О жизни Католической Церкви

Папа избирается конклавом кардиналов. Когда Папа умирает и престол объявляется вакантным, жизнь Католической Церкви приостанавливается. Кардиналы продолжают делать свою текущую работу, но уже могут уйти в отставку. Новый Папа может не принять их отставку, и тогда они продолжают свою работу, или же он набирает своих собственных служащих. Но, прежде чем набрать новых, ему надо войти в курс дел. Вошло в правило, что со смертью Папы вся жизнь прекращается. Для примера, ну самого яркого, можно назвать II Ватиканский Собор (1962–1965 гг.). Иоанн XXIII смог провести только одну сессию этого Собора. Когда он умер, то юридически в Католической Церкви Собор перестал быть Собором. Епископы должны были возвращаться на свои места, потому что если нет Папы, то не может быть и Собора. Новый Папа, преемник Иоанна XXIII, немедленно объявил, что он будет продолжать Собор.

Пий XII, Иоанн XXIII, Павел VI, Иоанн Павел I, Иоанн Павел II вставали в 6.30 каждый день. Служили мессу, потом завтракали, после чего Папа спускался этажом ниже, и там начиналась работа. Входил статс-секретарь, за ним всегда везли тележку, на которой кипами лежали дела, которые нужно было решать сегодня. Статс-секретарь докладывал Папе суть дела. Для этого требовалось высокое профессиональное умение – ведь нужно было просмотреть громаднейший материал и подготовить его для решения Папе. В 20.30 Папы ужинали, служили краткий молебен и снова садились за рабочий стол. Не буду говорить об обеде, прогулках и т.д. Каждый Папа, отходил ко сну около 12 часов ночи. А до этого он готовится ко многим аудиенциям епископов и глав государств, которые должны быть на следующий день.

XIX век был особенно тяжёлым для Римской Церкви, для Пап. На папском престоле, начиная с Пия IX, были Папы реакционно и консервативно настроенные, из-за чего Католическая Церковь оказалась в конфликте со всем миром. На протяжении второй половины XIX века и первой половины века XX Католическая Церковь была бастионом, крепостью консерватизма и фанатизма. Казалось, что ещё немного, и она потеряет своё влияние в мире, но этого не случилось. Из положения страшной реакции и косности Папы вывели Католическую Церковь. Иоанном XXIII было провозглашено «орджонаменто», то есть приспособление Церкви к требованиям текущего развития, что приобрело очень большой размах. Когда закончился Второй Ватиканский Собор, то все думали, что Церковь дальше пойдёт по пути обновления. Так, многие священники надеялись на отмену обязательного целибата. Павел VI был сторонником Собора, но он где-то затормаживал это развитие. Почему? Потому что в Католической Церкви в связи с этим приспособлением возникло течение, которое считало, что Ватиканский Собор вошёл в опасную фазу и принёс только вред Католической Церкви. Движение против Собора возглавил архиепископ Лефевр. Консерваторы утверждали, что последние Папы вели Церковь не туда, куда надо. Они организовали свою семинарию, где стали готовить священнослужителей в духе, противном Второму Ватиканскому Собору. В духе XV-XVI веков, там было всё как в Средние века. Павел VI запретил Лефевра в священнослужении, но это совершенно не помогло – Лефевр собрал своих сторонников и они признали это запрещение недействительным. Иоанн Павел II старался сгладить обстановку, притормозить реформы, погасить движение против Второго Ватиканского Собора.

Вторая очень важная проблема Католической Церкви – это Третий мир и так называемое богословие освобождения. В Латинской Америке появился целый ряд богословов в священном сане и без оного, которые обратились к марксизму, и стали говорить о допустимости революции. Они вели долгие переговоры с Римом, считая, что настало время, когда Церковь дело социального освобождения должна взять в свои руки.

Между нами и Римом есть большое препятствие – бывшие униаты – они считают своим долгом возвращение в Католическую Церковь. На этой почве мы, по-видимому, никогда не сможем договориться. Лично я не верю, что переговоры по этому вопросу принесут какой-нибудь результат. Недавно в Ватикане была открыта масонская ложа. Есть предположительное мнение, что многие кардиналы являются членами этой масонской ложи.

Формально Католическая Церковь не отказалась от индульгенций, против которых выступал Лютер. Сейчас может быть дано отпущение грехов за аскетическое делание и ревность в молитве.

Католическая Церковь проповедует примирение с евреями – с них было снято обвинение в распятии Христа.

Лет 50 назад было немыслимо представить, что будет такой Собор в Католической Церкви, что будет учреждена Смешанная православно-католическая комиссия, которая будет обсуждать проблемы наших взаимоотношений. Лично я, как богослов, не питаю особых надежд на объединение, на то, что католики станут православными, хотя Ватиканский Собор открыл для этого пути.

Игумен Кирилл (Сахаров), настоятель церкви свт. Николы на Берсеневке, член Союза писателей России