Официально главной темой недавнего визита президента Турции Реджепа Тайипа Эрдогана в Польшу была экономика, но на встречах в Варшаве обсуждался гораздо более широкий спектр вопросов.
По некоторым пунктам положение Польши и Турции в их отношениях с Брюсселем можно сравнить: президенты обеих стран подвергаются критике за свои действия в миграционной политике и обвиняются в авторитаризме.
Польша - первая страна Евросоюза, принимающая турецкого президента с официальным визитом после попытки государственного переворота в Турции в июле 2016 года и последующих репрессий против заговорщиков.
За полгода до этого, в январе 2016 года, правящая в Польше клерикально-консервативная партия «Право и справедливость» Ярослава Качиньского провела реформу СМИ, наделив министерство финансов полномочиями назначать руководителей государственных СМИ и изменять их состав. Затем последовала судебная реформа, подчинившая независимую ранее судебную власть министерству юстиции. Всё это вызвало в Брюсселе раздражение и критику.
То же можно наблюдать и в подходе властей Евросоюза к Анкаре: с июля 2016 года турецко-европейские отношения развиваются от плохих к худшим. В конце концов Эрдоган назвал ненужным курс на интеграцию Турции в Европейский союз (получить членство в ЕС Турция пыталась с 1963 года, но бесполезно).
Между тем Варшаве охлаждение отношений Брюсселя и Анкары сосем не на руку сразу по нескольким причинам.
1) Реализация Польшей антироссийских геополитических проектов
Взаимодействие с Турцией - важное условие для успешной реализации польского проекта «Троеморьее» (создания антироссийского блока на пространстве между Адриатическим, Балтийским и Чёрным морями). Чёрное море и примыкающая к Средиземноморью Адриатика имеют для Турции принципиальное геополитическое значение. «Польша поддерживала и будет поддерживать стремления Турции к членству в ЕС...Турция - очень важный партнёр ЕС в вопросах европейской безопасности», - подчеркнул польский президент Анджей Дуда. Без Турции в качестве союзника ЕС конструкция Троеморья будет лишена весомого звена, играющего важную роль на Ближнем Востоке.
Варшава выступает за скорейшую интеграцию в Евросоюз балканских государств - Македонии, Сербии, Черногории, Боснии и Герцеговины, Косово и Албании. Об этом министр иностранных дел Польши Витольд Ващиковский заявил на встрече глав МИД Вышеградской четвёрки (Польша, Венгрия, Чехия, Словакия) в Будапеште 11 октября сего года. Балканы - традиционная зона стратегического внимания Турции, и здесь Варшава тоже стремится заручиться турецкой поддержкой.
2) Польско-германские отношения
Проект «Троеморье» имеет не только антироссийский, но и антигерманский заряд. Сближение Польши и Турции происходит на фоне резко ухудшившихся отношений Турции с Германией.
В июле 2017 года немецкие власти лишили Эрдогана слова на саммите G20 в Гамбурге. Причиной стало выступление турецкого лидера, который обвинил Берлин в поддержке терроризма (курдов) и призвал многочисленную турецкую общину в Германии голосовать на выборах в бундестаг против Ангелы Меркель. Играя на обострение турецко-германских противоречий, Польша стремится создать для Берлина дополнительные трудности.
3) Сотрудничество Анкары и Варшавы в рамках НАТО
Польская редакция «Немецкой волны» пишет: Варшава «до колик в животе» (это цитата) обеспокоена потеплением российско-турецких отношений. Предварительное согласие Анкары приобрести российские ракетные системы С-400 и решение создать при участии России национальную и независимую от НАТО систему ПВО грозят оголить южный фланг НАТО, пока Польша занимается укреплением фланга восточного».
Взаимодействие Анкары и Варшавы в рамках Североатлантического альянса было предметом обсуждения на встрече Дуды и Эрдогана. Как следует из заявления руководителя администрации президента Польши Кшиштофа Щерского, польские политики хотели бы видеть Турцию звеном, связывающим восточный и южный фланги НАТО.
4) Миграционный кризис
Польша отказывается соглашаться с навязываемыми Брюсселем миграционными квотами. Партия «Право и справедливость» называет миграционную политику ЕС цивилизационным самоубийством.
Анкара в свою очередь не прочь пошантажировать Брюссель беженцами, давая понять, что в любой момент может открыть им ворота в Европу. А чем больше мигрантов из Турции попадёт в Европу, тем более жёстко Брюссель будет требовать от Польши открыть свои границы для беглецов с Ближнего Востока. Отсюда заинтересованность поляков в продлении действия соглашения Турция - ЕС о мигрантах, в соответствии с которым Турция задерживает миграционный поток на своей территории.
Существенно и то, что Варшава претендует выступать посредником между Анкарой и Брюсселем, памятуя о союзнических в прошлом отношениях Речи Посполитой и Османской империи. Когда-то эти державы имели общую границу, поляки поддерживали антиславянскую политику турок на Балканах и действия против России. В ответ османы не признавали разделов Лехистана (турецкое название Польши). В Варшаве и сегодня хотели бы с помощью Турции превратить южные рубежи Европы в линию противостояния с Россией.
