Про чужую шкуру

или Опыт осуждения

В последние годы каждый Великий Пост я вспоминаю одну и ту же историю, случившуюся лет восемь-девять назад. Мне в этой истории около двадцати, я учусь заочно и второй год живу трудницей в небольшом женском монастыре. В разгаре Великий Пост. Монастырский пост глазами неофита. Время почти абсолютного, безоблачно-безмятежного счастья. Многочасовая утренняя служба, на которой не больше десятка молящихся. По иконостасу справа крадется луч весеннего солнца, а на клиросе у окна еще зябко, и сестры заботливо кутают молодежь в пуховые платки. Можно сидеть, «окуклившись» в пуху платка, и слушать Иоанна Мосха. Можно самой читать кафизмы, пронзительно-красивые и согревающие сердце, когда язык новичку уже понятен, а смысл еще не «затерся» от частого повторения.

Потом просфоры, поздняя трапеза и мытье посуды, которое тоже доставляет радость сознанием труда во славу Божию. И служба вечером, когда клирос кажется уютным коконом света в темном храме, освященном лишь островками горящих свечей. И «верится, и плачется, и так легко, легко...». Потом в деревенском доме теплая печь, книги, подготовка к Причастию, чай «с ничем».

И вот в один миг этот «рай на земле» разрушает священник из райцентра.

- Отче, у меня пономарь задурил! У вас тут никого из сестер нельзя на недельку выпросить? Может, и матушке моей помогли бы по дому, а? - молодой отец Иоанн, настоятель городского храма, ворвался в конце службы к монастырскому священнику энергичным вихрем в  дутой куртке с запахом бензина.

- В такое время, из сестер... Сам понимаешь, не слишком полезно. Вот у нас студентка, Елена, она особа неопределившаяся, пускай и посмотрит на семейную жизнь. Петь, правда, не умеет, но службу выучила, вроде бы, и читает...

 

 

И вот уже я еду «в мир», в районный городишко, где от великопостной весны с молодым солнцем и прозрачной капелью остается лишь городская распутица с грязными остовами недотаявшего снега, куртками пьяниц, чернеющими на остановках, и шансоном, шансоном...

На территории храма церковный дом: дрова, бельевые веревки, детские велосипеды. Зато шансона не слышно и жить меня селят отдельно, в здании воскресной школы. Я обхожу свою новую «келью», огромную, светлую, раскладываю вещи, бросаю в чашку кипятильник и, поджав ноги, устраиваюсь на диване, чтобы до вечерней службы почитать «Невидимую брань».

Но вода не успела вскипеть, как раздался настойчивый стук в несколько рук.

- Тёть Лен! Вы тёть Лен? Здрасьте! А вы к нам надолго? А вы монашка? Нет? А почему?

«Дети. Мелкие. Катастрофа...» - мои представления о детях младше средней школы крайне смутные с оттенком паники. Крошка Мю из повестей Туве Янссон и «Трудный ребенок» - этими ассоциациями они и ограничиваются. Нет, еще маленький лорд Фаунтлерой как антитеза, которую обязаны взращивать верующие родители, но возрастили ли ее здесь - еще ведь не известно.

А дети в количестве трех девчонок, дошкольниц или младших школьниц, уже прошмыгнули внутрь и рассказывают и расспрашивают о чем-то наперебой, перебирая на ходу мои вещи. Я хожу по пятам и чувствую себя так, словно в руках моих бомба, и неизвестно, от чего она взорвется.

- Теть Лен, а вас же мама звала! Пойдемте есть!

Увы, дошколята оказались совершенно неприступными для вежливо-витиеватых отговорок и очень скоро они уже спешили домой и вели под руки меня, а я чувствовала себя военнопленным и утешалась только тем, что служба скоро. В доме навстречу нам выскочили двойняшки лет двух с половиной и выполз карапуз, еще не способный ходить. «Шестеро!» - тоскливо сосчитала я и принялась здороваться с матушкой, крупной женщиной, на вид не старше тридцати лет.

Осторожно прохожу за хозяйкой на кухню, стараясь сохранять спокойный вид. А внутри весьма неспокойно, там уже идет борьба с грехом осуждения, но осуждение явно побеждает. Я осуждаю матушкино хозяйствование: «Памперсы на полу - это надо дожить! А ванная комната? Антисанитария! На кухню не войти...».  Осуждаю педагогическую методику: «Что за дикие дети? И уже в сережках все, как вульгарно...» Осуждаю кулинарные способности: «Гречневый суп? Да уж!» Осуждаю «матриархальное» семейное устройство, когда при мне глава семьи спрашивает, что приготовить на ужин: «Нашла матушка занятие, достойное священника, нечего сказать»...

За полчаса до службы отец Иоанн просит меня погладить детские вещи, и я принимаюсь за дело с мысленным ропотом: «Вот тебе и пост, вот тебе и молитва - одно рассеяние и обмирщение». Через полчаса в комнату входит матушка и видит картину: на полу гора чистого мятого белья, без преувеличения, до пояса, а у меня под рукой стопочка из пяти, максимум - шести отглаженных распашонок, и я вдохновенно и неторопливо утюжу седьмую «по всем правилам». Поблагодарила, проводила на службу, уфф...

На следующее утро я уже на полном серьезе осуждала матушку за то, что она, жена священника, не ходит на службы «даже в Пост», не молится, не поет на клиросе, не приводит детей. Так проходит неделя: клирос, дом священника, где я вяло помогаю, осуждая и шарахаясь от детей, и откуда сбегаю при первой возможности в «келью», где можно «спокойно попоститься» и дочитать-таки «Невидимую брань». Наконец меня отвозят в монастырь, где я счастливо окунаюсь в «нормальную церковную жизнь», но еще долго мысленно возмущаюсь бытом и нравами приходского духовенства и рисую в уме картинки «как должно быть»...

 

 

Что ж, прошло всего несколько лет, и Господь дал мне возможность воплотить свои умозрения в жизнь: я вышла замуж, муж стал священником. У меня был всего один ребенок, когда на полу начали валяться памперсы, а «не войти на кухню» было уже во время беременности. И тогда же готовить на этой кухне стал муж - мне из-за токсикоза недосуг было размышлять о занятиях, достойных и недостойных священника... Сейчас детей трое, и я начинаю привыкать. Иногда на несколько часов в день удается навести образцовый порядок и, бывает, он держится до вечера. Иногда я сдаюсь, и воцаряется хаос. Если бы моих детей было шестеро, хаоса, думаю, было бы гораздо больше...

А попытка в будний день пойти на службу с детьми - это, как оказалось, садизм в отношении прихожан: в пустом храме каждый детский вскрик подобен звуку сирены. Пойти же в храм без детей - значит оставить их под присмотром мужа, лишив последнего редкого и драгоценного выходного... И еще много, много подобных «оказывается».

Теперь я вижу, что осуждение - грех в первую очередь против самого себя. Мы созданы богообразно, и через любовь к другому, через доброжелательное узнавание другого должны бы сподобляться богоподобного всеведения. Но вместо этого мы довольствуемся собственным всезнайством, все на свете пытаемся свести к своему жалкому, маленькому опыту, к умозрениям «а как должно быть», не желая и знать - а как бывает и почему...

Но применить на практике этот вывод все равно трудно: теперь я, человек семейный, начинаю осуждать монашествующих. Доколе...

Графика Елены Фетисовой. 

Автор: ФЕТИСОВА Елена

http://www.foma.ru/pro-chuzhuyu-shkuru.html
Загрузка...

Организации, запрещенные на территории РФ: «Исламское государство» («ИГИЛ»); Джебхат ан-Нусра (Фронт победы); «Аль-Каида» («База»); «Братья-мусульмане» («Аль-Ихван аль-Муслимун»); «Движение Талибан»; «Священная война» («Аль-Джихад» или «Египетский исламский джихад»); «Исламская группа» («Аль-Гамаа аль-Исламия»); «Асбат аль-Ансар»; «Партия исламского освобождения» («Хизбут-Тахрир аль-Ислами»); «Имарат Кавказ» («Кавказский Эмират»); «Конгресс народов Ичкерии и Дагестана»; «Исламская партия Туркестана» (бывшее «Исламское движение Узбекистана»); «Меджлис крымско-татарского народа»; Международное религиозное объединение «ТаблигиДжамаат»; «Украинская повстанческая армия» (УПА); «Украинская национальная ассамблея – Украинская народная самооборона» (УНА - УНСО); «Тризуб им. Степана Бандеры»; Украинская организация «Братство»; Украинская организация «Правый сектор»; Международное религиозное объединение «АУМ Синрике»; Свидетели Иеговы; «АУМСинрике» (AumShinrikyo, AUM, Aleph); «Национал-большевистская партия»; Движение «Славянский союз»; Движения «Русское национальное единство»; «Движение против нелегальной иммиграции»; Комитет «Нация и Свобода»; Международное общественное движение «Арестантское уголовное единство».

Полный список организаций, запрещенных на территории РФ, см. по ссылкам:
https://minjust.ru/ru/nko/perechen_zapret
http://nac.gov.ru/terroristicheskie-i-ekstremistskie-organizacii-i-materialy.html
https://rg.ru/2019/02/15/spisokterror-dok.html

РНЛ работает благодаря вашим пожертвованиям.
Комментарии
Оставлять комментарии незарегистрированным пользователям запрещено,
или зарегистрируйтесь, чтобы продолжить
Введите комментарий
Елена Фетисова
Все статьи Елена Фетисова
Последние комментарии
Тульский Ордена Ленина Императорский оружейный завод
Новый комментарий от Потомок подданных Императора Николая II
23.01.2021 10:19
99% граждан России плевать на Навального
Новый комментарий от Коротков А. В.
23.01.2021 09:38
Прививка: день четвёртый
Новый комментарий от Коротков А. В.
23.01.2021 09:24
Прививка: день второй
Новый комментарий от Наталия 2016
23.01.2021 09:13
Будет атака на левом фланге
Новый комментарий от Потомок подданных Императора Николая II
22.01.2021 09:58
Две эпидемии: биологическая и информационная
Новый комментарий от NNNN
22.01.2021 09:32
«Навального нужно приголубить и принять в "Единую Россию"»
Новый комментарий от Сергей Абачиев
22.01.2021 09:28