События «Чёрного Октября»: оценка через тридцать лет

От редакции: Расстрел Белого дома, который мы вспоминали в эти дни, до сих пор вызывает разные оценки даже в патриотической среде. Трагические события октября 1993 года происходили в детские годы автора этого текста. Поэтому являются ровно таким же предметом для размышлений как и события 1917 года, и в этом есть своя ценность. Мы публикуем разные точки зрения. Наша история, в том числе и недавняя, нуждается в спокойном осмыслении.

Для огромного количества русских патриотов поражение Верховного Совета во главе с вице-президентом Александром Руцким и Председателем ВС Русланом Хасбулатовым Президенту РФ Борису Ельцину в октябре 1993 года воспринимается как чёрная страница российской истории. Поражение национально-патриотических сил, которое повлекло за собой грабительскую приватизацию, становление ориентированной на Запад компрадорской олигархической элиты; деиндустриализация и утрата важных научно-технических достижений, общее падение культуры, нравственности и морали населения. Список можно продолжать и дальше.

Фигура первого Президента РФ Бориса Ельцина зачастую критикуется и «слева» и «справа», а само же поражение Верховного Совета воспринимается как утрата неких возможностей для развития страны по более благостному сценарию. Но так ли это на самом деле?

В действительности же с фигурой Ельцина и оценкой тех событий не так всё просто. Напрашиваются прямые параллели и аналогии между октябрём 1993-го и октябрём 1917-го. Просто, в условиях, когда право находится в коллапсе, власть берёт тот, кто максимально готов применить силу. Таковыми оказались и большевики, и Ельцин. Всякого рода Учредительные собрания и опора на чисто демократические институты в условиях краха прежней правовой системы и отсутствия слаженно работающей новой, – насквозь утопичный и нежизнеспособный подход, за которым стоит риск усиления хаоса. Вообще, развивать парламентаризм в России можно было лишь под защитой Самодержца. Не захотели под защитой Самодержца, получили большевиков.

Так же и тут: опостылел социализм, – получите Ельцина. Только не нужно после этого пенять на олигархов и падение культуры и нравов. Уж чего-чего, а советский агитпроп капитализм расписывал во всех самых мрачных тонах, – с богачами и безработицей. Только агитпропу перестали верить и стали думать, что прямо все станем миллионерами. Хотя, следовало бы изучить, каков из себя период первоначального накопления капитала, – это грабёж, что и случилось на практике 1990-х годов. И стало не сколько проявлением подрывной деятельности западных врагов (хотя, хватало и этого), сколько объективными этапами перехода к иной экономической модели.

Почему, опять же, проиграли защитники Белого Дома? Да тут прямые аналогии с Белым движением: и те, и другие олицетворяли образ опостылевшего прошлого. Конечно, опостылевшего во многом по причине наивности масс, но тем не менее.

Вообще, сложно представить, каковы были бы взаимоотношения между антиельцинскими силами в случае их победы. Их объединение – это типичный пример тактического союза: «дружба против». Но нашли бы дальше общий язык коммунисты советского типа и ультраправые националистические силы – это вопрос из вопросов. Как пример, – выступившие против Ельцина члены организации РНЕ (Русское национальное единство) использовали в качестве символики стилизованную свастику. Вряд ли, вообще, был бы возможен их дальнейший мир с коммунистами. Особенно, в то время, были живы и ещё вовсю трудились многие ветераны Великой Отечественной войны. И нам ли сейчас на фоне продолжающейся военной Спецоперации на границах новых Российских регионов и сопредельной Украины не видеть всю опасность и мерзость националистической идеологии?

Теперь о хорошем. Ельцин, несмотря на все мерзости 1990-х годов, всё же умело педалировал тему русской державности. Тем самым взяв эстафету преемственности осевой линии российской истории от советских вождей, императоров и царей.

Всё же эпоха Ельцина воскресила смыслы, которые были заметены под ковёр в советское время. Это темы царской исторической России. По-другому взглянули на Белое движение, увидев в его деятелях патриотов. Учреждены Государственная и региональные Думы, восстанавливаются и строятся храмы по всей стране.

Да, это всё было с очень крутым антисоветским креном. Но к этому надо относиться как к примете времени, к неготовности всё порядком отрефлексировать. Этим мы занимаемся сейчас, в 20-е годы XXI века.

Ельцин, как и большевики, представлялся носителем чего-то нового, прогрессивного. Что пройдёт время, и наступит изобилие и полное торжество прав и свобод. А не очереди за колбасой на полдня.

Кстати, во многом так и вышло. Только чуть попозже, чем ждали люди. Если бы из начала 90-х люди бы могли увидеть наши розничные сети и наш современный сервис, то они бы ещё сильнее стояли именно за Ельцина.

За Ельциным западником и компрадором не стал замечаться Ельцин-державник. А ведь к концу 1990-х годов бурные «шоковые» эксперименты младореформаторов уступили место назначению на премьерскую должность патриотов и сторонников суверенного пути Евгения Примакова и Владимира Путина.

Что до украинского нацизма. А здесь – в точности как в своё время с немецким нацизмом. Появление нацизма в Германии – это следствие революции в России. Россия не смогла во время Первой мировой разбить Германию. Так же и тут. Украинский нацизм – это следствие развала СССР, парада суверенитетов. И тогда, и сейчас получили войну. Но как один из вариантов, – мы могли бы получить у себя в России такой же оголтелый националистический режим, какой мы видим сейчас на Украине, в случае поражения Ельцина в 1993 году. Смогла бы ли при нём существовать большая и многонациональная Россия – это вопрос риторический…

Ощепков Алексей Николаевич, публицист, Русское Собрание, г. Пермь