Культуркампф - война культур, или, лучше, идеологическая борьба
разгорелась в России вовсю. Тут тебе и арьергардные бои вокруг
новосибирского спектакля «Тангейзер», и схватки, связанные с фильмом
«Левиафан», и споры об Украине. Министр культуры Мединский, не самый
популярный министр в этой сложной отрасли, находится под ударом, и
критики яростно требуют его головы. Кошку бьют, а невестке наветки дают -
спорят о кино, но имеют в виду Путина и его преобразования.
Критики - люди девяностых, преемники прорабов перестройки и детей
Арбата. В страшные годы России, когда рухнули искусство, наука, сельское
хозяйство, промышленность и армия, они устроились и прочно, надежно
обосновались, приватизировав столичную иерархию искусств. Они получили
свои места из рук Ельцина и Яковлева. Жизнь России пошла дальше, но они
никуда не делись - как и прежде, они постоянно прописаны на телеэкране,
они умеют получать гранты, знают, где достать миллионы на свои проекты,
как выбить субсидии, как распилить бюджет. Сейчас они активизировались.
Если бы мамонт оттаял и пошел по улицам Москвы - он бы удивил не больше,
чем вручение кинопремий «Ника» в этом году. Первые премии достались
фильму «Трудно быть богом», снятому покойным Алексеем Германом много лет
назад. Критик справедливо назвал его «апофеозом интеллигентской
чернухи». Этот фильм - по любимой книжке юношества - смотреть
невозможно, не говоря уж о присуждении премий. Несмотря на огромную
раскрутку, он оправданно провалился в прокате. Десять миллионов наших с
вами долларов вкачали в этот проект, а на-гора он выдал только один
миллион с хвостиком. Не в деньгах счастье, но все же обидно.
Художественная ценность фильма стремится к нулю, если не выражается в
отрицательных величинах.
Вышедший на экраны после 14 лет работы и через два года после смерти
режиссера фильм вошел в десятку самых провальных российских лент, что
доказывает наличие вкуса у русского кинозрителя. Визуально - на экране
не видно ничего, кроме грязи и экскрементов. Его идея - интеллигенты это
супермены неземного происхождения, а прочие - быдло и ватники. Трудно
быть богом, но никакого другого бога нет.
Жюри «Ники» колебалось между «Трудно быть богом» и «Левиафаном». Что
лучше покажет российскому зрителю и гражданину, как его презирают
мастера культуры? Выбор жюри пал на фильм Германа, но и «Левиафану»
достались кое-какие награды. Фильм номинального главы «Ники»
талантливого Андрея Кончаловского не снискал премий. Зато особый приз
«Ники» достался Лии Ахеджаковой - «За честь и достоинство». Не знаю,
какой творческий подвиг Ахеджаковой полюбился жюри «Ники». Ее призыв
расстреливать депутатов всенародно избранного парламента России в 1993
году? Ее кликушество на Болотной? Ее поддержка Ходорковского? Ее
ненависть к коммунистам? Ее пылкая любовь к фашистскому режиму в Киеве?
Не случайно ей вручала премию вдова Бориса Ельцина, ликвидировавшего
Советский Союз в сговоре с Киевом.
Не случайно КиноСоюз (так называется либеральный осколок Союза
Кинематографистов России) встал на сторону Киева в его конфликте с
Москвой. На его сайте - возмущение деятелей искусства тем, что Крым им
дорого обходится, недовольство Путиным, который нерачительно
распоряжается народными деньгами. Если бы рачительно - они бы не увидели
копейки бюджетных денег. Но дело нешуточное.
Итальянский философ Антонио Грамши создал теорию культурной гегемонии,
по которой именно в культуре определяется господство идей в обществе.
Культурная гегемония, захваченная перестроечным «Огоньком», так и
осталась в их руках. Вот послужной список типичного победителя из
девяностых: Медаль «Защитнику Свободной России» 1992 г., «Почётная
грамота» МИД Латвии «За содействие независимости Латвийского
Государства» 2006., Офицер Ордена «Трёх звёзд» Латвия 2009г., Лауреат
Первой Премии Посла Польши в РФ. 2010г. То есть - человек не испытывает
дискомфорта, даже гордится тем, что русских в Риге лишили гражданских
прав, что НАТО обосновалось на польской земле. Не удивительно, что такие
люди возмущены смещением новосибирского директора театра оперы и балета
Бориса Мездрича («Тангейзер») и требуют головы министра культуры
Мединского - если уж нельзя получить голову Путина, который, по их
мнению, мало что решает.
Приход Путина к власти воспринимается в перспективе времени как
революция. Покойный русский философ Александр Зиновьев считал, что Путин
- это «третий ГКЧП», победивший после двух неудач, в 1991 и в 1993. (Он
был в восторге от ГКЧП и Путина). Но путинская революция была слишком
уж бархатной. Бывшие комсомольцы, пресловутая «семья», раздербанившие
Россию, остались на своих местах, в своих банках и во главе своих
компаний. Путин обещал их не трогать - и их не тронули. Приватизацию не
отменили. Ельцинскую гвардию разбавили силовиками, но те не поняли, что
культура и идеология не менее важны, чем кантемировская дивизия.
Люди искусства - во многом конформисты в душе. По-другому им не выжить.
Если они массово выстраиваются за прорабами и их преемниками, то это и
потому что у тех там - командные высоты, деньги и слава, а у сторонников
Путинской революции, простите, ничего нет. Это понял Максим Кантор,
талантливый художник и писатель, в своем первом воплощении осудивший
девяностые и их последователей. Но вскоре он разобрался, перевоплотился,
осудил Путина, Россию, Крым - и ни разу не пожалел. Он стал
рукопожатным, получил денежные и лестные заказы и процветает. Приходится
ему время от времени покаяться за былое, но, видимо, дело того стоит.
А вот обратный пример. Директор Михайловского театра Владимир Кехман
согласился взять Новосибирский театр и излечить его от антихристианской
горячки. На него обрушился Следственный Комитет. В Новосибирске,
Екатеринбурге, Казани, Самаре, Воронеже, Ростове, Нижнем Новгороде,
Санкт-Петербурге и Москве работники СК наехали на офисы компании, в
прошлом связанной с Кехманом, а СМИ немедленно обвинили Кехмана в
мошенничестве. Вспомним, что недавно Следственный Комитет устроил обыск
по пустячному поводу в редакции Лайфньюз. То есть у противников
путинской революции есть и мощный административный ресурс.
Разгоревшийся сейчас культуркампф, идеологическая война - это борьба с
недобитками, с самовоспроизводящимся вирусом девяностых. Его заложили
глубоко в структуру общества западные спецслужбы, курировавшие
ельцинский режим. У вируса есть все для развития - капиталы, контакты,
структуры. Премии «Ника» - это яркое живое напоминание о том, что
девяностые не ушли, они только затаились. Сейчас они выбираются на
поверхность.
Исраэль Шамир
_1.jpg)
