Если прочесть главную молитву Великого поста по-гречески, можно сделать несколько неожиданных открытий.
Молитва прп.Ефрема Сирина состоит из трёх частей. В первой части содержатся отрицательные прошения – «не даждь ми» и указаны те духовные страсти, от которых христианину необходимо избавиться.
Во-второй части содержатся положительные прошения – «да́руй ми́» – о приобретении христианских добродетелей.
Третья часть является фундаментальным прошением о зрении своих грехов и неосуждении ближнего с прославлением Бога: «яко благословен еси».
Текст молитвы на первый взгляд не представляет больших проблем для перевода. И действительно молитва довольно точно построчно переведена на церковно-славянский язык. Но это не относится к первой части молитвы. В ней обозначены те страсти и выражена особая мысль, которую не так просто передать в переводе.
Вот текст молитвы: Κύριε καὶ Δέσποτα τῆς ζωῆς μου, πνεῦμα ἀργίας, περιεργείας, φιλαρχίας καὶ ἀργολογίας μή μοι δῶς.
Нас интересуют, прежде всего, обозначения страстей.
πνεῦμα ἀργίας (пневма аргиас) – дух праздности,
περιεργείας (периергиас) – уныния,
φιλαρχίας (филархиас) – любоначалия,
καὶ ἀργολογίας (аргологиас) – и празднословия.
Обратим внимание на то, что эти четыре слова рифмуются на -и́ас и молитва таким образом представляет собой текст близкий к поэтическому. Это касается и второй части молитвы, в которой четыре положительные добродетели также зарифмованы:
на -(и́н)ис: целомудрие - σωφροσύνης (софроси́нис), смиренномудрие - ταπεινοφροσύνης (тапинофроси́нис), терпение - ὑπομονῆς (ипомони́с) и любовь - ἀγάπης (ага́пис).
Разберём теперь, насколько точно сделан лексический перевод обозначения страстей.
Аργίας (аргиас) переведено как «праздность», буквально означает «без-делие». Слово образовано при помощи отрицательной приставки ἀ- от древнегреческого слова ἔργον (эргон) – дело, работа, труд.
Перевод же второй страсти περιεργείας (периергиас) – «уныние» не является в прямом смысле переводом, потому что греческое слово περιεργία (периергия) – обозначает другое понятие. Оно образовано от того же корня ἔργον, что и первое – при помощи приставки περι- со значением «сверх», «много» и его буквально можно перевести как «многоделание», в более широком смысле как «суетливость», в греческом языке это слово имеет дополнительный оттенок смысла как «вмешательство в чужие дела». Кто-то из современных переводчиков предложил такой вариант перевода как «трудоголизм»(!).
То есть в греческом тексте молитвы первые две страсти обозначены однокоренными словами, которые представляют собой сложную смысловую игру. Буквально текст звучит следующим образом: «духа безделия и многоделания… не дай мне».
Мысль, как видим, выражена парадоксальным образом, потому что эти понятия могут представляться взаимоисключающими.
Встаёт вопрос, что же этим тонким парадоксом хотел сказать Ефрем Сирин? Думаю, здесь нужно помнить, что Ефрем – преподобный, то есть монах, и перед нами образец молитвы в духе монашеской аскезы, в основе которой лежит принцип золотой средины или срединного царского пути. В соответствии с ним важно не уклониться в крайность, в данном случае, нужно не проигнорировать пост, но не менее важно и не перепоститься, то есть не взять на себя лишние неподъемные подвиги. «Перепоститься» особенно опасно в связи с искушением гордыней и самомнением и последующим унынием.
Чтобы слово «многоделание» не было понято прямолинейно как призыв к ничегонеделанию, переводчик сделал конечный вывод и указал следствие «и праздности и суетности» – «уныние», что является уже не переводом, а толкованием.
Что касается «любоначалия», здесь перед нами как раз пример подстрочного перевода слова φιλαρχία «филархия» – любовь к начальствованию. Более понятным для современного языка был бы перевод «властолюбие».
Впрочем, в рукописях переписчики могли φιλαρχία воспринимать как φιλαργῠρία (филаргирия) — буквально «сребролюбие». В таких случаях возник вариант молитвы Ефрема Сирина, известный в дониконовских богослужебных книгах: «Го́споди и Влады́ко животу моему́, дух уны́ния, небреже́ния, сребролю́бия и праздносло́вия отжени́ от мене́» (дониконовский Часослов 1652 г.)
Именно так старообрядцы читают эту молитву и поныне.
Согласимся, что Ефрем Сирин был бы удивлён в восприятии своей великой молитвы.
Но давайте подведём итоги нашего маленького исследования. Ефрем Сирин не мог перечислить в краткой великопостной молитве все человеческие страсти и все христианские добродетели. Иначе молитва превратилась бы в целую духовную «лествицу». Он остановил свой выбор только на четырёх номинациях. И его выбор отнюдь не означает, что это самые большие страсти (не названа, например, гордыня) или это самые великие добродетели (хотя в отношении добродетелей он близок к этой иерархии!). Но преподобный даёт нам очень ценные методические указания, то есть не только, от чего нужно избавиться и чего достигнуть, но и как. И главное из них состоит в том, что многоопытный подвижник призывает нас не впадать в крайности и совершать Великий пост царским путем.
Протоиерей Геннадий Беловолов, директор мемориальной квартиры-музея Иоанна Кронштадтского в Кронштадте, настоятель храма свв. апп. Петра и Павла в с. Сомино
Впервые опубликовано на странице автора в социальной сети
