В последние годы столько говорилось о переходе к «цифровому» образу жизни, что стало казаться, что цифровое будущее где-то совсем близко. Многие эксперты прямо так и формулировали: цифровое будущее уже наступило, и все мы в нём живём. Однако стремительно нагрянувшие из-за пандемии коронавируса перемены выявили несколько иной тренд. Оказалось, что к полному переходу «в цифру» мы пока не готовы, а пути в цифровое завтра извилисты и полны сюрпризов. Одним из таких сюрпризов стал целый клубок проблем, выявившихся при переходе к «цифровому» обучению. Подробности – в материале profiok.com.
Школьники: больше нервов, чем учёбы
Как выяснилось, перевод образования в «цифру» до сих пор каждый понимал по-своему. Чиновникам всегда проще отлеживать выполнение задач, ориентируясь на измеримые показатели. Вот и получилось, что цифровизация школ в большинстве случаев свелась к подключению их к интернету и закупке компьютеров. В комплекте с платформой «Российская электронная школа», где планировалось объединить уроки и задания для школьников всех возрастов, в воображении руководителей отрасли складывался образ принципиально нового образовательного формата. К сожалению, этот новый формат в условиях резкого и массового перехода к дистанционному обучению оказался не слишком жизнеспособным.
Прежде всего, «Российская электронная школа» (РЭШ) – это всего лишь платформа, и заполнение её материалами, которое велось силами педагогов-энтузиастов, пока застряло где-то на середине.
Эту беду ещё можно было бы пережить. Тем более, что в российском сегменте интернета РЭШ – далеко не единственный образовательный проект для школьников. К сожалению, все они не были рассчитаны на режим тотального карантина, поэтому и начали «падать» от резко выросшего количества посетителей.
Онлайн-уроки для многих школьников, даже «продвинутых», превратились в сущее мучение: то нет возможности скачать файл, то не закачивается обратно выполненное задание, то не работает звук, то вообще обрывается связь.
Не меньший стресс испытали и учителя, большинство из которых до недавнего времени ни разу в жизни не проводили ни единого вебинара. Представители старшего поколения педагогов «застряли» ещё на этапе настройки Zoom (современный аналог скайпа). Их более технически «прокачанные» коллеги на этой стадии проблем не испытали, но им это не слишком помогло. Дело в том, что собрать в Zoom двадцать человек в режиме видеоконференции – вовсе не то же самое, что войти после звонка в переполненный класс. Отсутствие зрительного контакта стало для учителей серьёзной проблемой: попробуй-ка, пойми, слушают тебя по ту сторону экрана или давно уже отошли от компьютеров и занялись своими делами. Если учесть, что много времени тратится и на технические вопросы, например, на чьи-то проблемы со звуком, то приходится признать, что собственно на урок остаётся всего ничего.
И это в благополучной ситуации, когда у ребёнка дома есть интернет и свободный компьютер. Так бывает не всегда: есть многодетные семьи, есть семьи с низким уровнем достатка. Телеграм-канал Mash на днях рассказал о башкирской деревне Кульметово, в которой школьники ежедневно дважды в день ездят на машине поближе к трассе, где есть возможность «поймать» интернет. Почему дважды? Потому что утром им нужно скачать задания, а вечером – отправить учителю ответы.
Если добавить к общей картине проблемы с самоорганизацией, появлению которых в равной степени способствует как наличие домашних дел, так и долгосрочное безделье, становится понятно, что окончание учебного года явно не задалось. Более того, можно признать, что ни технологий, ни кадров для массового перехода к дистанционному школьному образованию у нас пока нет. Возможно, именно нынешний кризис подстегнёт их создание и развитие.
Разумеется, обрушившаяся на мир пандемия – ситуация чрезвычайная. Поэтому тот факт, что система не выдерживает нагрузки, в общем, вряд ли кого-то сильно удивил. Но это, безусловно, повод сделать выводы и начать перестраивать работу.
В недавнем исследовании Счётной палаты, описывающем опыт разных стран в организации дистанционного обучения, много внимания уделяется Кипру. Там уже сейчас организовано ускоренное обучение педагогов методикам дистанционного образования, представители частного бизнеса закупают для детей планшеты, а операторы связи гарантируют школьникам бесплатный доступ в интернет. Правда, на Кипре начали заниматься этим спектром вопросов загодя, поэтому в час Х десятки тысяч школьников и их учителей просто вошли в систему с предоставленными им кодами и начали работать. С другой стороны, Кипр по масштабу сложно сравнивать с Россией. Очевидно, что для нашей страны потребуются особые методы и особые технологии. И приступать к их разработке стоит уже сейчас.
Вузы: цифровизация со скрипом
Ситуация с высшим онлайн-образованием несколько получше: в целом можно признать, что студенты нашей страны худо-бедно учатся. Хотя, конечно, это «средняя температура по больнице». На самом деле в каких-то вузах онлайн-составляющая развивалась уже давно и успешно, а где-то преподавателям приходится перестраиваться на ходу, и этот процесс, конечно же, не везде идёт гладко.
Министр науки и высшего образования Валерий Фальков в интервью РБК 09.04.2020 отметил, что несмотря на беспрецедентность ситуации, переход на новый формат всё же состоялся, хотя утверждать, что вузы были готовы к этому на 100 процентов, он не берётся.
По словам Фалькова, резкий переход в онлайн-формат не только стал своего рода испытанием, но и дал ответы на многие вопросы. «Были горячие головы, которые призывали полностью переходить в онлайн, – напомнил министр. – Сегодня мы понимаем, что в силу многих причин, не сугубо технических, такое вряд ли произойдёт: университеты должны остаться, поскольку это уникальная среда, это химия общения, это специфика, которую не передать на расстоянии».
Иными словами, никаких «цифровых» вузов в обозримом будущем не будет. Хотя, безусловно, после окончания пандемии традиционное обучение в университетах серьёзно изменится. Например, ужесточатся «цифровые» требования к преподавателям: умение пользоваться популярными средствами коммуникации и организовывать коллективную работу, а также держать внимание студентов в удалённом режиме станет обязательным.
Что будет после пандемии?
Пожалуй, на этот вопрос сейчас никто не в состоянии ответить внятно. Ясно сейчас только одно: цифровые возможности различных институтов и системы в целом, как и уровень развития отечественных ИТ, все мы, похоже, до сих пор оценивали излишне оптимистично.
Как выяснилось, в России туговато с собственными технологиями проведения дистанционных совещаний, хромают технологии электронного контроля. Из трёх миллионов выданных 14.04.2020 электронных разрешений на перемещение по Москве целый миллион пришлось отзывать из-за некорректного оформления. Оставшиеся обладатели пропусков часами толпились в метро в ожидании проверки, нарушая все нормы дистанцирования. Эта поучительная история явно даёт понять, что цифровые технологии, даже самые совершенные, нуждаются в «оффлайновом» дополнении в виде управленческих навыков и умения рационально и эффективно выстроить работу.
А всё то, что мы до сих пор пытались именовать «цифровыми» технологиями, на деле оказалось просто цифровой грамотностью, элементарными базовыми навыками, не владеть которыми сегодня так же странно, как не уметь читать. Что же до настоящей «цифры», то над её созданием предстоит ещё долго и напряжённо работать. Зато теперь мы чётко понимаем, что онлайн-образование – это не чтение лекций в формате видеоконференции, что цифровое телевидение – это не просто нечёткая картинка и ведущие в майках с надписью «сидим дома», что культура в «цифре» – это не бесконечные онлайн-трансляции, а что-то ещё, чего мы пока не придумали.
И очень обидно, что массовый уход образования в онлайн наложился на «полурабочий» режим, в котором вот уже около месяца пребывает вся страна. Онлайн – это всё же про полноценную работу, а не про какие-то облегчённые её варианты. И когда мы это осознаем, наверное, легче будет нащупывать путь к технологическому прорыву, которого мы, увы, пока так и не дождались.
