Продолжается осада Киево-Печерской Лавры. Но враг не пытается ворваться туда с оружием, снести монастырскую ограду, взломать храмовые двери, остановить богослужение. Штурм — изощрённый, лукавый.
Совсем недавно наша Служба внешней разведки узнала о сговоре украинских властей с ЮНЕСКО по поводу передачи лаврских ценностей странам Запада, и вот теперь новое тревожное известие. Насельники Лавры, по указанию украинского Минкульта, должны освободить несколько жилых и административных корпусов и передать ключи Национальному историко-культурному заповеднику, расположенному на территории Лавры. Подобные попытки уже предпринимались несколько месяцев назад. «Только в безответственных странах совершается такое злодеяние», — выступил тогда наместник митрополит Павел.
Казалось бы, отъём хозяйственных помещений, это ещё не запрет Богослужения, не изгнание монахов, но наша история знает подобную последовательность действий. Именно в такой логике в пору гражданской войны закрывали Троице-Сергиеву Лавру. Сначала под предлогом светских нужд выселили из келий монахов, затем стали конфисковывать церковные ценности и богослужебную утварь и уже потом оборвали молитву, которая не прекращалась в монастыре пятьсот лет.
У обители преподобного Сергия Радонежского тогда оказались заступники: священник Павел Флоренский с единомышленниками увещевал, необходимо сохранить Лавру как музей, «живой музей», каждый экспонат которого способен раскрыться во всей полноте лишь во время Литургии, убеждал, что необходимо «оставить Лавру монахам», среди которых найдутся профессиональные экскурсоводы и хранители. Благодаря подобной дипломатии, благодаря переводу разговора о православных святынях в эстетическую плоскость удалось спасти многое и многих.
Но тогда работники культуры в большинстве своём были единомышленниками священнослужителей, теперь же это противники и инструмент в руках захватчиков. Заповедник будет планомерно отвоёвывать пространство Лавры. Конечная цель врага — не ценности Лавры, а историческая память, лаврские алтари и престолы, которые он стремится осквернить и разрушить.
На Лавру нацелились, как на военную базу, как на укрепрайон, как на стратегический объект. Почему так? Потому что если есть Киево-Печерская Лавра, значит, есть русский мир и Украина как неотъемлемая часть в нём. «Мы вокруг своей святыни / Все с любовью собраны» — писал в XIX стихи Алексей Хомяков о богомольцах, пришедших в Киев со всей Российской империи. Если есть Киево-Печерская Лавра, значит, наша общая «Повесть временных лет» продолжается. Если сбережём Лавру, наши братья однажды опамятуются, разглядят истинного врага, на которого мы и направим сумму славянских сил. Лавра — наш духовный плацдарм на Украине.
Всё происходящее убеждает в том, что военное противостояние давно переросло в духовную брань. Это противоборство не просто армий, боевой техники или мировоззрений, образов будущего. Это противоборство света и тьмы. Молитва — высокоточное и самое действенное оружие. В молитвенном единении и миряне, и священство, и монашествующие — все — нерасторжимый духовный щит. С молитвой и танки наши идут быстрее, и артиллерия наша бьёт прицельнее.
Но тьма атакует люто. Лавра рассекает тьму. Лавра вызывает огонь на себя.
Михаил Александрович Кильдяшов, член Изборского клуба, кандидат филологических наук, преподаватель Оренбургской духовной семинарии
Впервые опубликовано на сайте газеты «Завтра»
_1.jpg)
