Официально Пекин амбициозных целей по части интернационализации юаня (жэньминьби) не провозглашал, но китайская денежная единица с некоторых пор стала активно продвигаться за пределы страны. 

В 2005 году денежные власти Китая отказались от жёсткого режима валютного курса юаня. С 2005 по 2013 год цена юаня в долларах росла почти ежегодно, всего за этот период он укрепился на 36,7%. Пик был достигнут 26 января 2014 года: 6,0427 юаня за 1 доллар США. Некоторые резервы конкурентоспособности китайской экономики ещё сохранялись, поэтому удорожание юаня не влияло радикально на состояние торгового баланса Китая. А юань при этом становился в мире привлекательной валютой. Спрос на него возрастал. 

Что такое офшорный юань

Пекин уже в 2000-е годы стал предлагать торговым партнёрам использовать в расчётах по экспорту и импорту свою национальную валюту. Партнёры за редкими исключениями не возражали. В ноябре 2010 года тогдашний премьер-министр РФ Владимир Путин в ходе переговоров с главой китайского правительства Вэнь Цзябао подписал Протокол о внесении изменений в Соглашение между Правительством Российской Федерации и Правительством Китайской Народной Республики о торгово-экономических отношениях от 5 марта 1992 года. Протокол предусматривал возможность осуществлять торговые операции между странами в национальных валютах России и Китая.

В 2012 году начало действовать соглашение между Китаем и Японией об использовании в расчётах по двухсторонней торговле юаня и иены. Каждая из этих двух стран является для другой важнейшим торговым партнёром. 

Рост масштабов использования юаня в расчетах по торговле Китая с другими странами в 2010-2011 гг. носил взрывообразный характер. Если в 2010 г. объём расчётов в юанях составил 500 млрд юаней, примерно 2% от общего размера товарооборота, то по итогам 2011 г. объем трансграничных расчетов в китайской валюте с 180 зарубежными странами и территориями достиг 2,58 трлн юаней, доля расчётов в юанях выросла до 9,2%.

В результате внедрения юаня в торговлю появился так называемый офшорный юань - китайская валюта, размещаемая на счетах банков других стран. Банки стран - торговых партнёров Китая стали открывать корреспондентские счета в китайских банках в юанях. Например, такие счета открыли более 100 российских банков. 

Помимо торговли появились и другие сферы использования офшорного юаня. Для стимулирования более широкого использования юаня Народный банк Китая заключил с центробанками других стран большое количество соглашений о валютных свопах в национальных валютах для того, чтобы партнёры Китая не испытывали дефицита юаней. Юани стали торговаться на валютных рынках некоторых стран. Возникли зарубежные клиринговые центры по операциям с юанями. Как правило, в таких центрах в качестве клирингового банка выступает филиал или дочерняя структура крупного китайского государственного банка. 

Среди зарубежных юрисдикций по объёмам офшорных юаней и операций с ними выделяется Гонконг. Хотя в 1997 году Гонконг перестал быть британской территорией и перешёл под юрисдикцию КНР, он имеет особый статус и значительную автономию. В частности, у этой территории есть собственная валюта - доллар Гонконга. А юань формально считается иностранной валютой. Так вот Гонконг сосредоточил большую часть всех офшорных юаней и операций с ними. А «победное шествие» юаня в мире сводилось к тому, что его присутствие наращивалось в Гонконге. 

В январе 2013 года в мире насчитывалось в виде банковских депозитов 700 млрд юаней, а величина таких депозитов в Гонконге превышала 600 млрд юаней, то есть почти 90% мирового итога. В марте-мае 2015 г. величина юаневых депозитов достигла 1.850 млрд, а в Гонконге их величина в первой половине 2015 года вышла на рекордный уровень в 1 триллион юаней. Доля Гонконга в мировом итоге снизилась за счёт того, что в 2013-2015 гг. динамично росли юаневые депозиты в других странах; тем не менее Гонконг оставался абсолютным лидером, его доля в мировом итоге была равна примерно 55%. 

Наверное, апогеем шествия юаня по миру стало решение совета директоров МВФ о включении юаня в корзину СДР осенью 2015 года. Это означало присвоение юаню почётного звания «резервной валюты». До этого в корзине находилось четыре валюты: доллар США, евро, иена и фунт стерлингов. У каждой из них имелась своя квота. Юань, став пятой валютой, по своей квоте необходимой для расчёта курса СДР, сразу стал третьей по весу валютой в корзине МВФ (10,92%), уступив доллару (41,73%) и евро (30,93%), но обогнав японскую иену (8,33%) и фунт стерлингов (8,09%).

Укрепление юаня как следствие ослабления доллара США

Однако осенью 2015 года было уже очевидно, что юань испытывает серьёзные проблемы. На протяжении всего этого года китайская валюта слабела по отношению к доллару США, что было вызвано усиливающимся оттоком капитала из Китая. Пекин стал принимать меры по ограничению вывода капитала за границу, а Народный банк Китая использовал свои международные резервы, чтобы снижение курса юаня не превратилось в обвал. Китай боролся за поддержание юаня, а из Вашингтона сыпались обвинения в том, что Пекин ведёт валютную войну против всего мира (и особенно США), якобы сознательно занижая курс юаня. 

Несмотря на все усилия китайских властей по итогам 2015 года юань обесценился по отношению к доллару США на 6%. В 2016 году процесс падения юаня продолжился. Курс жэньминьби к американской валюте упал за год ещё на 6,7%. Летом 2016 года будущий президент США Дональд Трамп с возмущением говорил о том, что Китай ведёт целенаправленную валютную войну против Америки. И обещал, что когда станет хозяином Белого дома обязательно накажет Китай, введя дополнительные пошлины на китайские товары. 

Однако, когда Дональд Трамп стал президентом США, так называемая валютная война Китая завершилась. В 2017 году китайский юань пошёл вверх по отношению к доллару США. Хотя правильнее говорить не столько об укреплении юаня, сколько об ослаблении доллара. В прошлом году юань укрепился к доллару на 6,28%. Это рекордный рост курса китайской валюты к американской за последние девять лет. 

Пока ещё укрепление валютного курса юаня не отразилось на некоторых показателях, характеризующих позиции китайской валюты в мире. Система СВИФТ опубликовала недавно свежие данные о валютной структуре проходящих через неё международных платежей. В декабре 2015 года доля платежей в юанях во всех платежах составляла 2,31%. Через год этот показатель опустился до 1,68%. А в декабре 2017 года он упал до 1,61%. В декабре 2015 года на юань приходилось 1,60% всех трансграничных платежей, а в декабре 2017 года доля юаня упала до 0,98%. Это свидетельствует о серьёзном ослаблении международных позиций юаня. Однако надо иметь в виду инерционность событий в международной финансовой системе. Многие из контрактов, которые заключались в 2017 году, учитывали растущий курс юаня; поэтому можно предположить, что платежи по таким контрактам, которые будут совершаться в 2018 году, будут чаще и в больших объёмах производиться в китайской валюте. 

В конце января 2018 года Банк Китая обнародовал доклад, посвящённый проблемам интернационализации юаня. Документ констатирует, что китайская валюта после двухлетнего отступления уже в прошлом году перешла в наступление. В конце прошлого года свыше 250 тысяч предприятий и 245 банков в мире производили трансграничные операции в жэньминьби. В докладе с удовлетворением отмечается, что недавно Германия и Франция заявили о включении жэньминьби в корзину инвалютных резервов. Полгода назад ЕЦБ тоже заявил об увеличении инвалютных резервов в жэньминьби.

Доклад Банка Китая пронизан уверенностью, что в 2018 году наступление будет продолжаться. Свой оптимизм банк основывает на результатах опроса участников рынка. Он был проведен среди 3134 зарубежных и китайских торгово-промышленных предприятий и 118 финансовых институтов из 25 зарубежных стран и юрисдикций. Согласно опросу, 76% респондентов считают, что международный статус жэньминьби, вероятнее всего, приближается к доллару США, евро, фунту, японской иене и другим международным валютам. Объём трансграничных сделок в юанях среди опрошенных предприятий и финансовых институтов выросли на 13% по сравнению с 2016 годом. 61% зарубежных респондентов (относящихся к категории рыночных субъектов) заявили о готовности к применению или дальнейшему повышению процента использования юаня. Представляя 31 января доклад, вице-президент Банка Китая г-н Чжан Цинсун заявил, что «в 2017 году интернационализация жэньминьби в целом проявила благоприятную тенденцию укрепления и развития и имеет оптимистические перспективы». 

Для сторонников интернационализации юаня приятной была новость об укреплении китайской валюты за первый месяц 2018 года. В январе 2018 года курс юаня к доллару США укрепился на 3,38 процента. Это максимальный месячный рост с 1994 года.

Пока, правда, не очень понятно, чего в конечном счёте хотят руководители Китая от юаня на международной арене. Нужен ли им офшорный юань лишь для того, чтобы заместить американский доллар в торгово-экономических отношениях Китая с другими странами? Или же Пекин вынашивает планы полностью заместить юанем американский доллар, занять все обслуживаемые им мировые ниши: торговлю, инвестиции, валютные резервы, рынок ФОРЕКС и т. д.? 

Америка на дух не переносит юани

При всех отливах и приливах процесс интернационализации юаня продолжается. Правда, на сегодняшний день интернационализация юаня не идёт ни в какое сравнение с интернационализацией доллара США. Осенью прошлого года суммарный объём офшорной китайской валюты оценивался в 1150 млрд юаней. В то же время на конец 2016 года в банках КНР депозиты составили 155,5 трлн юаней. То есть офшорные депозиты в юанях составляли лишь 0,7% по отношению к аналогичным депозитам внутри Китая. А с офшорным долларом США всё наоборот: за пределами США количество «зелёной бумаги» примерно в два раза превышает её массу в стране происхождения. Как говорится, почувствуйте разницу. 

А сколько же нужно офшорных юаней, чтобы, скажем, обслуживать внешнюю торговлю Китая? Внешнеторговый оборот Китая в 2017 году, согласно предварительным оценкам, составил около 4 трлн долл. В китайской валюте это примерно 25-26 трлн юаней. Если предположить, что валютами расчётов в торговле Китая с другими странами будут выступать на паритетной основе (50:50) юань и национальная денежная единица страны-партнёра, тогда для обслуживания текущего объёма торговли потребовалось бы 12,5-13 трлн юаней. То есть нынешнюю массу офшорных юаней следует увеличить примерно на порядок. Однако трудно представить, чтобы Китаю удалось договориться с Америкой о расчётах во взаимной торговле в долларах и юанях на паритетной основе. По предварительным данным, в 2017 году оборот торговли между США и Китам составил 600 млрд долл., что эквивалентно 3,95 трлн юаней, - и все расчёты велись исключительно в долларах. Америка юани на дух не переносит. Не только в двухсторонних с Китаем отношениях, но и вообще.

Источник