Кадр из фильма «Любовь и голуби» (1984). Скриншот.
Оговорюсь сразу – тема не моя, и я лишь хочу развёрнуто ответить на вопрос, заданный другим автором: «Зачем Раиса Захаровна пошла к Надюхе?» Первая мысль, чтобы показать «этой деревенщине», к какой даме ушёл прекрасный принц-Кузякин. А заодно – посмотреть на ту, с которой Вася прожил более двадцати лет и, я полагаю, даже не глядел на сторону, а если и бывало, то …именно, что лишь глядел. Но тут, как мне кажется, есть ещё один вариант. Не типично-дамский, а, я б сказала, ...цивилизационный.
В те годы среди людей, считающих себя интеллигентными, сделалось модно (точнее – правильно!) дружить с «бывшими», общаться с новыми жёнами своих мужиков, носить подарки чужим детям от первого-второго-третьего брака (это отдельный ужас тех несчастных детей, но сегодня вообще не об этом). Помните мимолётный диалог из другого фильма той же эпохи – из «Карнавала» (1981), где парень из богемной тусовки пришёл со своей бывшей супругой, а Нина Соломатина удивилась?
Так вот Надюха тоже вытаращила ясны очи свои - она из той же нормальной человеко-среды, что и Нина. Уходя-уходи, а вот эти танцы с бубнами и разговоры по душам – кому это надо? Однако Раиса давно причислила себя к гуманитарной интеллигенции – она делает вид, что любит «Элегию» Жюля Массне, равно как салатики без соли; что-то понимает в филиппинской медицине и уфологии, а заодно - говорит красиво.
В принципе, она – женский аналог того художника, что прицепился к Вере Силковой в мелодраме «Влюблён по собственному желанию» (1982). «Не правда ли, Моцарт — это вдох, а Бетховен — выдох?» - эту затверженную формулу могла бы явить и Раиса, причём это кривляние рассчитано лишь на окружающих. Я знавала дочерей художниц-оформительниц, преподавательниц рисунка из художки, журналисток.
Разумеется, не все из этих девочек были вынуждены общаться с новыми жёнами своих отцов - реставраторов, редакторов, авторов статей по философии, но всё же такие случаи имели место. Более того, не каждое из этих семейств разваливалось. Но! Те дома непременно посещал какой-нибудь «папин друг-коллега с новой женой - тётей Олей» или Сонечкой-поэтессой, или ещё краше – Камиллой Рустамовной (реальный человек!).
В произведениях Сергея Довлатова и Людмилы Улицкой время от времени мелькает линия чьих-то бывших мужей (или жён), с которыми остаётся подобие дружбы. В крестьянско-пролетарской или инженерно-технической среде подобные «высокие отношения» вообще не рассматривались. Так что, на мой взгляд, Захаровна пришла в очередной раз изобразить богемно-продвинутую мадам.
_1.jpg)
