Была ли крестьянской «Мужыцкая праўда»?

Беседа о Польском Восстании 1863 года

06.06.2013
 

- Как известно, среди основных причин этого восстания называются - требование коренных социально-экономических преобразований, а также стремление привилегированных слоев региона к восстановлению национальной независимости Польши. В этой связи хотелось бы уточнить, имело ли восстание 1863 года конкретную национальную, социальную и религиозную окраску? 
- Безусловно, имело. В досоветской российской историографии доминировала оценка этого восстания как дела рук польской шляхты и католического духовенства, которые ради достижения своей национальной независимости стремились оторвать от триединой России (Русь Великая, Малая (Украина) и Белая) ее западную часть. Тогдашние исследователи считали правильным называть то, что происходило в 1863 году на западе страны в контексте с предыдущими подъемами польского национального движения (1794 - 1830 годы) не только польским восстанием, но и польско - католическим делом. Кстати, в польской литературе того же времени в сущности утверждалось почти то же самое: восстание считалось национально-польским, а его участники и руководители - поляками. 

- А как расценивались события 1863 года по отношению непосредственно к белорусским землям?
- Были разные точки зрения, которые, например, перешли в дискуссию на XII съезде КПБ в Минске в 1929 году. В ходе нее одна сторона утверждала, что восстание 1863 года было польским, шляхецким, проходившем под шовинистическими лозунгами - за независимую Польшу в границах 1772 года, униато-католическую веру, а попытки назвать его крестьянским трактовались как вымысел. Вторая же сторона настаивала на том, что восстание проходило во имя интернациональной солидарности и было крестьянским, антикрепостническим. По причине недостаточной аргументации данного тезиса победила первая точка зрения. 

В дальнейшем оценки восстания приобрели двойственный характер: для Польши оно признавалось революционным, национально-освободительным, а для Беларуси - крестьянским, хотя большинство авторов продолжали утверждать, что белорусские крестьяне в своей массе не пошли за повстанцами и относились к ним враждебно.

 В послевоенную пору события 1863-1864 годов стали рассматриваться как составная часть общероссийского антикрепостнического движения, переросшего в вооруженное восстание против помещиков: в таком качестве оно становилось враждебным польскому освободительному движению - шляхецкому по характеру. Сегодня такого рода концепция не может не удивлять своей слабой аргументацией, политико-конъюнктурной неустойчивостью. Во времена «гласности и плюрализма мнений» в национал-радикальных кругах Беларуси вновь оживились надежды на распространение в историческом сознании общества мифа о событиях 1863 года как о восстании белорусов против России в духе лозунга тех лет «Тады толькi зажывем шчаслiва, калi над табой ужо маскаля не будзе».

- В чем проявляется эта мифологизация? Назовите хотя бы самые принципиально важные домыслы в отношении восстания. 
- Во-первых, никак нельзя согласиться с трактовкой польского шляхецкого восстания 1863 года на белорусских землях как национально-освободительного движения белорусского народа против российского владычества. У крестьян отсутствовали антироссийские настроения, доминировало на генетическом уровне тяготение к России. 

Во-вторых, поскольку шляхецкий характер восстания был совершенно очевиден, утверждается, что польские помещики Беларуси и полонизированная шляхта явились подлинными представителями национальных интересов белорусского народа. На время восстания шляхтичи (а они составляли 70 процентов повстанцев) практически поголовно считали себя поляками, униато-католиками, принадлежали к польской культуре и родным языком считали польский. Некоторые из них хотя и помнили свое происхождение, но относили себя безусловно к польской нации.

В-третьих, весьма бездоказательными выглядят попытки новых толкователей нашей истории доказать, что восстание поддерживалось крестьянами и выражало их интересы. 

18 процентов крестьян среди участников восстания - цифра явно завышенная, даже для Гродненской губернии, где их приток был наибольшим по сравнению с другими местами Беларуси. На самом деле эти «крестьяне» были или обедневшими шляхтичами, не сумевшими подтвердить свое происхождение, или помещичьей прислугой. 

В основном белорусские крестьяне относились к повстанцам враждебно, и веками накопленная ненависть к польскому пану в полной мере нашла свое выражение как в реальной помощи отрядам русской армии, так и в несении охранной службы с оружием вокруг своих деревень. 

В-четвертых, наиболее сомнительным представляет из себя широко тиражируемый миф о реальности шансов на восстановление повстанцами белорусской государственности. Все руководители восстания, независимо от их социальных позиций и степени политического радикализма, были едины в стремлении восстановить Речь Посполитую в границах до 1772 года как единую Польшу с польской культурой и языком. 

В-пятых, нельзя не коснуться мифа о существовании у повстанцев программы возрождения и развития белорусского языка. Наличие ее у шляхетских революционеров архивные источники не подтверждают.Речь может идти лишь об издании на гродненском белорусском диалекте нескольких прокламаций-листовок типа «Гутарак старога дзеда» да нескольких нумерованных изданий «Мужыцкай праўды» под общей подписью «Яська, гаспадар з-пад Вiльнi», изданных польскими революционерами с целью привлечь к восстанию крестьян, не знавших польского языка. С этими явлениями в истории восстания связан еще один миф - о первой белорусской газете «Мужыцкая праўда». Шесть номеров этого издания, увидевшего свет в июне-декабре 1862 года, то есть еще до восстания, а затем и седьмой номер, появившийся лишь летом 1863 года, - все это типичные прокламации. 

Тексты сочинялись по-польски, затем переводились на местный белорусский говор с массой полонизмов и печатались латинскими буквами в типографии, спрятанной в Беловежской пуще, где в то время служил лесничим Валерий Врублевский. Кроме него, в издании, по косвенным признакам, принимали участие Викентий Калиновский, Феликс Рожанский и Станислав Сонгин. Текст этих изданий крайне однообразен и основан на примитивной идеализации истории Речи Посполитой, изображаемой земным раем. Успеха «Мужыцкая праўда» не имела и в целом была встречена крестьянами враждебно, считавшими, что это происки польских панов. Характерно, что в ходе подавления мятежа российские власти также прибегали к созданию пропагандистских материалов на местных диалектах.

C мифом о «белорусском характере восстания» связана мифологизация одного из его руководителей на территории Беларуси - Викентия Калиновского. Миф переименовал его вначале в «Костюка», а затем в «Кастуся», хотя в действительности своим вторым именем «Константин» Викентий Калиновский ни в официальной документации, ни в частной переписке никогда не пользовался. Калиновский был сторонником возрождения федерации Короны и Великого Княжества и относил себя к «литвинам». Над конструированием национального белорусского героя немало потрудился «нашанивец» Вацлав Ластовский. При цитировании текста Калиновского он еще в 1916 году вместо слов «Братья мои, мужики родные!» написал «Белорусы, братья мои родные!», а вместо слов «Марыська, черноброва голубка моя» - «Белорусская земелька, голубка моя». Приписаны были Калиновскому  и популярные ныне призывы «Не народ для ўрада, а ўрад для народа» (эти слова впервые, задолго до восстания, сказал Н. И. Костомаров - В. Ч.), а также «Жыве Беларусь!». Кстати, и по происхождению Калиновские были, как установила сенатская комиссия, признавшая шляхетство семьи Калиновских, выходцами из коренной польской Мазовии. В данном случае мифологизаторы предпочитают закрывать глаза на такие «этнические корни», а также на высказанные Калиновским в канун восстания слова: «Паўстанем разам з Польшчай i за Польшчу, бо з прадвекаў палякi, на польскай зямлi жывем и польскi хлеб ямо». 

- Как относиться к сложившемуся стереотипу мышления, что все, что в XIX веке исходило от власти, трактовалось как реакционное, а все направленное против власти - как революционное и прогрессивное? 
- Если имеется в виду восстание 1863 года, то, разумеется, от черно-белой оценки его давно следует отказаться. Тогдашняя власть не только подавляла и усмиряла. Она еще и умиротворяла, стремилась усовершенствовать управление краем. Знаменитый генерал М. Н. Муравьев, в недавнем прошлом гродненский губернатор, был не только «вешателем», но и талантливым администратором и организатором. Внесенные по его инициативе изменения в ход крестьянской реформы на белорусских землях заметно улучшили положение крестьян. Основным смыслом этих инициатив было: наказать шляхту и поощрить крестьян, ибо в них он видел единственную опору русской власти. Он ликвидировал временно-обязанное положение крестьян, понизил выкупные платежи, ассигновал крупные суммы на приобретение крестьянами секвестированных панских земель. Многое он сделал для функционирования народной школы в целях подрыва монополии католического костела и польской шляхты на просвещение в крае, делавших его недоступным для белорусов, а также для православного храмостроительства, укрепления материального положения духовенства. 

- Помимо субъективных устремлений отдельных лиц и групп, существовали еще и объективные интересы государства и общества. В чем они конкретно выражались в 1863 году?
- Восстание поставило Российскую империю на грань катастрофы. И дело заключалось вовсе не в мощи мятежа (общее количество повстанцев не превышало 20 тысяч, они не взяли ни одного города и не имели ни одной военной победы в прямом боевом столкновении). Главной особенностью польского восстания была почти всеобщая поддержка мятежников русским так называемым «передовым обществом». 

Наконец, польский мятеж вызвал международный кризис: 17 апреля 1863 года Англия, Франция, Австрия, Испания, Португалия, Швеция, Нидерланды, Дания, Османская империя и Папа Римский предъявили России дипломатическую ноту с требованиями решить судьбу Польши (подразумевая ее в границах Речи Посполитой до ее разделов) на международном конгрессе под своим руководством. В противном случае западные страны угрожали войной. 

В этой непростой обстановке государственный интерес России не мог допустить превращения Польши в плацдарм для антирусской политики, в открытые ворота для внешних вторжений, как это уже неоднократно случалось в истории. 

Что же касается Беларуси, то в 1863 году для российского правительства она была Западной Россией, отличавшейся от Центральной только польским земледелием, влиянием католицизма и еврейской чертой оседлости. Так воспринимала ее и сама местная интеллигенция православной ориентации, составляющая течение «западнорусизм». Для той Польши, которую мечтали возродить повстанцы, Беларусь была «кресами всходними», восточными окраинами. Для православных белорусов в этой Польше место не предусматривалось.

Так уж распорядилась история, что возродиться, как этнос и как нация Беларусь смогла только в государственном союзе с Россией. Народ ощущал это на подсознательном уровне. Устремления польских повстанцев и национальные интересы белорусского народа решительно расходились. 

С профессором В.Н. Черепица беседовал Сергей Иванович

Впервые опубликовано 29.05.2013г. «Гродненская правда»

http://zapadrus.su/zaprus/filzr/773-byla-li-krestyanskoj-muzhytskaya-pra-da.html

 

Загрузка...

Организации, запрещенные на территории РФ: «Исламское государство» («ИГИЛ»); Джебхат ан-Нусра (Фронт победы); «Аль-Каида» («База»); «Братья-мусульмане» («Аль-Ихван аль-Муслимун»); «Движение Талибан»; «Священная война» («Аль-Джихад» или «Египетский исламский джихад»); «Исламская группа» («Аль-Гамаа аль-Исламия»); «Асбат аль-Ансар»; «Партия исламского освобождения» («Хизбут-Тахрир аль-Ислами»); «Имарат Кавказ» («Кавказский Эмират»); «Конгресс народов Ичкерии и Дагестана»; «Исламская партия Туркестана» (бывшее «Исламское движение Узбекистана»); «Меджлис крымско-татарского народа»; Международное религиозное объединение «ТаблигиДжамаат»; «Украинская повстанческая армия» (УПА); «Украинская национальная ассамблея – Украинская народная самооборона» (УНА - УНСО); «Тризуб им. Степана Бандеры»; Украинская организация «Братство»; Украинская организация «Правый сектор»; Международное религиозное объединение «АУМ Синрике»; Свидетели Иеговы; «АУМСинрике» (AumShinrikyo, AUM, Aleph); «Национал-большевистская партия»; Движение «Славянский союз»; Движения «Русское национальное единство»; «Движение против нелегальной иммиграции»; Комитет «Нация и Свобода»; Международное общественное движение «Арестантское уголовное единство».

Полный список организаций, запрещенных на территории РФ, см. по ссылкам:
https://minjust.ru/ru/nko/perechen_zapret
http://nac.gov.ru/terroristicheskie-i-ekstremistskie-organizacii-i-materialy.html
https://rg.ru/2019/02/15/spisokterror-dok.html

РНЛ работает благодаря вашим пожертвованиям.
Комментарии
Оставлять комментарии незарегистрированным пользователям запрещено,
или зарегистрируйтесь, чтобы продолжить
Введите комментарий
Последние комментарии
О. Алексий Денисов: Ковид-диссиденты сильно заблуждаются
Новый комментарий от Андрей Карпов
2020-11-18 12:10
Даёшь всероссийский конкурс идеологий!
Новый комментарий от Андрей Карпов
2020-11-18 12:08
Конъюнктурщик или предатель?
Новый комментарий от monarhist
2020-11-18 12:04
«Лучше быть в маске в храме, чем без маски дома»
Новый комментарий от monarhist
2020-11-18 11:37
Курилы – русская земля!
Новый комментарий от Екатерина
2020-11-18 10:27