Американцы предлагают новые «правила игры»
Публикация вслед за Стратегией национальной безопасности США общих соображений о Стратегии национальной обороны подтверждает, что приучение американского общественного мнения к выделению корпорациям ВПК США колоссальных бюджетных средств продолжается.
The Washington Post обращает внимание на то, что «теперь не терроризм, а соперничество между странами является основным поводом для беспокойства о безопасности Соединённых Штатов». Внезапное выпадение из американского внешнеполитического дискурса темы «борьбы с международным терроризмом» (Great power competition - not terrorism is now the primary focus of U.S. National security) не менее знаменательно, чем объявление Джорджем Бушем-младшим после теракта 11 сентября 2001 года «глобальной войны» с террористической угрозой. В обоих случаях американцы задают «правила игры». Это значит, что США, как и в 2001 году, заявляют всем остальным: «Если вы не с нами, вы против нас». И «смягчающая» оговорка заместителя министра обороны США Элбриджа Колби, сказавшего, что это, мол, «не стратегия конфронтации, а стратегия, признающая реальность конкуренции», здесь ничего не меняет.
Издание Popular Mechanics выделяет в новой стратегии ещё два аспекта - требование ускоренной модернизации американских вооружённых сил и ставку на применение в военном деле аналитики больших данных, искусственного интеллекта, автономных систем управления, роботов, направленной энергии, гиперзвуковых ракет, биотехнологий.
Примечателен язык нового американского документа. На второй странице Стратегии национальной обороны КНДР и Иран, два государства-члена Организации Объединённых Наций, прямым текстом объявляются «мошенническими режимами», которые якобы дестабилизируют международную обстановку своим «стремлением к обладанию ядерным оружием либо спонсированием терроризма». Надо отдавать себе отчёт в том, что это форма объявления войны.
Нетрудно заметить, что в новой редакции американских «руководящих» документов Китай и Россия фактически поставлены в один ряд с Северной Кореей и Ираном. Просто они характеризуются (пока?) более мягкой лексикой - как «ревизионистские» державы. Вполне очевидно, что ярлыком «ревизионизма» обозначается неприятие (стремление к пересмотру, к «ревизии») того мироустройства, в котором США, по выражению покойного Бжезинского, получили возможность рассматривать себя после дезинтеграции СССР как «единственную глобальную сверхдержаву».
Замечание о том, что «родина [Соединённые Штаты] больше не является надёжным убежищем», явно приглашает американских налогоплательщиков согласиться с предстоящими расходами Америки на новую гонку вооружений. Эксперт по оборонному бюджету из Центра стратегических и международных исследований Тод Харрисон резонно заметил, что «стратегия, принимаемая без учёта ограничения ресурсов, может оказаться неоперабельной», но сейчас обнародованы лишь общие положения документа (11 страниц). И поскольку большая часть Стратегии остаётся засекреченной, можно предположить, что в ней-то и задан конкретный механизм финансирования планов Пентагона по финансированию американского военно-промышленного комплекса.
В презентации Стратегии, которую проводил министр обороны Джим Мэттис, прозвучало и нечто свежее: США будут не просто реагировать на идеи, возникающие в других государств, но будут активно внедрять их у себя. Как сказал Мэттис, «не все хорошие идеи рождаются в стране с самым большим количеством авианосцев». Непривычно слышать такое из «сияющего града на холме», но соображение здравое. Недаром Пентагон широко привлекает иностранных подрядчиков - израильские, германские, канадские, японские компании.
Новая Стратегия национальной обороны США направлена на очередное изменение американцами «правил игры» (на это претендуют и остальные концептуальные документы американских военных). Она стала вторым документом после выхода Стратегии национальной безопасности, но ожидается ещё и третий документ - Национальная военная стратегия, за подготовку которой несёт ответственность председатель Объединённого комитета начальников штабов генерал Джозеф Данфорд. Вот она-то и будет инструкцией, указывающей как, где и когда применять Вооружённые силы США. Учитывая скрытный характер генерала Данфорда, утечек, раскрывающих содержание этого документа, можно не ждать.
Американский новостной портал Defense News в начале января 2018 года издал брошюру, которую открывает статья Йенса Столтенберга. Генсек НАТО сообщает, что в 2018 году планируется внедрение новых инструментов по кибервойне, увеличение воинского контингента в Афганистане с 13 до 16 тысяч человек, а также продолжение «специальной миссии» в Ираке. НАТО рассматривается как дополнительная опора американской военной силы не только в Европе, но также на Ближнем Востоке и в Индо-Тихоокеанском ареале, которые тоже названы в Стратегии национальной обороны зонами приоритетных интересов США. Отсюда - постоянные призывы Вашингтона к модернизации, ротации, надлежащему покрытию военных расходов альянса и т. п.
Пентагон готов заключить в 2018 году ряд новых контрактов и запустить производство новых вооружений (самолёты, танки, корабли). Американские ВВС определят победителя тендера для создания нового учебного самолёта T-X и новый вертолёта, который заменит старый UH-1 Hueys, несущий службу по защите межконтинентальных баллистических ракет в северных районах США. ВМС готовят три контракта на новый фрегат и новый заправочный дрон MQ-25 Stingray. Корпус морской пехоты планирует выбрать победителя конкурса для создания нового боевого корабля-амфибии. А в сухопутных силах намечен тендер на новый лёгкий танк.
Считается, что 2018 год будет особо важным для Киберкомандования США, которое окончательно выделят из Агентства национальной безопасности (АНБ). К сентябрю 2018 года все 133 боевые команды по кибермиссиям должны достичь полной операционной готовности.
Ожидается, что к июлю 2018 г. компании Boeing, General Atomics и Lockheed Martin создадут прототипы дронов, способных стрелять лазером для поражения межконтинентальных баллистических ракет. Этот проект должен быть полностью завершён к 2021 году.
К лету 2018 г. предусмотрено создание нового Командования армии США, которое будет специально заниматься разработкой новых типов вооружений и обеспечением их поставок. Будет проведена также ревизия всех программ, которые занимаются обеспечением сетевой связью военных структур. В интересах подразделений, занимающихся электронной и кибервойной, уже выделяются крупные инвестиции, испытываются активные системы защиты военной техники. Угрозой номер один командующий армией США генерал Марк Милли считает Россию.
Всё это подозрительно напоминает подготовку к Большой войне, дважды в ХХ веке обеспечившей Соединённым Штатам взлёт их финансовой, промышленной и технической мощи до сверхдержавного уровня.
