itemscope itemtype="http://schema.org/Article">

Тёмная история

1 Владимир С.М. 
524
Время на чтение 10 минут

Источник: Благодатный Огонь

 

Понятно, что хочется только светлые истории рассказывать, но так, увы, не бывает в жизни. И тёмные истории с их горькими уроками тоже могут нас чему-нибудь научить, а, стало быть, и в них есть положительный смысл, если только будем слушать внимательно.

Прочитал недавно статью протоиерея Александра Салтыкова о современной иконописи, о том, как легкомысленно и вольно стали у нас относиться к написанию икон, как легко стали вносить элемент «личного творчества», размывающий канонические рамки и открывающий свободу человеческому эгоизму и самомнению…

Сложная это, конечно, но важная тема. Мы дошли до того, что заготовки для вышивания бисерных, например, икон, выкладывают в интернете люди, судя по всему, далёкие от понимания элементарных правил иконописи. И вот несут и несут эти «самодельные» иконы в храм, и мы, священники (а я, думаю, такой не один), освящаем и освящаем эти «душевные» изображения со вздохом снисхождения, при условии соблюдения хотя бы элементарных канонических правил… Освящаем, по совести говоря, просто жалея людей и снисходя к простоте и искренности тех женщин (в основном), которые хоть таким образом приобщаются богомыслию и церковной жизни.

Иногда приходится освящать такое изображение просто как «благочестивую картину» с терпеливым объяснением, почему это изделие нельзя назвать иконой. Можно быть и строгим, конечно, и гнать взашей всех самозваных изографов, но принесёт ли это результат? То есть послужит ли это главной цели всего нашего служения – освящению человека и приобщению его церковной жизни? Вопрос. Потому что строгость зачастую уместна именно там, где присутствуют хотя бы элементарные представления о духовном трезвении, смирении и послушании. Иначе все ваши строгости просто отбросят человека от порога храма на многие годы, если не навсегда. Увы, и такое бывает.

Но, несомненно, всё названное – это признаки всеобщего нашего оскудения, духовной расслабленности. Чтобы ещё раз все мы задумались о том, какое это великое и даже страшное по своей ответственности делание – написание икон, – расскажу одну историю: и трезвящую, и горькую, и страшную даже, но, думаю, необходимую в наше беспечное, расслабленное и, главное, не осознающее своей расслабленности время.

* * *

Лет пять назад меня познакомили с пожилой одинокой художницей, которая изготавливала изумительные по красоте бисерные иконы, точнее, ризы к ним. Сразу оговорюсь, что это совсем не то, что можно себе представить, когда заходит речь о бисерных иконах. Начнём с того, что сама Зоя Николаевна (так её звали) была заслуженным художником Украины и профессиональной вышивальщицей. Кроме того, она была человеком исключительно совестливым, аккуратным и даже педантичным во всём, что касается качества работы. И это при том, что у неё в ту пору, когда я познакомился с ней, было уже очень плохое зрение и работала она в очках с мощными диоптриями при ярком свете настольной лампы, а дело имела не с обычным бисером, а с каким-то особенно мелким, представленным к тому же широчайшей палитрой всевозможных цветов и оттенков. В отношении каноничности самого́ изображения она была, как я уже сказал, в высшей степени ответственна и даже щепетильна, но… И вот здесь начинается то самое – горькое. Потому что Зоя Николаевна была, скажем так, человеком маловоцерковлённым. Я отдаю себе отчёт в том, что это странный термин, но тем не менее… То есть она имела веру «в душе», изредка посещала храм (без исповеди и причастия), неплохо знала епархиальную жизнь и была знакома с многими церковными людьми, но это всё было в большей степени проявлением её культурной, душевной деятельности.

Зоя Николаевна была сиротой от рождения, воспитанницей детдома и с трудом, что называется, выбилась в люди, прошла все степени художественного образования, вышла замуж за уважаемого и учёного человека, родила сына… Но счастье, как говорится, длилось недолго. В трудные девяностые годы Зоя Николаевна вышла на пенсию, овдовела, осталась одна с сыном практически без средств к существованию, а сын постепенно, как я понял, пошёл вразнос, приобрёл черты девиантного поведения и в конце концов сделался «постоянным прихожанином» психиатрической клиники.

Потом он, какими путями – уж не знаю, оказался в Испании, и вот я застал Зою Николаевну в тот период её жизни, когда она, столкнувшись с мошенничеством и обманом, потеряла «профессорскую» квартиру и оказалась в старом послевоенном доме, в довольно убогой квартирке одна-одинешенька и зарабатывала исключительно тем, что, теряя остатки зрения, изготавливая ночи напролёт эти свои иконы с тем, чтобы собрать хоть что-то и отправить в Испанию болящему сыну. Это то, что я узнал от неё, а в остальное не считал для себя возможным вникать. Мне только захотелось как-то помочь, поддержать её, и я заказал большую икону Божией Матери «Казанская» для нашего храма в Почтовом.

Здесь и состоялась наша первая встреча с Зоей Николаевной у неё дома. И вот что меня сразу поразило. Ну, во-первых, её порядочность и профессионализм, а также незлобие по отношению ко всем, кто её обманул, обидел и т. д. Это всё, несомненно, делало ей честь, но было и то, что вызывало горький вздох и желание как-то донести неприемлемость такого отношения к делу. А именно – первое, что можно было услышать, зайдя в гости к Зое Николаевне, – это чрезвычайно громко и непрестанно работающий телевизор. Я знаю, что это свойственно многим пожилым и особенно одиноким людям – сохранять «звуковой фон», дающий ощущение полноты жизни. Но многие благочестивые миряне, бабушки и дедушки, по крайней мере, слушают церковные каналы «Спас» и «Союз». У Зои же Николаевны непрестанно транслировались какие-то совершенно бессмысленные и беспощадные ток-шоу. Я не мог понять, как можно совмещать весь этот инфернальный нарратив с ответственной работой изографа и честно не раз говорил об этом Зое Николаевне, но она отговаривалась тем, что это «просто фон» и что она так привыкла. И продолжала работать под аккомпанемент всевозможных скандальных дрязг и разборок.

К тому же Зоя Николаевна курила давно и беспросветно, о соблюдении поста я и не говорю… Словом, были вещи, просто недопустимые с точки зрения соблюдения, скажем так, аскетических правил иконописца, о чём я честно и по возможности деликатно старался Зое Николаевне напоминать, но она меня точно не слышала. И даже не было в этом какого-то упрямства или сознательного противления, а просто она не способна, казалось, была воспринимать серьёзность и важность этих увещеваний. Всё-таки Зоя Николаевна была очень своеобразный человек: светский, со сложившимся характером и едва начинающий вникать в духовную жизнь, несмотря на то, что, как я уже сказал, «наружную» сторону церковной жизни она знала неплохо.

Я переживал по поводу этих всех нестроений, но мне и помочь ей хотелось, и поэтому я икону всё-таки заказал. Тем более что знал, что работает Зоя Николаевна преимущественно по ночам. А по ночам, думал я, всё-таки не так уж настырно скандален и развязан наш эфир, который ищет в первую очередь рейтинг и аудиторию, а какая уж аудитория ночью…

Через некоторое время Зоя Николаевна позвонила и сказала, что икона готова, и я могу её забрать. Что сказать, я не специалист в иконописи, но чисто эстетически это изображение было просто изумительно! Очень красивая получилась икона. Я поблагодарил, искренне выразив своё восхищение, заплатил собранные прихожанами деньги, причём Зоя Николаевна ещё несколько икон, хоть и меньшего размера, но тоже высокого качества, передала нам в дар. Такой вот она была – действительно щедрой души человек…

Прошло время, и вот кто-то из наших прихожан задумал «в пару» к этой Казанской иконе заказать икону Спасителя. Причём кинули клич и стали собирать средства без моего ведома, не посоветовавшись, так что вышло небольшое недоразумение. Но я уступил. Прихожане продолжили сбор средств, а я созвонился с Зоей Николаевной и заказал ей изготовление новой иконы. Потом мы ещё уточняли какие-то параметры, внешний вид и т. д.

Но изначально что-то с этой иконой пошло не так…

Работа продвигалась труднее, медленнее, чем с первой, так что затянулась она даже не на недели, а на месяцы. Помню, что я уже даже стал звонить Зое Николаевне и осторожно выведывать, как идут дела. Я чувствовал, что есть какое-то препятствие, догадывался, что причина, возможно, заключается как раз в несоблюдении тех самых «аскетических» правил, но ничего уже не мог поменять.

В какой-то момент мне пришло на сердце предложить Зое Николаевне поисповедоваться и причаститься. Здесь надо сказать, что она хоть и исповедалась и причащалась, но очень давно, чуть ли даже не однажды в жизни. Да и вообще – очень сложное, непростое у неё было отношение к собственно церковной жизни. Во многом это было связанно с теми разочарованиями, огорчениями и даже явным обманом со стороны «церковных людей», о чём она рассказывала и что внушило ей на долгие годы недоверие и насторожённость в отношении всего церковного, кроме непосредственно сферы её деятельности, то есть изготовления икон.

Словом, мне как-то удалось уговорить её мало-мальски подготовиться к исповеди и причастию. «Мало-мальски» – это не то чтобы «спустя рукава», но в малую меру её разумения, сил и возможностей… Она готовилась как могла, и я в какой-то момент приехал, поисповедовал и причастил её. А через пару недель она позвонила мне и радостно сказала, что икона почти готова, и надо только, чтобы я пришёл и посмотрел на неё и уточнил кое-какие детали. Я приехал, взяв с собою оговоренную сумму, решил сразу заплатить, тем более что знал: Зоя Николаевна нуждается и собирается сделать очередной перевод сыну.

Я приехал. Зоя Николаевна приняла меня, как обычно, радушно. Показала икону, которая действительно была почти готова. Конечно, я был рад, что работа заканчивается. С тем мы и попрощались с ней до скорого свидания. Было это в конце марта.

А со 2 апреля она перестала выходить на связь, и через пару дней мне позвонила встревоженная соседка и спросила, не знаю ли я, где Зоя Николаевна и почему не отвечает на звонки. Я рассказал всё, что знал. А ещё через день та же соседка сообщила страшную новость: Зоя Николаевна обнаружена мёртвой в своей квартире. Соседка старалась как-то дозвониться до неё сначала, потом обзвонила немногих знакомых и, наконец, решилась обратиться в полицию… Когда взломали дверь, обнаружили Зою Николаевну лежащей на полу в той самой комнате, где она работала.

Причина смерти пока была неизвестна. Соседка только говорила, что за пару дней до того, как исчезнуть со связи, Зоя Николаевна почувствовала себя неважно (как она думала, «отравившись курицей»), но потом вроде всё прошло… Отравившись курицей… Великим постом… Как же горько мне было это слышать! Но что поделаешь… Что есть, то есть… В конце концов причиной смерти определили что-то вроде «сердечной недостаточности», и через несколько дней Зою Николаевну отдали из морга для погребения. Соседка, будучи её доверенным лицом, взяла на себя инициативу по организации похорон.

Конечно, я захотел Зою Николаевну отпеть. Но в сам день её погребения произошло событие, из ряда вон выходящее, и, я бы сказал, мистическое. А именно, буквально за два часа до похорон на симферопольском кладбище Зои Николаевны у меня «по требе» выпало другое отпевание – за городом, в окрестностях села Приятное Свидание. Помню, что добирался я с трудом на своём «Опеле» по размытым весенней распутицей сельским дорогам.

Приехал, поставил машину на пригорочек, отпел почившую и вернулся к машине. Тут надо сказать, что у меня износились стойки крышки багажника, то есть настолько, что совсем не держали крышку, но если машина стояла на ровном месте, то я открывал крышку багажника до упора, тогда она держалась. На этот же раз машина стояла под наклоном, и я этого не учёл. Как обычно, открыл крышку, стал укладывать в багажник свой требный портфель и вдруг почувствовал сильный удар в голову. Это было так неожиданно, что я не сразу понял, что меня рубанула захлопнувшаяся крышка багажника. Странная, нелепая ситуация. Я растерялся и в первый момент, когда кровь стала заливать глаза, не мог понять, что мне делать. Но потом взял немного святой воды из требной бутылочки, омыл рану, прикрыл её носовым платком, нахлобучил сверху скуфейку и поехал, не зная ещё, куда и как. Ехал и думал: вот те на… через сорок минут мне нужно быть на Абдале (Симферопольское кладбище) и отпевать Зою Николаевну, а тут такая оказия, как будто или меня Господь наказует, вразумляет с любовью за что-то, или бесы ополчились, противятся отпеванию Зои Николаевны. А, может быть, и то, и другое…

Всё же я решил заехать домой. Матушка моя залила рану перекисью водорода, сделала марлевую повязку, так что я стал похож на Шарикова из известного фильма, и в таком виде поехал на кладбище…

На отпевании присутствовало человек пять, не больше. Соседка, давний друг-художник Зои Николаевны, местный краевед Олег Широков, который меня и познакомил с ней, и давние её друзья – Владимир и Зоя.

Лицо Зои Николаевны в гробу было страдальческим, и я подумал, что кончина её, похоже, не была «безболезненной, непостыдной и мирной»… Горько было об этом думать, но утешало то, что за пару недель она всё-таки поисповедовалась и причастилась, изъявляя желание дальнейшего воцерковления. И обнадёживала мысль, что, возможно, страдальческой, мученической кончиной Зоя Николаевна омыла многие свои грехи и прегрешения, в том числе и те, о которых мы говорили выше…

После похорон я попросил соседку, когда и если это будет возможно, передать мне ту самую икону Спасителя, которую Зоя Николаевна делала для нашего храма. Через пару дней соседка позвонила и сообщила некоторые, прямо скажем, криминальные подробности смерти Зои Николаевны. А именно, оказалось, что у неё пропали все деньги, а также иконы: и те, что были в работе, и готовые, которыми были увешаны стены второй, «нерабочей» комнаты, куда соседка в день обнаружения Зои Николаевны не заходила. Я спросил у соседки, почему же она сразу не обратилась с заявлением в правоохранительные органы, и она призналась, что просто побоялась «связываться», подумав, что, возможно, сами работники полиции это всё и изъяли. Я со своей стороны тоже позвонил знакомому юристу и посоветовался с ним. Но и он сказал, что нужно было сразу, в присутствии понятых, заявлять о своих претензиях, а сейчас уже поздно – поди разберись. Дело тёмное…

Прошло несколько месяцев, и вот из епархии пришло извещение, что задержана группа налётчиков, промышлявших преимущественно кражей и грабежом церковного имущества. Задержали их в Белоруссии, но по предварительным данным эта группа орудовала и в Крыму. Так что нас – приходских священников – просили сообщить, если кто-нибудь пострадал от вероятных действий этих «церковных» преступников.

Я хотел было рассказать свою историю, но подумал: даже если это так, и разбойники ограбили и убили Зою Николаевну, даже если где-нибудь всплывёт наша икона или другие иконы Зои Николаевны, правильно ли я поступлю именно как священник, если «приложу руку» к усугублению наказания этих людей? Вопрос только кажется праздным, а на деле ведь Сам Господь сказал: «Мне отмщения, и Аз воздам» (Рим. 12, 19). Я подумал об этом и не стал ничего сообщать, предал всё в руки Божии. Только помолился о тех разбойниках, что, если они в самом деле причастны к этому делу, чтобы Господь привёл их к покаянию и исправлению жизни.

Ну вот, собственно, и вся история.

О Зое Николаевне я молюсь по любому удобному случаю и всякий раз думаю: может быть, и моя вина есть в том, что с ней случилось? Может быть, я был недостаточно строг в требовании соблюдения тех самых канонических правил? Может быть, надо было даже отказаться от сотрудничества с этой замечательной вышивальщицей, если она не готова была к соблюдению этих правил?.. А, с другой стороны, я думаю: ну что бы вышло?.. Отказал бы я ей в помощи, и неизвестно ещё, послужило бы это ей на пользу… Да и избежала бы она той горькой участи, которая её постигла?..

Вопросы, вопросы, а ответов на них, ясных и исчерпывающих, – нет. Но в любом случае эта история заставляет меня снова и снова задуматься о нашей всеобщей беспечности в отношении духовной, церковной жизни, где всякое небрежение и легкомысленность, тем паче входящие в привычку, грозят обернуться страданием и бедами, неизбежными и необходимыми даже ввиду высоты нашего призвания. Потому что лучше нам здесь, на земле, пережить «очистительное наказание», нежели лишиться благодатной вечности.

Прошу молитв о приснопоминаемой рабе Божией Зое.

Прости всех нас, Господи, вразуми, очисти и освяти!

Заметили ошибку? Выделите фрагмент и нажмите "Ctrl+Enter".

Организации, запрещенные на территории РФ: «Исламское государство» («ИГИЛ»); Джебхат ан-Нусра (Фронт победы); «Аль-Каида» («База»); «Братья-мусульмане» («Аль-Ихван аль-Муслимун»); «Движение Талибан»; «Священная война» («Аль-Джихад» или «Египетский исламский джихад»); «Исламская группа» («Аль-Гамаа аль-Исламия»); «Асбат аль-Ансар»; «Партия исламского освобождения» («Хизбут-Тахрир аль-Ислами»); «Имарат Кавказ» («Кавказский Эмират»); «Конгресс народов Ичкерии и Дагестана»; «Исламская партия Туркестана» (бывшее «Исламское движение Узбекистана»); «Меджлис крымско-татарского народа»; Международное религиозное объединение «ТаблигиДжамаат»; «Украинская повстанческая армия» (УПА); «Украинская национальная ассамблея – Украинская народная самооборона» (УНА - УНСО); «Тризуб им. Степана Бандеры»; Украинская организация «Братство»; Украинская организация «Правый сектор»; Международное религиозное объединение «АУМ Синрике»; Свидетели Иеговы; «АУМСинрике» (AumShinrikyo, AUM, Aleph); «Национал-большевистская партия»; Движение «Славянский союз»; Движения «Русское национальное единство»; «Движение против нелегальной иммиграции»; Комитет «Нация и Свобода»; Международное общественное движение «Арестантское уголовное единство»; Движение «Колумбайн»; Батальон «Азов»; Meta

Полный список организаций, запрещенных на территории РФ, см. по ссылкам:
https://minjust.ru/ru/nko/perechen_zapret
http://nac.gov.ru/terroristicheskie-i-ekstremistskie-organizacii-i-materialy.html

Иностранные агенты: «Голос Америки»; «Idel.Реалии»; «Кавказ.Реалии»; «Крым.Реалии»; «Телеканал Настоящее Время»; Татаро-башкирская служба Радио Свобода (Azatliq Radiosi); Радио Свободная Европа/Радио Свобода (PCE/PC); «Сибирь.Реалии»; «Фактограф»; «Север.Реалии»; Общество с ограниченной ответственностью «Радио Свободная Европа/Радио Свобода»; Чешское информационное агентство «MEDIUM-ORIENT»; Пономарев Лев Александрович; Савицкая Людмила Алексеевна; Маркелов Сергей Евгеньевич; Камалягин Денис Николаевич; Апахончич Дарья Александровна; Понасенков Евгений Николаевич; Альбац; «Центр по работе с проблемой насилия "Насилию.нет"»; межрегиональная общественная организация реализации социально-просветительских инициатив и образовательных проектов «Открытый Петербург»; Санкт-Петербургский благотворительный фонд «Гуманитарное действие»; Мирон Федоров; (Oxxxymiron); активистка Ирина Сторожева; правозащитник Алена Попова, социолог Искэндэр Ясавеев, журналист Евгения Балтатарова; писатель Дмитрий Глуховский; Социально-ориентированная автономная некоммерческая организация содействия профилактике и охране здоровья граждан «Феникс плюс»; автономная некоммерческая организация социально-правовых услуг «Акцент»; некоммерческая организация «Фонд борьбы с коррупцией»; программно-целевой Благотворительный Фонд «СВЕЧА»; Красноярская региональная общественная организация «Мы против СПИДа»; некоммерческая организация «Фонд защиты прав граждан»; интернет-издание «Медуза»; «Аналитический центр Юрия Левады» (Левада-центр); ООО «Альтаир 2021»; ООО «Вега 2021»; ООО «Главный редактор 2021»; ООО «Ромашки монолит»; M.News World — общественно-политическое медиа;Bellingcat — авторы многих расследований на основе открытых данных, в том числе про участие России в войне на Украине; МЕМО — юридическое лицо главреда издания «Кавказский узел», которое пишет в том числе о Чечне.

Списки организаций и лиц, признанных в России иностранными агентами, см. по ссылкам:
https://minjust.gov.ru/ru/documents/7755/
https://ria.ru/20201221/inoagenty-1590270183.html
https://ria.ru/20201225/fbk-1590985640.html

РНЛ работает благодаря вашим пожертвованиям.
Комментарии
Оставлять комментарии незарегистрированным пользователям запрещено,
или зарегистрируйтесь, чтобы продолжить

Сообщение для редакции

Фрагмент статьи, содержащий ошибку:
Священник Дмитрий Шишкин
Большой войны не будет
То, что Россия долгое время не отвечала на откровенные провокации, - это всё воспринималось как проявление слабости
24.09.2022
Мы со святыми - один народ
26 июня - Память всех святых, в земле Русской просиявших
25.06.2022
Все статьи Священник Дмитрий Шишкин
Последние комментарии
Почему с русскими беда?
Новый комментарий от Потомок подданных Императора Николая II
05.12.2022 00:52
Ответ молодому романтику-коммунисту
Новый комментарий от Игорь Бондарев
04.12.2022 17:07
Только когда мы вместе, мы победим общего врага!
Новый комментарий от Тюменец
04.12.2022 12:29
Ревизия государственной тайны
Новый комментарий от Наталья Сидорина
04.12.2022 09:19
Сатана в Дивеево?
Новый комментарий от учитель
04.12.2022 07:37