Плач Пресвятой Богородицы

В эти дни, начиная с Лазаревой субботы, когда мы уже не поем «Богородицу и Матерь Света в песнех возвеличим», мы почти не говорим о Божией Матери. Весь наш взор обращен на Господа, на нашего Спасителя, грядущего на Крестную смерть. Но разве хотя бы на одно мгновение Божия Матерь может быть отделена от Своего Господа, и разве может уйти из нашей жизни Матерь Господа моего, как говорит святая праведная Елисавета и как каждый из нас может сказать? Разве  случайно в этом году Благовещение совпадает с днем Великой Субботы? И разве мы уже не слышали у Креста Христова слова Господа: «Жено, се сын Твой» и «се, Мати твоя», которые мы восприняли, каждый, как обращенные лично к каждому из нас? 

 

Чудесная радость Благовещения переполняет нас. Но что значит эта служба в праздник Благовещения после изнесения Святой Плащаницы, которая называется Плачем Пресвятой Богородицы? Что значит этот плач, это рыдание, которое может показаться почти безутешным? Матерь Божия говорит о том, что Она не хочет больше жить, что Она просит, чтобы Ей было дано сойти во ад. Но в этом плаче нет отчаяния. Та, Которая Господа Бога возлюбила всем сердцем, всею мыслию, всею крепостию Своею, Та, Которая еще в Благовещении узнала, что Тот, Кто родится от Нее, Сыном Вышняго наречется, и Царству Его не будет конца, Та, Которая каждое слово и каждое событие, связанное с Господом, слагала в сердце Своем, Та, Которая в Кане Галилейской на браке, когда не доставало вина, сказала: «Все, что Он ни скажет вам, сотворите», и услышала в ответ: «Еще не пришел час Мой» (Ин. 2, 4—5), Та, вся жизнь Которой была ожиданием Креста Господня, и восхождением к этому Кресту, и осенением Духом Святым, — неужели Она не знает, что будет?

 

В Ее плаче нет греха отчаяния, как не было у Нее никогда греха. У Нее были особые отношения с грехом. Всегда, когда грех говорил «да», Она говорила «нет». Это слово было абсолютным и реальным. И всегда Она должна была по любви и верности Своему Господу следовать за Ним до конца, разделяя с Ним все. У Креста — от шестого часа до девятого — Она прошла через весь мрак ночи, в которой оказалось все человечество, которая как бы раскрыла все, что происходит с человечеством, и из которой, казалось, уже не будет исхода никогда.

 

И теперь Она молится Богу о том, что будет, предавая Ему до конца Своего Божественного Сына, как у Креста. В Ее страданиях, самых глубинных, мы видим утверждение веры. Мы видим утверждение Ее веры, потому что Она молится о том, чтобы исполнилось все, что совершает Ее Божественный Сын. И чтобы смерть Ее Божественного Сына не оказалась напрасной ни для кого из людей.

 

Плач Божией Матери перед Святою Плащаницею, облекающей бездыханное Тело Спасителя, — это плач как бы на развалинах жизни. Богом созданный мир как будто разрушен до основания. И он должен быть создан заново, но Пасха еще не пришла. Ее Божественному Сыну надо еще пройти через мрак ада и наполнить этот мрак Собой. Этот мир, который Христос пришел спасти, который должен быть спасен, противостоит Ему, распятому на Кресте и лежащему бездыханно, в самой предельной степени. И это определяет характер молитвы Божией Матери. Она молится от лица всей Церкви: «Да будет воля Твоя», чтобы все, что было задумано в Превечном Совете исполнилось.

 

Но Ее человеческое горе, боль Ее души мы должны также услышать. И мы должны увидеть это Ее как бы противоестественное разрывающее душу состояние, когда Она плачет о Своем Божественном Сыне и о всех людях, грехи которых являются причиной смерти Ее Божественного Сына. 

Постараемся и мы с вами вслушаться в этот Плач Пресвятой Богородицы. Может быть, кому-то из нас будет дано услышать не только пение и чтение, но тот плач, который исходит из глубины Ее сердца. Может быть, у кого-то из нас оружие, которое пройдет Ее душу, немного коснется сердца. И наконец, поймет по-настоящему человек то единственное и главное, которое он должен понять в радости Благовещения и в светлой печали Великой Субботы, и возвратиться по-настоящему навсегда с верою, и любовью, и верностью к своему Богу.