Как Британия взялась возглавить Европу против России
После беспрецедентных информационных атак Лондона на Москву стало заметно, что Берлин и Лондон в своей политике по отношению к России звучат по-разному. После президентских выборов России 18 марта немецкий журналист подчёркивал: «Президент Германии Франк-Вальтер Штайнмайер был первым главой западного государства, который поздравил Владимира Путина с его победой на выборах. В то время как Лондон всё больше усиливает свои обвинения против российского правительства - несмотря на тот факт, что попытка отравления ядом в Солсбери до сегодняшнего дня не прояснена, - главы государства и правительства Германии вновь сигнализируют России о возможностях сотрудничества».
Действительно, в те дни, когда в Лондоне неистовствовали, выдвигая против России одно обвинение за другим и призывая к сплочению Запада против Москвы, Штайнмайер в поздравительной телеграмме Путину писал: «Двусторонние отношения между нашими странами традиционно покоились на солидном основании. Тесное сотрудничество между Россией и Германией всегда было... важной опорой общих усилий в Европе по установлению и укреплению на нашем континенте долгосрочного мира и порядка». Это и есть принципиально разное звучание Берлина и Лондона в политике по отношению к России.
Поздравляя российского президента, президент Германии выразил «пожелание и надежду» на то, что «мы будем способны противостоять отчуждению на нашем континенте». И тут важен многозначительный комментарий немецкого журналиста к поздравлению Штайнмайера: «Этим обозначен первый контрапункт к текущему, предположительно лишь краткосрочному британскому лидерству во внешней политике ЕС». Немецкое политическое мышление действительно не вмещает долгосрочное (и столь экстравагантное) лидерство Британии в Европе.
Выход Британии из Европейского союза ослабил возможности Лондона влиять на европейские дела - и одновременно укрепил ведущую роль Германии. В этом свете историю с отравлением Скрипаля можно рассматривать (вообще-то, немцы так и делают) как попытку британской верхушки рывком «отыграть» понижение статуса Великобритании в Европе - со стремительным выходом в авангард «единого антироссийского фронта».
На саммите ЕС в Брюсселе 22 марта премьер-министр Великобритании Тереза Мэй назвала Россию угрозой для всей Европы. Саммит не пошёл на практические шаги против России, ограничившись её осуждением.
Тем не менее вслед за Лондоном выразили готовность выслать российских дипломатов Франция, Польша и ещё более десятка европейских государств.
Начатое Лондоном наступление на Россию задумано и ведётся широким фронтом. Важное значение имеет сотрудничество Великобритании с Францией и Польшей - соседями Германии на западе и на востоке. Заключив с обоими эти государствами договоры о сотрудничестве в области обороны и безопасности, Лондон с двух сторон зажал Германию своими союзниками.
Фактически повторяется схема 30-х годов ХХ века. При этом в глазах англичан особое стратегическое значение имеет Польша, граничащая как с Германией, так и с Россией.
Польско-британское соглашение, подписанное в декабре 2017 г., предусматривает проведение совместных военных учений, обмен разведывательной информацией, кооперацию в поставках вооружений, совместную работу на пропагандистском поле. В прицел попадает не только Россия. Так, Лондон выделил Польше 5 млн фунтов на борьбу с «российской дезинформацией», и часть этих средств направляется на финансирование телеканала «Белсат», который 10 лет вещает на Белоруссию с территории Польши на белорусском языке.
Франко-британское Ланкастерское соглашение 2010 г. предусматривает создание общего оборонного рынка, совместное пользование военной инфраструктурой, ресурсами и техникой, сотрудничество ВМС, ВВС, в области кибербезопасности и т. д. При этом Лондон продолжает и военное сотрудничество с Берлином: для сохранения баланса сил стороны стремятся связать друг друга взаимными обязательствами и договорённостями.
Германия заинтересована в развитии взаимовыгодных двусторонних отношений с Россией, но как раз это не может устроить Лондон. Европейская политика островной Великобритании не меняется веками. Её главный смысл заключается в том, чтобы в геополитическом пространстве «от Атлантики до Урала» не допустить сближения двух крупных континентальных держав - Германии и России. Поздравляя В. Путина с победой на выборах, Ф.-В. Штайнмайер справедливо указал, что двусторонние отношения Берлина и Москвы - залог прочного порядка в континентальной Европе. Однако в рамках такого «континентального порядка» роль Великобритании в Европе была бы сведена к незначительной.
Независимые немецкие аналитики отмечают, что отравление 4 марта бывшего сотрудника ГРУ Сергея Скрипаля в Солсбери позволило британцам, начавшим сдавать позиции в Европе после Брекзита, выступить собирателем западных держав для похода против России. Не дожидаясь результатов расследования, британцы призвали членов ЕС солидаризоваться с ними под водительством Лондона. Пока Скрипаль был жив и здоров, Лондон о таком своём «лидерстве» не мог и мечтать.
Единая внешнеполитическая линия западных держав, определяемая Великобританией, - это намного больше того, на что Лондон мог рассчитывать во времена Брекзита. В результате отравления Скрипаля и невиданной по ярости (далеко за рамками дипломатической этики) информационной атаки на Москву Британия заняла передовую позицию на линии противостояния Запада с Россией. Сделала себя прифронтовым государством и предложила на себя равняться.
Правительство Меркель тоже поддержало Лондон, который, как ему кажется, ведёт беспроигрышную игру. Эта игра ставит Берлин в непростое, двойственное положение. Германия вынуждена маневрировать. Немцы обеспокоены: активность Лондона чревата тем, что актуализирует англо-германские противоречия 100-летней и более давности, дважды на протяжении ХХ века приводившие к мировым войнам. Достаточно указать на дополнительное франко-британское соглашение о военно-политическом сотрудничестве, заключённое в январе 2018 года: в совместном заявлении Лондон и Париж ссылаются на исторический опыт Первой мировой войны, когда британские и французские солдаты «сражались плечом к плечу, защищая общую веру в свободу и сопротивляясь агрессору» (сражались, напомним, с немцами).
Англо-французское соглашение 2018 года предусматривает укрепление взаимодействия флотов двух стран в Атлантике, особенно в проливе Ла-Манш; взаимодействие сил ПВО; содействие Великобритании операциям французской армии в Африке; формирование сводного 10-тысячного экспедиционного корпуса для отправки в любую точку планеты, потому что «Европа простирается дальше её границ» (от этой последней формулы уже веет духом старого колониализма).
В ответ на действия Великобритании Берлин в январе 2018 года обновил Елисейский договор 1963 года о дружбе и сотрудничестве с Францией. Обновлённый договор содержит тезисы о выработке совместной позиции по вопросам европейской и международной политики, сотрудничестве по линии МВД, спецслужб и т. д., но в отличие от англо-французского соглашения страдает отсутствием конкретики.
Намерена ли, однако, Германия, уступать выходящей из Европейского союза Великобритании ведущую роль, заявку на которую Лондон сделал столь авантюристическим образом? Ответ здесь может быть только один: нет.
Не сказал ещё последнего слова и Вашингтон. После того как в ХХ веке Великобритания по итогам двух мировых войн и потери своей колониальной империи уступила Соединённым Штатам роль «лидера Западного мира», американский истеблишмент может не захотеть ещё раз поменяться с британцами ролями.
Затеянная Великобританией рискованная геополитическая игра, жертвой которой пал Скрипаль, может дать совсем не те результаты, на которые рассчитывали в Лондоне.
Фото: New Statesman
