилищных проблем, и сказала. И скоро забыла. А потом родилась у нас Сонька, закрутили дела, и мы какое-то время не виделись.
***
– А не хотите ли теперь к нам пожаловать с ответным визитом? – спросили нас эти наши друзья, приехав к нам в гости после долгого перерыва. – Только мы теперь в другом месте живем.
– Что, подешевле сняли? – спросила я и внутренне содрогнулась.
Представила, что может быть «подешевле» той их однушки.
– Нет… У нас, это… Своя квартира теперь! Даниил Московский, понимаешь? – ответила... даже нет, не так... благоговейно рекла моя приятельница.
Скажу честно – в этот момент у меня в душе на какое-то мгновение в смертной схватке сцепились радость за этих людей, трепет перед милостью Божией и паскудная зависть...
В общем, пока мы рожали свою Соню, меняли ей памперсы и не спали ночами, друзья наши прямиком поехали в Свято-Данилов монастырь молиться о квартире. Хотя откуда ей было взяться. Не с неба же упасть. Но они все равно помолились...
Ну, помолились и помолились... И забывать стали. Но вскоре матери того семейства, которая находилась тогда в декретном отпуске, позвонила коллега с работы. Спросить, как дела, новости рассказать, да и просто посплетничать. И в числе прочего поведала, что прошёл у них слух – нуждающимся и прочим сирым и убогим госслужащим по какому-то новому закону дают сейчас жильё. И вроде бы их конторе несколько квартир выделили.
Эта моя приятельница и была тогда госслужащим. Но каким-то самым рядовым, микроскопическим даже. Так что этот закон очень теоретически мог коснуться и ее. Но именно – очень теоретически. Потому что, как это всегда бывает, самыми нуждающимися, сирыми и убогими среди госслужащих оказываются шишки и их родственники.
Поэтому друзья наши просто отмахнулась от этой заманчивой, но бесполезной информации.
– А вечером сидим на кухне, – рассказывала подруга, – и я вдруг говорю мужу: «Знаешь, отвезу-ка я все же заявление. Ну, что мы теряем? Ничего... А параллельно мы с тобой будем каждый день Даниилу Московскому молиться, сорок акафистов читать. Говорят – так делают. Главное только – поверить, что он и Господь нам помогут. Ну, а что нам остаётся делать, кроме как поверить? Сами-то мы квартиру себе не купим никогда... И сказано же: «Где двое или трое собраны во имя Мое, там и Я посреди них» (Мф. 18, 20)...
В общем, отвезла она на работу заявление. Там все очень удивились – старались не афишировать квартир