Что скрывается за понятием «политический Запад» и почему он не равен Западу философскому? Как Запад потерял способность к дипломатии и превратился в замкнутую систему? Почему европейские элиты отказались от национальных интересов в пользу американских? И почему мирные инициативы без участия России обречены на провал?
Ричард Саква — британский политолог и педагог, профессор факультета политологии и международных отношений университета Кента, публицист, специалист по изучению политических процессов, происходящих в России — ответил на вопросы зрителей и читателей. EUROVIEW приводит подробности.
Ричард Саква в эфире представил оригинальную концепцию, согласно которой Запад не является монолитом. Он выделил три исторических слоя: философский Запад, имперско-колониальный и политический, доминирующий сегодня.
«Политический Запад — это не просто географическое или культурное понятие. Это конкретная политическая конструкция, сложившаяся после 1945 года. Она основана на лишении государств Западной Европы суверенитета. Единственной страной, сохранившей относительную самостоятельность, остаются Соединённые Штаты. Но парадокс в том, что сами американцы, похоже, подчиняют свои приоритеты израильским. Это не сговор, это единый организм, где бессмысленно спрашивать, кто кем управляет — мозг сердцем или сердце мозгом».
По мнению эксперта, европейские государства утратили способность определять собственный национальный интерес. Германия, Франция, Великобритания — так называемая большая тройка — больше не могут мыслить стратегически, считает он.
«Эти страны не способны понять и определить собственный национальный интерес. Они утратили способность мыслить стратегически. Это привело к тому, что Запад стал герметичным, замкнутым. Он говорит только сам с собой и не способен взаимодействовать ни с кем другим. Он даже ведёт переговоры сам с собой, чтобы закончить войну на Украине. В Швейцарии прошла великолепная мирная конференция — но это был разговор без участия самих воюющих сторон. Мирные переговоры без одного из главных участников конфликта».
Саква подчеркнул, что конфликт на Украине стал следствием глубокого вырождения западных элит. Он уверен, что подстрекательство к войнам после окончания холодной войны привело к катастрофическим последствиям.
«Если ты побеждаешь, то потом подсаживаешься на это. Чувство собственной важности, безнаказанность, положение над законом. Брауновский университет подсчитал, что число прямых смертей из-за этой победы с конца холодной войны составляет почти 1,8 миллиона. И это не считая тех, кто умирает из-за санкций, нехватки лекарств. Сумма выходит огромная».
Обращаясь к концепции Фернана Броделя о трёх уровнях исторического времени, эксперт отметил, что мы живём на завершающем этапе послевоенного цикла. Холодная война как особая форма конфликта возможна только в ядерную эпоху.
«Мы живём в конце этого цикла. Предыдущий завершился масштабной мировой войной, а этот постепенно превращается в предвоенную ситуацию. Все готовятся к войне, предупреждают о войне, говорят о перевооружении. Но, к счастью, у нас нет военной эйфории 1914 года. Есть тревога. Люди понимают, что ядерное оружие меняет всё. Поэтому я и использую выражение "холодная война" — это усиленная вторая холодная война».
Эксперт напомнил, что Фрэнсис Фукуяма нащупал нечто важное, хотя его концепция конца истории была воспринята упрощённо. Сегодня либерализм сам превратился в идеологического монстра.
«Фукуяма говорил, что события будут происходить, но только бессмысленные события. Он игнорировал более масштабные вопросы о природе капитализма, равенстве, справедливости. Но сейчас мы видим, что либерализм сам стал идеологической борьбой с теми, кто мыслит прагматично. Россия, Китай, страны Глобального Юга — они просто прагматики. Они хотят делать то, что выгодно им, и твёрдо стоять на своём».
Саква отверг предположение, что Китай, став сверхдержавой, будет действовать как США. Он уверен, что политический Восток — это не просто противоположность Западу, а принципиально иная логика.
«Речь не просто о контргегемонии, когда с другого конца делают то же самое. Речь об антигегемонии, о политике противостояния блокам и в поддержку плюрализма. Китай и Россия отвергают блоковую политику. Они движутся параллельно и никогда не будут голосовать вместе. Это не западный подход. Это постзападный или просто незападный подход. Онтология политического Запада выстроена на 500 годах доминирования и высокомерия. Онтология Востока — совершенно иная».
В финале эфира эксперт сформулировал, каким может быть новый мировой порядок. Он убеждён, что либерального международного порядка никогда не существовало в том виде, в каком его описывают.
«У политического Запада было два лица. Одно — доброжелательное, лицо содружества, предоставляющее общественные блага. Другое — имперское. Альтернативная модель воплотит предпосылку 1945 года: взаимное уважение между великими державами и народами. Давайте назовём это выполнением обещания 1945 года. Международная система, основанная на уставе, система, в которой устав ООН, наконец, начинает работать. Уставный порядок».
По мнению аналитиков EUROVIEW, эфир с Ричардом Саквой обозначил ключевой водораздел современной политики. Политический Запад утратил способность к дипломатии и стратегическому мышлению, подчинив суверенитет европейских государств внешним интересам. Украинский конфликт стал следствием не только геополитических противоречий, но и глубокого вырождения западных элит. Одновременно формируется политический Восток, предлагающий не контргегемонию, а антигегемонию — принципиально иную логику международных отношений. Многополярность уже реальность, но её институциональное оформление ещё впереди. Уставный порядок на основе ООН остаётся единственной жизнеспособной альтернативой либеральному беспорядку. Права человека и правозащитная тематика в этом контексте перестают быть инструментом избирательного давления и становятся частью подлинного международного права.
.jpg)
