Ранним июньским утром жители Волгограда вышли на набережную. Под звуки духового оркестра к набережной медленно причаливал плавучий храм "Святитель Иннокентий". Но вот праздничное многоголосье стихло, и митрополит Волгоградский и Камышинский Герман начинает молебен "О путешествующих по водам" и освящает плавучую церковь. Под звон колоколов она, взятая на буксир теплоходом "Князь Владимир", плывёт в сторону Волго-Донского канала. Я приехала в Волгоград значительно позже этого торжественного момента, тогда, когда плавучая церковь была уже в пути и мне пришлось её догонять. Каким образом? Проехать на машине 35О километров по страшному пеклу (градусник показывал 35 тепла). Надышавшись пыльным суховеем, я, наконец,, ступила на борт "Святителя Иннокентия" по шаткому трапу. Умиротворяющая гладь Дона да синева неба сняли мою дорожную усталость, и я сразу же пошла в плавучий храм. На аналое лежала икона Святителя Николая Чудотворца. Да кто же написал этот чудесный образ?! Я просто не могла оторвать глаз от замечательной иконы. Ответ меня ну очень уди- вил: "иконописец из Голландии, Тинеке Катрин Генрнаерт Вестерхофф".
С тех пор прошло шесть лет
В начале нынешнего июня в Гостином Дворе открылась православная выставка-ярмарка. "Обязательно посмотри её, - говорила мне моя приятельница, - и не пройди мимо стенда голландской художницы и иконописца Вестерхофф. Найти её не трудно: пойдёшь прямо, потом направо, потом налево. Саму Катрин узнаешь по красным лаковым башмачкам да пиджаку, украшенному ярким русским узором"...
Вестерхофф, Голландия... что-то очень-очень знакомое. Тенеки Катрин по указанным приметам я нашла быстро. Она сидела на стульчике, спиной к своим стендам и улыбалась всем-всем-всем. Прямо за ней висела икона... святителя Николая, да-да, та самая, что так восхитила меня шесть лет назад на плавучей церкви "Святитель Иннокентий". Я просто была ошеломлена.
Тинеке Катрин, а по-русски Катя, всплеснула руками, услышав мои воспоминания: "Действительно чудо. Ту икону написала я. В России меня частенько сопровождают такие вот чудеса. Когда я рассказываю о них своим голландским подругам, они не верят мне"...
В 1967 году Тинеке с мужем отправилась в свадебное путешествие в Париж. В Лувре она увидела лики Спасителя, Богородицы, Святых, и они настолько её поразили, что она не смела их пристально разглядывать. Что такое иконы и как с ними обращаться она тогда ещё не знала. Спустя какое-то время узнала, что иконопись это совсем не устаревший обычай, что и сейчас есть иконописные мастерские.
В 33 года, когда у Тинеке было уже двое сыновей, она заболела раком. Как известно, пришла беда - отворяй ворота. Вскоре умирает её брат, тяжело заболевает мама. Она догадывается, точнее, здравый смысл подсказывает, что испытания посылаются ей с какой-то целью Сложная операция прошла весьма успешно, поправилась и мама. И тут Катрин узнаёт, что в Гааге живёт 8О-летняя Лидия Дайф, которая пишет иконы. Встреча с ней стала для Катрин поистине судьбоносной. От неё она впервые услышала о России, мать Лидии родом была из Петербурга. Катрин вспоминает:
-Лидия спросила, умею ли я рисовать, знаю ли Священное Писание. В ответ от меня она слышала только -нет.
-Ну ничего, - смиренно реагировала Лидия, - если хочешь, я тебя научу. А там, глядишь, по Божьему благословению станешь иконописцем.
Не откладывая дело в долгий ящик, Лидия повела свою подопечную в православный храм равноапостольной Марии Магдалины. Молодя женщина была просто потрясена, увидев огромное количество икон, среди которых были и те, что написала её наставница. Можно сказать, увиденное, как и у слышанный прекрасный церковный хор перевернули её жизнь. И она стала потихоньку выкарабкиваться из трудных жизненных обстоятельств.
Прошло лет двадцать, железный занавес пал и Катрин впервые приехала в Россию. В программу голландских туристов входило путешествие по Золотому кольцу Остановились в Костроме, куда приехала она не с пустыми руками, её багаж составляли десятки экземпляров Библии. Она зашла в древний Краснокаменный воскресенский храм и передала Библию одному старенькому священнику, который, как она узнала позже, за хранение духовной литературы рисковал своей жизнью.
Побывать в Костроме и не посетить Ипатьевский монастырь просто невозможно. Именно здесь состоялась ещё одна судьбоносная встреча с архимандритом Иеронимом, который потом и стал её духовным отцом. При первой же встрече он обронил фразу: "В России, Катя, будь готова ко всяким сюрпризам". Ну и озадачила она её тогда. И только спустя годы голландка поняла её смысл. А сюрпризы эти действительно не заставили себя ждать.
Много лет мечтала она познакомить Россию со своими картинами и иконами. Но мало ли кто о чём мечтает.
-И вот однажды, - рассказывает она, - захожу на выставку, а дело было в Питере, заговариваю с экскурсантом. И оказывается, что музей, куда я забрела, находится в бывшей голландской церкви. Но еще более поразило известие, что в дни голландской культуры, приуроченной к трёхсотлетию Санкт-Петербурга, состоится выставка её работ. Гостья была просто ошеломлена, так как буквально несколько дней назад она обсужлала свою мечту с архимандритом Иеронимом и брала у него на это благословение.
Летом 1992 года в Александро-Свирском монастыре работала группа молодых голландцев. А на следующий год в Голландию отправился священник этого монастыря протоиерей Михаил Николаев, который по воскресеньям служил в домовом храме Лодейного Поля, что в 27О километрах от Петербурга. В Голландии Катя и познакомилась с батюшкой. Узнав, что его знакомая пишет иконы, он попросил подарить одну из них для храма. Катя ушам своим не поверила - какая честь ей оказана! - и выбрала самую любимую - апостола и евангелиста Матфея.
-Да ведь это самая настоящая православная икона! - воскликнул о. Михаил.
Батюшка пригласил Катю приехать в Лодейное Поле. И вот 11 декабря 1992 года она вошла в храм апостолов Петра и Павла в Лодейном Поле, где и крестилась. После крещения отец Михаил предложил ей писать иконы для строящегося храма. Но ей хотелось не только писать, но и помогать стройке всем, чем только можно. Собрала она в Голландии деньги и купила десять тонн напольных плат. Но как доставить этот груз в Россию? С большим трудом довезла она его до портового городка. Начальство замахало руками, мол, ты что, с ума сошла, откуда привезла, туда и отвези. В конце концов паромщиков уломали, и они перевезли плиты в Санкт-Петербург, где в порту уже ждала их грузовая машина с Лодейного Поля. На все хлопоты эти у неё ушло два месяца...
Вот ведь как интересно! Познакомилась я с Катрин совсем-совсем недавно. А пути наши чудесным образом пересекаются вот уже лет десять. Ну как тут не вспомнить пророческую фразу её духовника архимандрита Иеронима: "Ждут тебя, Катя, в России бесконечные сюрпризы"...
Однажды журналистские пути-дороги привели меня в маленький городок Нерехту, что в Костромском крае. Познакомилась я там с отцом Андреем. Задумал он при храме организовать детский дом. Слово у него на ветер не бросается, а всегда воплощается в дело. Выделили ему здание под детский дом, да такое плохое, что и не сообразишь за какой конец ухватится, чтобы вернуть его к жизни. И тут в гости к о. Андрею приехала из Калифорнии его старая знакомая Ольга Сергеевна Павлова, уроженка здешних, нерехтских мест. Гуляли они по чудесным деревенским аллеям. "Смотри, Ольга, - мечтал о. Андрей, - какое красивое место пропадает. Здесь бы построить современный Детский Дом, старый-то совсем разваливается. Месяца через полтора к о. Андрею приехал председатель конгресса русских американцев, вместе со священником составили проект, и началось строительство нового детского дома.
Как человек очень активный и энергичный, Ольга бросила клич, можно сказать, по всей Европе, и добрые люди, любящие Россию, не только сами стали охотно жертвовать деньги, но и вовлекать в круг благотворителей своих знакомых. В числе вовлечённых в многочисленные добрые дела оказалась и Катя из Голландии. Теперь в Кострому, Нерехту регулярно стали приходить посылки с лекарствами для больных детей, деньги, одежда и много ещё чего....
В свободное от России время Катя читает лекции о нашей стране, об иконописи в голландских школах, различных женских организациях. Заработанные ею деньги и идут на строительство детского дома.
Заразительны не только дурные поступки, но ещё больше добрые начинания. В этом году она привезла к нам в страну ещё шесть голландских подвижниц, которые как и она включились в благотворительные дела.
Я спросила Катю, чем же так привлёк её наш Север. Вот её ответ: "Тишина там. Чистота. Необычная сакральная атмосфера. Просто сказочный край. Среди корабельных лесов, исхоженных болот и непуганного зверья стоят тихие, задумчивые деревеньки с дивными церквями. Вечерний закат обливает небо тяжёлыми красками и такое разжигает пламя на стёклах окон, что непонятно, как они не лопаются от жара. Об этом я сначала прочла в книжках, а потом увидела своими собственными глазами".
В её работах на русские сюжеты преобладают красные, голубые, зелёные цвета. И много-много золота. А как же иначе, замечает она, у России ведь золотое сердце. От её великого пространства веет веет тайной и смутным ожиданием легенд....
И откуда только у этой голландской женщины такая горячая любовь к моей горемычной родине. Которую за границей частенько незаслуженно поклёвывают.
-Ну что вы, - она горячо заступается за Россию, - в Голландии её очень любят и чувствуют, что Бог и Россия совершенно необходимы для мира. Никогда не забыть мне свой первый приезд к вам. Может быть, покажусь вам слишком сентиментальной, но лишь только сошла по трапу самолёта, неведомая сила потянула меня припасть к дорогой мне земле. У меня было полное ощущение того, что вернулась в свой родной дом и меня будто укутали в тёплое одеяло. После России я могу какое-то время жить в Голландии тем, чем я зарядилась в вашей стране. Она для меня, скажу я вам, мощный аккумулятор. Я бы и совсем переселилась, но обстоятельства не позволяют: на родине своей ухаживаю за 9О-летним отцом, ну и социальное обеспечение связывает".
Как же, наверное, трудно ей вписаться со своим православным мироощущением в жизнь весьма прагматичной безбожной Голландии. Одна русская женщина, живущая в Голландии, сказала мне: "Мы, русские, пьём и едим искусство, а голландцы смотрят на него глазами, и говорят о еде, мол, что мы будем есть сегодня вечером, когда вернёмся домой".
Катя улыбнулась: "Ну что ж, наблюдение несколько гастрономическое, но точное. Ну так вот, я действительно не вписываюсь в голландскую среду и дома чувствую себя только в России. В нашей безбожности немножко виновато наше благополучие: люди думаю, что им хорошо и сытно жить и без Бога. Не хотят себя утруждать ничем. Слышала я, ччто во Франции, например, служба идёт всего полчаса, чтобы причаститься достаточно попоститься три часа. Я лично перед причастием пощусь три дня и вычитываю все положенные молитвы. Прежде чем возьмусь за написание иконы за неделю ни с кем не встречаюсь, слушаю духовную музыку и молюсь. Но, к счастью, как это по-русски говорится, процесс пошёл. Всё больше людей начинают понимать, что жизнь это не только благополучие. Хоть и медленно, но растёт число православных храмов, сегодня в Голландии их уже тридцать".
Долгий разговор с Катей так захватил меня, что я и не заметила, как стенд с её иконами, расписными пасхальными яйцами, христианской живописью обступили многочисленные посетители выставки. Они прислушивались к нашей беседе и во все глаза разглядывали сияющую пасхальным светом Россию, увиденную глазами голландской художницы, полюбившей её больше своей Родины.
http://www.radonezh.ru/analytic/articles/?ID=1909
С тех пор прошло шесть лет
В начале нынешнего июня в Гостином Дворе открылась православная выставка-ярмарка. "Обязательно посмотри её, - говорила мне моя приятельница, - и не пройди мимо стенда голландской художницы и иконописца Вестерхофф. Найти её не трудно: пойдёшь прямо, потом направо, потом налево. Саму Катрин узнаешь по красным лаковым башмачкам да пиджаку, украшенному ярким русским узором"...
Вестерхофф, Голландия... что-то очень-очень знакомое. Тенеки Катрин по указанным приметам я нашла быстро. Она сидела на стульчике, спиной к своим стендам и улыбалась всем-всем-всем. Прямо за ней висела икона... святителя Николая, да-да, та самая, что так восхитила меня шесть лет назад на плавучей церкви "Святитель Иннокентий". Я просто была ошеломлена.
Тинеке Катрин, а по-русски Катя, всплеснула руками, услышав мои воспоминания: "Действительно чудо. Ту икону написала я. В России меня частенько сопровождают такие вот чудеса. Когда я рассказываю о них своим голландским подругам, они не верят мне"...
В 1967 году Тинеке с мужем отправилась в свадебное путешествие в Париж. В Лувре она увидела лики Спасителя, Богородицы, Святых, и они настолько её поразили, что она не смела их пристально разглядывать. Что такое иконы и как с ними обращаться она тогда ещё не знала. Спустя какое-то время узнала, что иконопись это совсем не устаревший обычай, что и сейчас есть иконописные мастерские.
В 33 года, когда у Тинеке было уже двое сыновей, она заболела раком. Как известно, пришла беда - отворяй ворота. Вскоре умирает её брат, тяжело заболевает мама. Она догадывается, точнее, здравый смысл подсказывает, что испытания посылаются ей с какой-то целью Сложная операция прошла весьма успешно, поправилась и мама. И тут Катрин узнаёт, что в Гааге живёт 8О-летняя Лидия Дайф, которая пишет иконы. Встреча с ней стала для Катрин поистине судьбоносной. От неё она впервые услышала о России, мать Лидии родом была из Петербурга. Катрин вспоминает:
-Лидия спросила, умею ли я рисовать, знаю ли Священное Писание. В ответ от меня она слышала только -нет.
-Ну ничего, - смиренно реагировала Лидия, - если хочешь, я тебя научу. А там, глядишь, по Божьему благословению станешь иконописцем.
Не откладывая дело в долгий ящик, Лидия повела свою подопечную в православный храм равноапостольной Марии Магдалины. Молодя женщина была просто потрясена, увидев огромное количество икон, среди которых были и те, что написала её наставница. Можно сказать, увиденное, как и у слышанный прекрасный церковный хор перевернули её жизнь. И она стала потихоньку выкарабкиваться из трудных жизненных обстоятельств.
Прошло лет двадцать, железный занавес пал и Катрин впервые приехала в Россию. В программу голландских туристов входило путешествие по Золотому кольцу Остановились в Костроме, куда приехала она не с пустыми руками, её багаж составляли десятки экземпляров Библии. Она зашла в древний Краснокаменный воскресенский храм и передала Библию одному старенькому священнику, который, как она узнала позже, за хранение духовной литературы рисковал своей жизнью.
Побывать в Костроме и не посетить Ипатьевский монастырь просто невозможно. Именно здесь состоялась ещё одна судьбоносная встреча с архимандритом Иеронимом, который потом и стал её духовным отцом. При первой же встрече он обронил фразу: "В России, Катя, будь готова ко всяким сюрпризам". Ну и озадачила она её тогда. И только спустя годы голландка поняла её смысл. А сюрпризы эти действительно не заставили себя ждать.
Много лет мечтала она познакомить Россию со своими картинами и иконами. Но мало ли кто о чём мечтает.
-И вот однажды, - рассказывает она, - захожу на выставку, а дело было в Питере, заговариваю с экскурсантом. И оказывается, что музей, куда я забрела, находится в бывшей голландской церкви. Но еще более поразило известие, что в дни голландской культуры, приуроченной к трёхсотлетию Санкт-Петербурга, состоится выставка её работ. Гостья была просто ошеломлена, так как буквально несколько дней назад она обсужлала свою мечту с архимандритом Иеронимом и брала у него на это благословение.
Летом 1992 года в Александро-Свирском монастыре работала группа молодых голландцев. А на следующий год в Голландию отправился священник этого монастыря протоиерей Михаил Николаев, который по воскресеньям служил в домовом храме Лодейного Поля, что в 27О километрах от Петербурга. В Голландии Катя и познакомилась с батюшкой. Узнав, что его знакомая пишет иконы, он попросил подарить одну из них для храма. Катя ушам своим не поверила - какая честь ей оказана! - и выбрала самую любимую - апостола и евангелиста Матфея.
-Да ведь это самая настоящая православная икона! - воскликнул о. Михаил.
Батюшка пригласил Катю приехать в Лодейное Поле. И вот 11 декабря 1992 года она вошла в храм апостолов Петра и Павла в Лодейном Поле, где и крестилась. После крещения отец Михаил предложил ей писать иконы для строящегося храма. Но ей хотелось не только писать, но и помогать стройке всем, чем только можно. Собрала она в Голландии деньги и купила десять тонн напольных плат. Но как доставить этот груз в Россию? С большим трудом довезла она его до портового городка. Начальство замахало руками, мол, ты что, с ума сошла, откуда привезла, туда и отвези. В конце концов паромщиков уломали, и они перевезли плиты в Санкт-Петербург, где в порту уже ждала их грузовая машина с Лодейного Поля. На все хлопоты эти у неё ушло два месяца...
Вот ведь как интересно! Познакомилась я с Катрин совсем-совсем недавно. А пути наши чудесным образом пересекаются вот уже лет десять. Ну как тут не вспомнить пророческую фразу её духовника архимандрита Иеронима: "Ждут тебя, Катя, в России бесконечные сюрпризы"...
Однажды журналистские пути-дороги привели меня в маленький городок Нерехту, что в Костромском крае. Познакомилась я там с отцом Андреем. Задумал он при храме организовать детский дом. Слово у него на ветер не бросается, а всегда воплощается в дело. Выделили ему здание под детский дом, да такое плохое, что и не сообразишь за какой конец ухватится, чтобы вернуть его к жизни. И тут в гости к о. Андрею приехала из Калифорнии его старая знакомая Ольга Сергеевна Павлова, уроженка здешних, нерехтских мест. Гуляли они по чудесным деревенским аллеям. "Смотри, Ольга, - мечтал о. Андрей, - какое красивое место пропадает. Здесь бы построить современный Детский Дом, старый-то совсем разваливается. Месяца через полтора к о. Андрею приехал председатель конгресса русских американцев, вместе со священником составили проект, и началось строительство нового детского дома.
Как человек очень активный и энергичный, Ольга бросила клич, можно сказать, по всей Европе, и добрые люди, любящие Россию, не только сами стали охотно жертвовать деньги, но и вовлекать в круг благотворителей своих знакомых. В числе вовлечённых в многочисленные добрые дела оказалась и Катя из Голландии. Теперь в Кострому, Нерехту регулярно стали приходить посылки с лекарствами для больных детей, деньги, одежда и много ещё чего....
В свободное от России время Катя читает лекции о нашей стране, об иконописи в голландских школах, различных женских организациях. Заработанные ею деньги и идут на строительство детского дома.
Заразительны не только дурные поступки, но ещё больше добрые начинания. В этом году она привезла к нам в страну ещё шесть голландских подвижниц, которые как и она включились в благотворительные дела.
Я спросила Катю, чем же так привлёк её наш Север. Вот её ответ: "Тишина там. Чистота. Необычная сакральная атмосфера. Просто сказочный край. Среди корабельных лесов, исхоженных болот и непуганного зверья стоят тихие, задумчивые деревеньки с дивными церквями. Вечерний закат обливает небо тяжёлыми красками и такое разжигает пламя на стёклах окон, что непонятно, как они не лопаются от жара. Об этом я сначала прочла в книжках, а потом увидела своими собственными глазами".
В её работах на русские сюжеты преобладают красные, голубые, зелёные цвета. И много-много золота. А как же иначе, замечает она, у России ведь золотое сердце. От её великого пространства веет веет тайной и смутным ожиданием легенд....
И откуда только у этой голландской женщины такая горячая любовь к моей горемычной родине. Которую за границей частенько незаслуженно поклёвывают.
-Ну что вы, - она горячо заступается за Россию, - в Голландии её очень любят и чувствуют, что Бог и Россия совершенно необходимы для мира. Никогда не забыть мне свой первый приезд к вам. Может быть, покажусь вам слишком сентиментальной, но лишь только сошла по трапу самолёта, неведомая сила потянула меня припасть к дорогой мне земле. У меня было полное ощущение того, что вернулась в свой родной дом и меня будто укутали в тёплое одеяло. После России я могу какое-то время жить в Голландии тем, чем я зарядилась в вашей стране. Она для меня, скажу я вам, мощный аккумулятор. Я бы и совсем переселилась, но обстоятельства не позволяют: на родине своей ухаживаю за 9О-летним отцом, ну и социальное обеспечение связывает".
Как же, наверное, трудно ей вписаться со своим православным мироощущением в жизнь весьма прагматичной безбожной Голландии. Одна русская женщина, живущая в Голландии, сказала мне: "Мы, русские, пьём и едим искусство, а голландцы смотрят на него глазами, и говорят о еде, мол, что мы будем есть сегодня вечером, когда вернёмся домой".
Катя улыбнулась: "Ну что ж, наблюдение несколько гастрономическое, но точное. Ну так вот, я действительно не вписываюсь в голландскую среду и дома чувствую себя только в России. В нашей безбожности немножко виновато наше благополучие: люди думаю, что им хорошо и сытно жить и без Бога. Не хотят себя утруждать ничем. Слышала я, ччто во Франции, например, служба идёт всего полчаса, чтобы причаститься достаточно попоститься три часа. Я лично перед причастием пощусь три дня и вычитываю все положенные молитвы. Прежде чем возьмусь за написание иконы за неделю ни с кем не встречаюсь, слушаю духовную музыку и молюсь. Но, к счастью, как это по-русски говорится, процесс пошёл. Всё больше людей начинают понимать, что жизнь это не только благополучие. Хоть и медленно, но растёт число православных храмов, сегодня в Голландии их уже тридцать".
Долгий разговор с Катей так захватил меня, что я и не заметила, как стенд с её иконами, расписными пасхальными яйцами, христианской живописью обступили многочисленные посетители выставки. Они прислушивались к нашей беседе и во все глаза разглядывали сияющую пасхальным светом Россию, увиденную глазами голландской художницы, полюбившей её больше своей Родины.
http://www.radonezh.ru/analytic/articles/?ID=1909
_1.jpg)