На XIII Международном кинофестивале «Русское зарубежье» Специальным дипломом за вклад в сохранение русской культуры в Турции была награждена филолог-переводчик, специалист по истории русского зарубежья Марина Сигирджи.На творческом вечере «Русская эмиграция первой волны в Турции. Русский Стамбул» Марина Анатольевна рассказала, что, кроме восстановления фактов жизни русских эмигрантов на протяжении всего XX века, старается возвращать из забвения имена, работает с архивами, обследует некрополи. Сотни имен эмигрантов первых трех лет жизни в Константинополе (1920 - 1923), который был перевалочной базой для русских людей, зафиксированы в ее книге «Спасибо, Константинополь! По следам белоэмигрантов в Турции» (СПб.: Европейский дом, 2018).
Напомним, как это было. В середине ноября 1920 года закончилась эвакуация армии барона П.Н. Врангеля из Крыма. К берегам Константинополя –главного транзитного пункта, где могли найти убежище бежавшие от русской революции люди, один за другим прибывали военные, торговые, пассажирские корабли. По приблизительным подсчетам, прибыло до 200 тысяч военных и гражданских лиц. Город оказался на одну пятую состоящим из русских, и наши соотечественники во всех сферах заметно преобразили жизнь в нем.
Запестрели вывески кабинетов русских врачей и адвокатов, всевозможных мастеровых. Распахнули свои двери салоны платьев и мехов, модные ателье и обувные мастерские. Открылась русская гимназия и балетная школа, книжные магазины с неохватным количеством печатных новинок, библиотеки, стали выходить русские газеты. Эмигранты открыли свои аптеки и кондитерские, рестораны и кабаре – с названиями, напоминавшими о жизни в России: «Эрмитаж», «Аркадия», «Режанс», «Стелла», «Пал Палыч». Но, главное, в Константинополе по-настоящему забурлила культурная жизнь. В русской опере и оперетте давали яркие, красочные представления, константинопольцы впервые увидели настоящий классический балет. Как говорится, яблоку негде было упасть в театре-кабаре «Паризиана», открытом артистом оперетты Владимиром Смирновым. В популярном кабаре «Черная роза» выступал Александр Вертинский. В Союзе русских художников постоянно устраивались выставки. Даже пляжная культура в Константинополе началась с русских. Азартных развлечений также было достаточно.
Но к концу 1924 года основная масса белоэмигрантов покинула город, уехали – кто в Европу, кто в Америку, в Константинополе осталось не более 15 тысяч русских. Примерно столько же вернулись в Россию. По данным Верховного комиссара Лиги наций, в 1930 году в Стамбуле, без учета лиц со статусом беженцев или ставших турецкими подданными, находились 1400 белоэмигрантов. Именно об их судьбе, а также о судьбах их потомков рассказывает в своей книге «Спасибо, Константинополь! По следам белоэмигрантов в Турции» Марина Сигирджи. На презентации ее книги в рамках «Недели русского зарубежья в Турции» автор ответила на вопросы «Столетия».
– Марина Анатольевна, а что подвигло вас заняться темой белоэмигрантов, насколько мне известно, вы не являетесь ничьим потомком?
– Да, я родилась в Кемерове, окончила факультет романо-германской филологии Кемеровского госуниверситета, мои родители до самой своей кончины жили в Кузбассе. После университета работала на частном телевизионном канале, и в 2010 году мы поехали снимать фильм о Стамбуле, который готовился получить статус культурной столицы Европы. Я участвовала в мероприятиях оргкомитета и, по воле случая, познакомилась с будущим мужем. Мы обменялись контактами, и первое время я думать не думала, что когда-нибудь перееду жить в Турцию. Но началась переписка, а потом родилось решение поехать туда.
– Какое впечатление произвел на вас фестиваль «Русское зарубежье», и получили ли вы на нем какой-то импульс для дальнейшей исследовательской деятельности?
– Впечатление замечательное, все фильмы представляли интерес, уж не знаю, как жюри выбирало победителей... Обидно, что приходили в основном люди почтенного возраста, эти фильмы должна смотреть прежде всего молодежь. Они должны знать свою историю, потому что жизнь белоэмигрантов за рубежом – часть нашей истории. А заниматься исследованиями я продолжаю по завету мадам Рока – Роксаны Умаровой, одной из моих героинь, ей посвящена отдельная глава. Маленьким ребенком она была вывезена с Востока России. Семья жила вначале в Маньчжурии, потом в Китае и Японии, а в 1943 году переехала в Турцию. Мадам Рока ушла в июне этого года, но до последнего дня с любовью вспоминала свое детство, проведенное в разных странах, рассказала мне много интересного о турецком периоде эмиграции. Роксана Умарова была ярчайшим представителем русской эмиграции, увлекающийся, интересный человек, обладавший огромной жаждой жизни. Удивляюсь, как она, в свои преклонные лета, успевала так жить – учила языки, много читала, искала информацию в гугле, обменивалась ею с друзьями по переписке, жила на полную катушку. С таких людей хочется брать пример. Внешне запомнилась тем, что и зимой, и летом носила шляпки разных фасонов, ее так и звали: «шапкалы кадын» – «женщина в шляпе». Мне она сказала: «Ни в коем случае не останавливайся!..».
– Советские люди представляли Константинополь начала двадцатых годов по фильму Алова и Наумова «Бег» – экранизации нескольких произведений Булгакова, представленной в 1971 году на Каннском фестивале. Насколько все верно было показано?
– На моем творческом вечере мне задавали этот вопрос, мол, открывали ли соотечественники лотошные клубы и устраивали ли тараканьи бега? Я сказала, что не стоит идеализировать эмиграцию, среди эмигрантов были разные люди: и проститутки, и криминальные личности – бежали многие. В Константинополе был свой русский город, со всем необходимым для жизни, в том числе с судами и тюрьмами, в которых сидели эти криминальные личности. А, что касается лотошных клубов и тараканьих бегов, все это