Постоянный представитель России при НАТО А.В.Грушко накануне саммита Североатлантического альянса в Варшаве дал интервью газете «Коммерсант», сообщает пресс-служба нешнеполитического ведомства.
Александр Викторович признался, что «по общим ощущениям и исходя из анализа той информации, которой мы располагаем, следует, что каких-то качественно новых решений в Варшаве ждать не стоит. Прежде всего я имею в виду философию подхода альянса к отношениям с Россией. На сегодняшний день она зиждется на двух столпах. Первое — необходимость «крепить оборону», чтобы сдерживать Россию. Второе — поддержание каналов для политического диалога».
«На саммите окончательно утвердят композицию сил НАТО в том виде, в котором она обсуждалась на июньской встрече министров обороны стран альянса. Речь идет о развертывании на ротационной основе четырех батальонов — в Польше и трех странах Балтии. Видимо, НАТО будет продолжать делать акцент на повышенную частоту учений вдоль наших границ, - полагает дипломат. - Будут усовершенствованы системы командования и управления: сейчас завершается создание шести штабных ячеек в странах Восточной Европы. Продолжится реализация планов по созданию европейского сегмента глобальной ПРО США: недавно был открыт объект в Румынии, где размещены ракеты-перехватчики, а в 2018 году должно быть завершено строительство еще одного объекта в Польше».
«Кроме того, - продолжил он, - очевидно, что на саммите НАТО также попытается более внятно сформулировать свою стратегию на южной периферии, определить, как парировать риски, связанные с нестабильностью на Ближнем Востоке и Севере Африки, и какой вклад альянс может внести в борьбу с терроризмом. Создается впечатление, что пока верх берут сторонники концепции НАТО как «тренировочного альянса», который будет готов оказывать содействие становлению силовых структур государств, оказавшихся в "зоне турбулентности". Сегодня НАТО обучает военных в Иордании, Тунисе, Ираке. Объявлено, что альянс будет готов осуществить соответствующую программу и в Ливии».
Александр Викторович заверил, что Россия сделает всё, чтобы в Черноморском регионе не был нарушен баланс. «Это касается воздушного компонента, морского, всех других средств, которые будут необходимы, - пояснил он. - Но мы всегда выступали за то, чтобы Черное море оставалось регионом сотрудничества. На прошлой неделе в Сочи прошло министерское заседание Организации черноморского экономического сотрудничества, и мы хотим, чтобы в отношениях стран региона как раз доминировали вопросы экономического, социального, культурного взаимодействия, туризма. Мы в течение многих лет работали над серьезными проектами, в частности по созданию транспортного кольца вокруг Черного моря. В регионе была создана Черноморская военно-морская группа оперативного взаимодействия (BLACKSEAFOR). Действовала уникальная система морских мер доверия. В общем, есть все предпосылки для того, чтобы и в будущем Черное море не превращалось в арену противостояния».
«Сейчас нас больше всего тревожит присутствие там внерегиональных сил — прежде всего военно-морских сил США, которые теперь регулярно заходят в Черное море, - констатировал дипломат. - Если говорить о таких кораблях, как эсминец Donald Cook, то они не только несут несколько десятков высокоточных крылатых ракет Tomahawk, но и оснащены системами противоракетной обороны Aegis. Об опасности приближения таких кораблей к российским берегам мы неоднократно предупреждали США. Это дестабилизирующие шаги, которые не только наносят ущерб региональной безопасности, но и подрывают стратегическую стабильность».
Представитель МИД РФ признался, что Москву беспокоят учения НАТО и отметил, что «в последнее время представители НАТО много жалуются на наши внезапные проверки. Но они осуществляются в полном соответствии с обязательствами, которые мы взяли на себя в рамках международных документов. Более того, мы действуем очень прозрачно — в добровольном порядке информируем, в том числе по системе связи ОБСЕ, о проведении таких внеплановых учений. Организуются брифинги в нашем Министерстве обороны для военных атташе».
«Но я бы выделил другое. У каждого государства есть свои формы организации военной деятельности, - подчеркнул дипломат. - Для нас проверки, сопряженные с переброской большого количества личного состава и техники,— это наиболее эффективный способ обеспечения обороноспособности. Скажем, есть такой показатель, как число военнослужащих на километр границы. По этому показателю Россия находится на 42-м месте в мире. Мы не можем себе позволить в нынешних условиях иметь трехмиллионную армию, которая должна прикрывать все стратегические направления. Поэтому для нас мобильность, оперативность развертывания войск является оптимальной формой организации военного дела, в том числе и учебного процесса. Я убежден, что натовские военные прекрасно это понимают. Да и любой политик, глядя на географическую карту, осознает, что иного нам не дано, если мы хотим быть состоятельной в военном отношении страной. Поэтому такие учения мы будем продолжать».
«Главное в том, что все эти маневры осуществляются на территории России, - заметил он. - А вот когда мы говорим об учениях НАТО, речь идет о переброске в ту или иную страну большого количества иностранных военных. Сам факт того, что сегодня многие страны добиваются присутствия иностранных сил на своей территории, является свидетельством кризиса европейской безопасности. Ведь в течение многих лет лучшим способом ее обеспечения в зоне Центральной Европы считался вывод чужих, иностранных сил со своей территории».
«Шаги, которые альянс предпринимает на восточном направлении, однозначно ухудшают ситуацию, - убежден Александр Викторович. - По сути, речь идет о том, чтобы, используя военные средства (например, ротацию военнослужащих и масштабные учения), постараться создать на континенте новые разделительные линии, помешать осуществлению проекта большой Европы и усилить зависимость европейских стран от США».
«Что же касается России, то нам предлагают конфронтационную повестку дня, в которой мы совершенно не заинтересованы. В НАТО должны понимать, что с военной точки зрения все эти меры будут иметь только обратный эффект, - заверил он. - Потому что всем здравомыслящим людям (тем более военным) очевидно, что с нашей стороны обязательно будет военно-технический ответ. Мы предпримем все необходимое, чтобы надежно обеспечить нашу обороноспособность. Поэтому те страны, которые объявили себя «прифронтовыми», видимо, скоро поймут: усилия, которые якобы были направлены на повышение их безопасности, на самом деле эту безопасность подрывают. НАТО вынуждает нас рассматривать эти страны как территории, где могут быть сосредоточены существенные военные потенциалы, создающие для России риски и опасности».
«Если следовать натовским заявлениям последнего времени, то все привязывается к ситуации на Украине, - отметил А.Грушко. - Прежде всего, речь идет о выполнении минских договоренностей. Но эта позиция не лишена лукавства. Почему-то выполнения плана урегулирования требуют от России, которая не является его стороной. При этом нет признаков того, что НАТО серьезно работает с Киевом, который на сегодняшний день заблокировал выполнение политических пунктов минских обязательств, прежде всего связанных с принятием законов об амнистии и об особом статусе Донбасса, внесением соответствующих изменений в конституцию, а также (это ключевое и фундаментальное обязательство Киева) с поддержанием прямого диалога с властями Луганска и Донецка. Более того, программы помощи, которые НАТО реализует на Украине, льют воду на мельницу "партии войны" и создают у некоторых сил в Киеве ощущение возможности военного реванша. Нас беспокоит и то, что подразделения вооруженных сил Украины, которые были подготовлены инструкторами из стран НАТО, перебрасываются к линии соприкосновения в Донбассе».
«Справедливо будет сказать, что направленность заявлений не меняется, но тональность корректируется, - констатировал представитель МИД РФ. - Но на сегодняшний день нас беспокоит и другое: политический курс, который был избран НАТО под предлогом украинского кризиса, теперь обрел форму военного планирования, и это очень опасно. Военное планирование, которое направлено против России, неизбежно будет генерировать и враждебную политику. НАТО надо будет все время объяснять обществу, зачем альянс тратит такие ресурсы на парирование угрозы с востока. Всем понятно, что такой угрозы не существует».
«Но мы видим, что стереотипы холодной войны живучи. К тому же в эту топку постоянно вбрасываются новые сюжеты, - подчеркнул он. - В последнее время различные, но вроде бы серьезные аналитические центры публиковали много материалов, которые были призваны доказать: если ничего не предпринять, то за 30–60 часов российские танки докатятся до Таллина и Риги. Политика и тем более военное строительство не могут осуществляться на основе такого рода апокалиптических сценариев, не имеющих ничего общего с реальностью. Все это свидетельствует о том, что альянс некомфортно чувствует себя в новой среде безопасности. НАТО создавалось для отражения угрозы с востока и поэтому сейчас искусственно придумывает себе большого врага и борется с ним».
«При этом мы видим, что все вооруженные вмешательства НАТО после завершения холодной войны приводили к самым тяжелым последствиям, - напомнил дипломат. - Прежде всего речь о военной кампании против бывшей Югославии в 1999 году. Многие страны альянса участвовали в иракской операции. Последний пример — бомбардировки Ливии в 2011 году. Нынешняя ситуация на севере Африки и проблемы, с которыми сегодня сталкивается Европа, прежде всего миграционное давление,— это во многом результат действий НАТО. Страны альянса индивидуально и коллективно несут за это ответственность».
Александр Грушко отметил, что заседание Совета Россия—НАТО находится в стадии подготовки. «На прошлом заседании 20 апреля мы обсудили весь спектр вопросов, влияющих на состояние европейской безопасности. Конечно, эти вопросы останутся в центре внимания. Но, по сути, сегодня у нас нет никакой позитивной повестки дня: НАТО прекратило все практическое сотрудничество с нами, - констатировал дипломат. - И это существенно ослабляет такой формат, как Совет Россия—НАТО».
«По этой причине сегодня НАТО не рассматривается нами в качестве партнера в решении проблем, которые в одинаковой степени затрагивают нас и европейцев, - заявил А.Грушко. - Поэтому сотрудничество в деле урегулирования кризисных ситуаций, противодействия общим вызовам осуществляется в иных форматах, включая нормандский и Международную группу поддержки Сирии. Я бы сказал, поверх институциональных разделительных линий, которые Евросоюз и НАТО попытались соорудить в отношениях с Россией. При этом мы видим, что практические интересы в области безопасности берут верх и европейские страны понимают, что без сотрудничества с Россией решить ключевые проблемы в этой сфере не удастся».
«Мы никакие условия не формулируем и лишь исходим из того, что, прекратив сотрудничество с Россией по Афганистану, альянс серьезно ухудшает ситуацию в самой стране», - считает он.
Российский дипломат напомнил, что «в рамках Совета Россия—НАТО был реализован самый крупный международный антинаркотический проект: мы совместно подготовили (в основном на нашей учебной базе) более 4 тыс. кадров для антинаркотических служб Афганистана, Пакистана и стран Центральной Азии. Мы также совместно готовили афганских техников для обслуживания вертолетов советского и российского производства — а эти вертолеты являются основой боевой мощи афганских ВВС, без которых армия не сможет обеспечить надежный контроль территории страны. Это не мои оценки, а оценки американских генералов, с которыми мы контактировали во время реализации этого проекта. Прекращение сотрудничества отражается не только на Афганистане, но и ухудшает ситуацию в сфере безопасности в Европе. Ведь европейцы страдают от потока наркотиков и неконтролируемой миграции, в том числе из Афганистана».
«На сегодняшний день у нас есть солидная база двусторонних соглашений со странами НАТО. В качестве основы для предотвращения инцидентов этого вполне достаточно. Что касается конкретных сближений, которые происходили в последнее время, то именно Россия на переговорах с американской стороной сформулировала предложения, которые уточняют некоторые положения двустороннего соглашения 1972 года — о предотвращении инцидентов в открытом море и в воздушном пространстве над ним. Поэтому мяч на стороне американцев, - отметил представитель России при НАТО. - Мы готовы и к диалогу с отдельными странами НАТО, которые заинтересуются совершенствованием этих двусторонних механизмов».
«Речь идет о минимально разрешенных дистанциях сближения между кораблями и воздушными судами, о частотах, на которых надо выходить на связь, и так далее, - пояснил он. - То есть обо всем комплексе мер, которые позволяли бы более эффективно действовать и понимать маневры друг друга при таких сближениях».
«Фундаментальная проблема в том, что никакие косметические улучшения мер доверия не смогут кардинально изменить негативные тенденции в сфере военной безопасности, - полагает А.Грушко. - Лишь отказ НАТО от нынешней политики и военного строительства в духе сдерживания времен холодной войны может кардинально оздоровить ситуацию и создать предпосылки для того, чтобы начать разговор о мерах доверия. А сейчас получается так, что НАТО придвигает инфраструктуру к нашим границам, наращивает военную активность вблизи наших рубежей, осуществляет дестабилизирующую военную деятельность и при этом говорит о необходимости каких-то мер доверия. Получается, что этими мерами доверия натовцы просто хотят узаконить свою повышенную активность».
«Из истории контроля над вооружениями мы знаем, что продвинуться вперед удавалось лишь тогда, когда у нас было общее видение того, на каких принципах должна строиться европейская безопасность. До недавних пор в течение многих лет положения Основополагающего акта Россия—НАТО 1997 года — о неразмещении дополнительно "существенных боевых сил" на постоянной основе на территории новых членов альянса — служили одной из опор для того, чтобы безопасность в Центральной Европе обеспечивалась не путем наращивания военных потенциалов, а, наоборот, через сдержанность в военной сфере и минимизацию военного фактора в отношениях между странами региона. На сегодняшний день НАТО следует противоположным курсом, наращивая военные потенциалы. Это тупиковый путь, и никакие косметические меры вроде усовершенствования венского документа картину не изменят», - уверен дипломат.
«В свое время Россия внесла конкретные — выраженные в количественных показателях вооружений в основных категориях — предложения относительно того, что мы подразумеваем под "существенными боевыми силами". Реакции со стороны НАТО не последовало», - заключил А.Грушко.
