Кто для нас Христос? Он является в Божественном величии, столь близкий к Своему Отцу и одновременно Он — у ног Своих учеников. Евангелие от Иоанна, которое будет первым звучать среди Страстных Евангелий в Великую Пятницу, свидетельствует с чрезвычайной торжественностью: «Иисус, зная, что пришел час Его перейти от мира сего к Отцу, явил делом, что, возлюбив Своих сущих в мире, до конца возлюбил их» (Ин. 13). Или еще: «Иисус, зная, что Отец все отдал в руки Его, и что Он от Бога исшел и к Богу отходит, встал с вечери, снял с Себя верхнюю одежду и, взяв полотенце, препоясался». Христос знает. Он знает, потому что Он — Сын Божий, потому что Он от Бога исшел и к Богу отходит, потому что Он — Слово Божие, Которое было вначале, как услышим мы посреди Пасхи, Он Тот, Кто являет полноту тайны Бога. Он поистине явление тайны Бога во плоти, и Он показывает Свое Божественное достоинство: «Вы называете Меня Учителем и Господом, и правильно говорите, ибо Я точно то». Эта Божественность несет в себе одну черту, единственную черту — смирение. Господь может идти до предела, до крайнего уничижения, до конца любви, которая выражается только в смирении, и в том, что Он оказывается у ног тех, кого Он любит. Бог по существу Своему Всемогущий в любви, Всемогущий и Тот, Кто открывает Свое сердце, являет Свою тайну. Это тайна любви, тайна выбора, тайна избрания, в которой мы имеем нашу часть и нашу свободу.
Мы не можем не заметить то, как Петр уклоняется от смирения Христова: «Господи! Тебе ли умывать мои ноги? Иисус сказал ему в ответ: что Я делаю, теперь ты не знаешь, а уразумеешь после». И Петр отвечает Ему: «Не умоешь ног моих вовек». Так Господь делает всегда. Он вводит нас шаг за шагом в Свою тайну. Мы не можем войти в нее, если не дадим Ему вести нас, если не дадим Господу умыть нам ноги. И ответ Господа содержит значение того, что Он делает: «Если не умою тебя, не имеешь части со Мною». Чтобы быть причастником тайны Христа, надо принять Его смирение и войти с Ним в это бесконечное уничижение. Тайну Бога характеризует Его снисхождение к нам, схождение до предела нашей нищеты. Господь входит в нашу нищету, Он берет ее всю на Себя и доказательством, что Он берет ее всю на Себя, является то, что Он отдает Свою жизнь. Он заповедует апостолам делать так, как Он, их Учитель и Господь, делает. «Если Я, Господь и Учитель, умыл ноги вам, то и вы должны умывать ноги друг другу. Ибо Я дал вам пример, чтобы и вы делали то же, что Я сделал вам». Это соответствует тому, что говорит апостол Павел — все зиждется на даре, который Господь делает из Себя Своему Отцу: «Я от Самого Господа принял то, что и вам передал, что Господь Иисус в ту ночь, в которую предан был, взял хлеб и, возблагодарив, преломил и сказал: приимите, ядите, сие есть Тело Мое, за вас ломимое; сие творите в Мое воспоминание. Также и чашу после вечери, и сказал: сия чаша есть новый завет в Моей Крови; сие творите, когда только будете пить, в Мое воспоминание» (1 Кор. 11, 23—25). Таков глубокий смысл жизни Христовой, открывающийся нам в этих словах. «Ибо и Сын Человеческий не для того пришел, чтобы Ему служили, но чтобы послужить и отдать душу Свою для искупления многих», — сказано в Евангелии от Марка (Мк. 10, 45).
Умовение ног — только символ, знамение того, что жизнь Христова всецело вверяется тайне Отца. Вся Его жизнь предается здесь. Умовение ног и Евхаристия связаны друг с другом сокровенной связью, охватывающей все. Это касается предельных глубин Божиих. Это тайна дара в любви. Мы можем узнать Бога только в Евхаристии и в Его Слове. То и другое дается одновременно.
«Зная, что пришел час Его перейти от мира сего к Отцу». Это тайна Пасхи, тайна пасхального агнца из книги Исхода, которую мы слышим в Великую Субботу. Христос совершенно знает, что Он от Бога исшел и к Богу отходит. Потому Он может открыть нам тайну Бога и дать Свою жизнь, чтобы освятить нас, чтобы преобразить нас, чтобы сделать нас новым творением. Евхаристия совершенно обновляет наше естество, поскольку теперь мы живем реальностью того, чем мы являемся, — мы сыны Божии. Христос принимает нас в Свою реальность Сына Божия и соединяет нас с Собою в любви. Жизнь, которая течет в крови Христовой, течет и в нашем теле. Вы помните пятнадцатую главу в Евангелии от Иоанна о виноградной лозе и ветвях. Это та же тайна жизни, мы включены в эту тайну жизни, мы входим в нее изнутри. Господь принимает нас, дает нам проникнуть в сокровенную глубину Своего Существа.
«Господи! Тебе ли умывать мои ноги?» Мы отступаем назад перед этой тайной уничижения Господа. Мы все, как Петр, боримы искушением не поверить, что Христос может уничижить Себя так, до умовения нам ног. Или мы принимаем это слишком легко, не соизмеряя с тем, что Тот, Кто уничижает Себя, — Един со Своим Отцом, Неизреченным, Неисследимым, Тот, Кто превыше всего, Тот, Кто Сам Бог. Мы рискуем слишком быстро принять это событие, как впрочем и другие события до этого. Как если бы это был только образ. В то время как речь идет о тайне самой великой, какая только может быть, вокруг которой вращается мир. Поистине мир вращается вокруг слов Христа.
Иисус Христос — Господь и Учитель. Он — в служении нам до смерти. Мы слишком легко употребляем слово «служение» в современном его значении. Речь идет о бесконечно великом. Речь идет о предании Господом Себя, об отдаче Им Своей жизни. И Господь совершает это вольно, в совершенной свободе.
Будем просить Господа о даре войти в тайну Евхаристии глубже, ибо она открывает весь смысл Страшных Страстей Христовых, всей Пасхи. Будем просить у Господа жить Его любовью, которую Он являет теперь нам, вводя нас в Свою славу. Любовь Господня идет до бесконечности, мы можем довериться ей. Она ведет нас к Нему, Он возьмет нас к Себе, мы станем причастниками Божественного естества, и мы будем подобны Ему. И однажды увидим Его, как Он есть.
Протоиерей Александр Шаргунов, настоятель храма свт. Николая в Пыжах, член Союза писателей России
