В один из дней моей бытности волонтёром в прифронтовом госпитале, обнаружил я на утреннем моём обходе, в коридоре на втором этаже, совсем, совсем лежачего солдата, очевидно из привезённых рано утром.
Присел я к нему, поздоровался. Он охотно откликнулся на моё приветствие. Разговорились — кто и откуда и как в этом госпитале оказался. На мой вопрос об истории его ранения он вот что мне рассказал:
«Батюшка, меня ранило вражеской миной, но не только она меня ранила, а еще и подраздела прилично, одежда превратилась в лохмотья, каску потерял и перчатки тоже. Я вынужден был около километра ползти до одной из своих позиций. Идти не мог от слова совсем. Полз по замёрзшей просёлочной дороге. Все руки себе до крови содрал о мёрзлую грязь, было очень неудобно и больно, и след кровавый за мной. Вдруг, на боковой отсыпочке я увидел нашего солдатика. Лежит он горемыка убитый, руки вперёд перед головой протянул, а на руках у него хорошие тактические перчатки одеты. Выглядело это так, как будто он мне их сам предлагал взять.
Я говорю: “Братишка, можно я возьму твои перчатки? Ты сам видишь, что я никак не могу без них, отморожу пальцы, а тебе они уже не нужны совсем. Разреши я их у тебя возьму? А я за тебя свечку поставлю”. Взял его перчатки, поблагодарил его и с неустанной молитвой “Господи спаси и сохрани!” пополз, и дополз до наших укрытий».
Далее он мне рассказал, как его встретили в части, как ему оказали первую медицинскую помощь и как отправили к нам в госпиталь.
А меня он попросил: «Батюшка, поставьте, пожалуйста, за него свечку, за этого доброго и щедрого неизвестного солдата. Я, правда, не знаю его имени».
Я отслужил молебен, поставил свечи, помолился за всех неизвестных солдат, которые хотя бы так, уже будучи мёртвыми, с небес помогают живым братьям по оружию выжить, такими вот реальными делами.
Протоиерей Вячеслав Пушкарёв, историк, писатель, Иркутск
