Самый семейный праздник
Рождественские рассказы и святочные истории в русской литературе, как считают исследователи, намного богаче по жанровому разнообразию, чем в литературе европейских стран.
Одну из самых светлых в отечественной словесности повестей о детстве - «Детство Никиты» - Алексей Николаевич Толстой написал осенью 1920 года в Париже, где оказался в эмиграции после революции.
|
В этом автобиографическом произведении есть описание подготовки к Рождеству Христову, и как дети мастерят своими руками игрушки для ёлки:
«...листы золотой бумаги, гладкой и с тиснением, листы серебряной, синей, зелёной и оранжевой бумаги, бристольский картон, коробочки со свечками, с елочными подсвечниками, с золотыми рыбками и петушками, коробку с дутыми стеклянными шариками, которые нанизывались на нитку, и коробку с шариками, у которых сверху была серебряная петелька, с четырёх сторон они были вдавлены и другого цвета, затем коробку с хлопушками, пучки золотой и серебряной канители, фонарики с цветными слюдяными окошечками и большую звезду. С каждой новой коробкой дети стонали от восторга...».
* * *
Рождество Христово, несомненно, самый детский и самый семейный праздник.
|
Принося свою любовь Богомладенцу Христу, родившемуся ради нашего спасения, невольно вспоминаем мы и обо всех других детях, которым так не хватает сегодня любви и ласки, внимания и радости.
И Дева Мария, удостоившаяся высочайшего жребия из всех смертных, ставшая Божией Матерью, недаром называется Заступницей усердной всего рода христианского, а в особенности детей. В Ней сосредоточилась неизречённая высота материнской любви и жалости, недосягаемый идеал материнства.
«Рождество стояло у окна...»
Как обидно, что ещё сравнительно недавно имя Василия Акимовича Никифорова-Волгина (настоящая фамилия - Никифоров, Волгин - его псевдоним, 1901-1941) - великолепного мастера слова, одного из ярчайших писателей русского зарубежья 1920-1930-х годов было мало известно, не издавались его книги! И ныне, открыв для себя его творчество, читатели России, особенно люди верующие, уже не расстаются с произведениями писателя.
Его первые рассказы появились в эстонских газетах в 1921 году. В 1935 году парижский журнал «Иллюстрированная Россия» присудил ему первую премию за рассказ «Архиерей». В 1937 году в таллинском издательстве «Русская книга» публикуются два сборника рассказов Никифорова-Волгина - светлая книга «Земля именинница» и, годом позже, трагический «Дорожный посох».
По словам литературоведа Татьяны Радомской, эти рассказы «...проникнуты тёплой любовью к православной Руси, к русским национальным традициям, к великой культуре русского православного народа... Светлый мир православных праздников, показанный глазами ребёнка со всей детской искренностью и непосредственностью, раскрывает перед читателем всю полноту христианской жизни в Православной Церкви, глубину и духовную красоту Божиих заповедей, радость души в её извечном стремлении к горнему, к Богу...».
А родился будущий писатель в Тверской губернии в семье мастерового на заре XX века - 24 декабря 1900 (6 января 1901 по новому стилю) года - века, трагического для судеб многих русских людей. Ещё до революции их семья перебралась отсюда в Нарву.
«Творчество Никифорова-Волгина, - считает Татьяна Радомская, - близко по духу к произведениям И. С. Шмелёва, Б. К. Зайцева. Однако чувствуется и отличие стилей этих авторов: воспоминания о церковной жизни, которыми пронизаны страницы «Лета Господня», черпаются Шмелёвым из опыта прихожанина. У Никифорова-Волгина - из опыта псаломщика, знавшего церковный уклад изнутри. Поэтому поэтика Никифорова-Волгина - это органичное единство Слова Божьего и слова художественного».
После революции и гражданской войны, когда Василий Никифоров стал эмигрантом - жителем независимой Эстонии, его духовная связь с Россией сохранялась. Символично, что писатель подписывал свои статьи, рассказы и очерки в эстонских газетах псевдонимом В. Волгин - в честь великой русской реки, возле которой прошло его детство.
* * *
В 1941 году, когда Латвия, Литва и Эстония вошли в состав СССР, писатель был арестован и приговорён к расстрелу по пресловутой 58-й статье - за «принадлежность к различным белогвардейским монархическим организациям».
Расстрелян в городе Кирове 14 декабря 1941 года.
* * *
|
Вглядываюсь в фотографии писателя. На одной из них Никифоров-Волгин сфотографирован вместе со своим учеником - Алёшей Ридигером, будущим Патриархом Алексием II.
Именно при Святейшем, после распада Советского Союза в 1991 году, Православное Рождество стало государственным праздником в России. А накануне Рождества Христова, 6 января 2011 года, Президент страны впервые обратится к народу с официальным поздравлением.
* * *
В дни празднования Рождества Христова нас вновь завораживают строки из небольшого шедевра Никифорова-Волгина - рассказа «Серебряная метель»:
«...Рождество стояло у окна и рисовало на стёклах морозные цветы, ждало, когда в доме вымоют полы, расстелют половики, затеплят лампады перед иконами и впустят Его...».
И ещё:
«...Я долго стоял под метелью и прислушивался, как по душе ходило весёлым ветром самое распрекрасное и душистое на свете слово - «Рождество». Оно пахло вьюгой и колючими хвойными лапками...».
«Волсви же со звездою путеше-эствуют!..»
Однажды я встретил Рождество Христово в храме святителя Николая в Толмачах при Государственной Третьяковской галерее.
И вот я иду по пустынному в этот час Толмачёвскому переулку, спешу, чтобы успеть до закрытия метро. На углу с Лаврушинским переулком встречаю пожилого человека. Почему он здесь? Какая беда у него? В мир пришёл Спаситель. А этот такой несчастный на вид человек грустен. На его непокрытую голову падают снежинки.
|
Это - Иван Сергеевич Шмелёв. Его скромный бюстик на постаменте днём едва приметен. А за спиной, увы, теперь громоздится вычурный, бездарный фонтан - неуместный здесь, в Замоскворечье, которое так любил Иван Сергеевич. Нередко специально приезжаю сюда, чтобы увидеть того, чьи книги нашли живой отклик в моей душе.
* * *
И теперь невозможно пройти мимо.
- Здравствуйте, Иван Сергеевич!
Кладу на постамент свечу, одну из тех, что не успел возжечь в храме, нёс на память об этом Рождестве домой.
- Это Вам, Вы так любите этот светлый праздник...
Вспоминаю строки из «Лета Господня» Шмелёва, где писатель так вдохновенно, так поэтически описывает празднование Рождества:
«...Идёшь из церкви. Всё - другое. Снег - святой. И звёзды - святые, новые, рождественские звёзды. Рождество! Посмотришь в небо. Где же она, та давняя звезда, которая волхвам явилась? Вон она: над Барминихиным двором, над садом! Каждый год - над этим садом, низко. Она голубоватая. Святая. Бывало, думал: «Если к ней идти - придёшь туда. Вот, прийти бы... и поклониться вместе с пастухами Рождеству! Он - в яслях, в маленькой кормушке, как в конюшне... Только не дойдёшь, мороз, замёрзнешь!». Смотришь, смотришь - и думаешь: «Волсви же со звездою путеше-эствуют!..».
* * *
Крещусь, кланяюсь Шмелёву.
Молча стою, и, кажется, уже не спешу.
Только что молился в храме, молился у одной из величайших святынь Православия - Владимирской иконы Божией Матери.
Теперь молюсь вместе со Шмелёвым.
И эта молитва, верю, будет услышана Господом.
