"В вопросе воссоединения Церквей чрезвычайно многое зависело от двух людей - Святейшего Патриарха Алексия II и Владыки Лавра", - заявил в интервью "Российской газете" наместник Московского Сретенского монастыря архимандрит Тихон (Шевкунов), комментируя сообщения СМИ о кончине в минувшее воскресенье Первоиерарха Русской Зарубежной Церкви Митрополита Лавра, сыгравшего ключевую роль в воссоединении Православных Церквей. По словам отца Тихона, "стоило каждому из них сказать даже не категорическое "нет", а всего лишь "еще не время", и процесс был бы заблокирован на долгие годы". "Но и тот и другой сказали: "Да, это должно произойти". И началась очень непростая, исполненная больших испытаний работа. Владыка Лавр прекрасно понимал, что есть немало сторонников воссоединения. Но когда этот процесс только начинался, противников, быть может, было больше", - отметил архимандрит Тихон.
По его словам, большая часть людей просто принципиально не верили в перемены в России. "Некоторых совершенно устраивало "изолированное положение" Русской Зарубежной Церкви. Некоторые просто с неприязнью относились к сегодняшней России". "И Владыка понимал, что ему в его возрасте и с очень тяжелыми болезнями работа по воссоединению Церквей будет стоить огромного, постоянного напряжения. Владыка понимал, сколько не просто критики, но и грязи выльется на него, - отметил архимандрит Тихон. - Но он знал, что исполняет волю Божию и свое историческое предназначение как первоиерарх Зарубежной Церкви. Он сделал это свое главное дело жизни, завершил особый период существования эмигрантской Церкви, исполнил заветы ее основателей о воссоединении с Русской Православной Церковью в Отечестве после того, как власть, идеологически исповедующая безбожие и богоборчество, уйдет в небытие. Десятилетиями они верили в то, что это произойдет. И Владыка Лавр оказался тем, кто завершил этот этап в жизни русского мира", - подчеркнул отец Тихон.
Он отметил, что Митрополит Лавр в первую очередь был молитвенником. По его словам, он никогда не использовал другого вида убеждения, кроме молитвы и собственного примера. "Приезжая в епархии и храмы, которые были не согласны с его решением, просто молчал и молился. И в большинстве случаев его молитва была сильнее любой агитации, увещеваний, строгости или наказания. Это был настоящий монах. И, конечно, добрый человек. Я не знаю ни одного случая, чтобы он на кого-то наложил взыскание, отругал, укорил, это было совершенно не в его стиле. Вот с таким человеком мы сегодня прощаемся. Он с чистой совестью и высоким чувством исполненного долга завершил свою земную жизнь. Самое поразительное в его биографии - верность Божественному призванию. С юношеских лет вступил в монастырь и шел по этому пути к Богу всю свою жизнь", - заключил архимандрит Тихон (Шевкунов).
Русская линия
