Россия имеет основания для предъявления претензий на Крым. Вечно нерушимых границ не бывает. Поэтому в перспективе Москва может вернуть себе полуостров. Но имеет смысл подумать и над совместном украино-российском владении Крымом. Об этом российский политолог Виталий Иванов размышляет в статье "Почему Крым не остров", опубликованной в газете "Известия".
Антинатовские, а по факту антикиевские выступления в Феодосии, демарш крымского парламента, предупредившего о возможности обострения политической ситуации во всем регионе, дают повод напомнить о том, что принадлежность Украине Крыма (Тавриды), а тем более Севастополя не может считаться бесспорной.
Крым - историческая часть России, присоединенная в XVIII в. В 1921 г. была провозглашена Крымская АССР в составе РСФСР. В 1945 г. ее преобразовали в Крымскую область. Три года спустя Севастополь получил статус города республиканского подчинения, т.е. был выведен из области.
19 февраля 1954 г. по инициативе Хрущева Президиум Верховного Совета СССР принял указ о передаче Крымской области из РСФСР в УССР. Этот акт грубо нарушил одновременно союзную, российскую и украинскую конституции, но, тем не менее, передача состоялась. Что касается Севастополя, то по нему вообще не было никаких формальных решений, он стал украинским фактически явочным порядком.
Российско-украинский договор 1999 г. зафиксировал принадлежность полуострова Украине. Однако соответствующее договорное положение можно толковать как противоречащее закрепленному в статье 4 Конституции принципу территориальной целостности России. Да, в конституционном перечне регионов нет ни Крыма, ни Севастополя. Но можно привести постановление Верховного Совета России от 21 мая 1992 г., которым хрущевский указ признавался "не имевшим юридической силы с момента принятия". Это постановление до сих пор действует. Т.е. до 1999 г. мы однозначно не отказывались от прав на полуостров. А поскольку Венская конвенция о праве международных договоров 1969 г. позволяет объявлять недействительными договоры, если они были заключены с нарушением нормы внутреннего права особо важного значения (в случае договора 1999 г. это так), то Россия может в конечном счете заявить претензии на Крым и Севастополь.
Границы в мире не вечны и никогда вечными не будут. Поэтому, скорее всего в перспективе мы эти земли вернем. Пока же следует периодически поднимать тему наших прав и возможности их предъявления. Чтоб никто не забывал.
Вместе с тем следует учитывать, что в условиях явной деградации украинского государства (с осени 2004 г. оно находится в состоянии перманентного кризиса) антикиевские настроения в один прекрасный день вполне могут дойти до точки, за которой центральная власть не сможет обеспечивать суверенитет на территории полуострова. Но ожидать в этом случае немедленного воссоединения Крыма с Россией было бы наивно.
Что тогда делать? Уже звучали разговоры о протекторате международных организаций. Подобные решения не могут считаться выгодными России. Вероятно, нам уже сейчас следует начать прорабатывать альтернативы, в том числе режим кондоминиума, т.е. совместного российско-украинского суверенитета.
Соответствующих прецедентов в истории и современной практике достаточно, можно вспомнить и Англо-Египетский Судан (1899-1952 гг.), и Андорру, которая со средних веков до наших дней находится во франко-испанском совладении, и проч. Очевидно, что крымский кондоминиум должен предполагать предоставление жителям полуострова широкой автономии во внутренних делах, обязательное введение двойного гражданства, официального трехъязычия, двойной валютной системы (как в ряде стран Британского Содружества).
Безусловно, сейчас о кондоминиуме речи быть не может. Но все меняется, и порой радикально. И то, что сегодня представляется невозможным, завтра может стать необходимым.
Русская линия
Антинатовские, а по факту антикиевские выступления в Феодосии, демарш крымского парламента, предупредившего о возможности обострения политической ситуации во всем регионе, дают повод напомнить о том, что принадлежность Украине Крыма (Тавриды), а тем более Севастополя не может считаться бесспорной.
Крым - историческая часть России, присоединенная в XVIII в. В 1921 г. была провозглашена Крымская АССР в составе РСФСР. В 1945 г. ее преобразовали в Крымскую область. Три года спустя Севастополь получил статус города республиканского подчинения, т.е. был выведен из области.
19 февраля 1954 г. по инициативе Хрущева Президиум Верховного Совета СССР принял указ о передаче Крымской области из РСФСР в УССР. Этот акт грубо нарушил одновременно союзную, российскую и украинскую конституции, но, тем не менее, передача состоялась. Что касается Севастополя, то по нему вообще не было никаких формальных решений, он стал украинским фактически явочным порядком.
Российско-украинский договор 1999 г. зафиксировал принадлежность полуострова Украине. Однако соответствующее договорное положение можно толковать как противоречащее закрепленному в статье 4 Конституции принципу территориальной целостности России. Да, в конституционном перечне регионов нет ни Крыма, ни Севастополя. Но можно привести постановление Верховного Совета России от 21 мая 1992 г., которым хрущевский указ признавался "не имевшим юридической силы с момента принятия". Это постановление до сих пор действует. Т.е. до 1999 г. мы однозначно не отказывались от прав на полуостров. А поскольку Венская конвенция о праве международных договоров 1969 г. позволяет объявлять недействительными договоры, если они были заключены с нарушением нормы внутреннего права особо важного значения (в случае договора 1999 г. это так), то Россия может в конечном счете заявить претензии на Крым и Севастополь.
Границы в мире не вечны и никогда вечными не будут. Поэтому, скорее всего в перспективе мы эти земли вернем. Пока же следует периодически поднимать тему наших прав и возможности их предъявления. Чтоб никто не забывал.
Вместе с тем следует учитывать, что в условиях явной деградации украинского государства (с осени 2004 г. оно находится в состоянии перманентного кризиса) антикиевские настроения в один прекрасный день вполне могут дойти до точки, за которой центральная власть не сможет обеспечивать суверенитет на территории полуострова. Но ожидать в этом случае немедленного воссоединения Крыма с Россией было бы наивно.
Что тогда делать? Уже звучали разговоры о протекторате международных организаций. Подобные решения не могут считаться выгодными России. Вероятно, нам уже сейчас следует начать прорабатывать альтернативы, в том числе режим кондоминиума, т.е. совместного российско-украинского суверенитета.
Соответствующих прецедентов в истории и современной практике достаточно, можно вспомнить и Англо-Египетский Судан (1899-1952 гг.), и Андорру, которая со средних веков до наших дней находится во франко-испанском совладении, и проч. Очевидно, что крымский кондоминиум должен предполагать предоставление жителям полуострова широкой автономии во внутренних делах, обязательное введение двойного гражданства, официального трехъязычия, двойной валютной системы (как в ряде стран Британского Содружества).
Безусловно, сейчас о кондоминиуме речи быть не может. Но все меняется, и порой радикально. И то, что сегодня представляется невозможным, завтра может стать необходимым.
Русская линия
