Трудно понять, на что надеются все в стране и чем конкретным занимается у нас руководство. Вот премьер-министр, выступая на расширенном заседании коллегии МВД 16 февраля, посчитал возможным вслух заявить о необходимости "восстановления доверия к милиции".
Какая же должна сложиться ситуация, чтобы премьер-министр вынужден был констатировать отсутствие у населения доверия к милиции, т.е. к тем, кто должен его охранять, спасать, беречь (помните, "моя милиция меня бережЈт"?).
Может ли обеспечить безопасность тот, кому не доверяют?
Все так или иначе знакомы с бесчисленными фактами произвола со стороны тех, кто призван нести ответственность за состояние внутренних дел в стране. Каждый неоднократно сталкивался с мелким бытовым использованием силы или наслышан о диких массовых "подвигах" типа группового "допроса до смерти" подводника Пуманэ или недавней "спецоперации" в башкирском Благовещенске.
Сюда же относится и использование милиции в качестве силового ресурса при переделе собственности, когда хозяйственные споры оборачиваются и решаются прямыми вооружЈнными столкновениями и не всегда достойным участием милиции.
ВсЈ это так. Но хочется всЈ же понять: отчего так? И к чему все эти одинаковые слова из года в год?
"Органы МВД не должны позволять втягивать себя в корпоративные конфликты и споры хозяйствующих субъектов", - указал премьер М. Фрадков. Но два года назад буквально такие же слова произнЈс президент В. Путин: "Особенно опасны факты вовлечения сотрудников МВД в корпоративные войны и хозяйственные споры". И что?
А, с другой стороны, стоит ли особо спрашивать с милиции за произвол и насилие в стране, где жизнь всего населения протекает за стальными дверями и гигантскими заборами и где знаменитое английское "мой дом - моя крепость" стало прямым обозначением чисто русских реалий? В стране, где десять лет идЈт чеченская война, где сама история Российской Федерации берЈт начало с развала собственной страны, СССР - большой России, и где вся экономическая жизнь, включая неприглядные переделы собственности, стоит на большой краже под названием "прихватизация"?
Неужели можно как-то выделять милиционеров и по-особому их ругать, когда обогащение в виде "достижения прибыли" является официальным курсом страны вот уже почти как 20 лет, с момента начала перестройки?
Вся социальная система, которая под лозунгом "строительства рынка" была создана за последние 20 лет, основана на использовании силовых методов.
У кого сила, тот и прав - вот принцип нынешнего существования.
Смешно да и просто грешно сваливать всЈ на милицию и другие "силовые", как теперь модно говорить, ведомства. Хотя свести всЈ к "плохим милиционерам" стараются многие. Именно в целях дискредитации придумано и всячески пропагандируется уже не только внутри страны, но и за рубежом словечко "силовики" - "Siloviki".
Да, с работников правоохранительных органов должен быть особый спрос. Но, с другой стороны, а почему только с них?
Но не следует путать причины со следствиями. Деградация общества происходит не потому, что у нас много "силовиков", и не потому, что силовики - "плохие". Прямо наоборот. У нас всЈ население превращается в тех или иных "силовиков", потому что принцип силы лежит в основе "рынка" и с каждым годом всЈ в большей степени делается нашим тотальным бытием.
Послушайте политиков, бизнесменов, политологов, аналитиков и экспертов. Подавляющее большинство из них с многомудрым выражением на лице рассуждает о том, что первоначальный период накопления капитала теперь у нас подходит к концу, и мы всЈ больше видим "более цивилизованные отношения".
Неужели непонятно, что вывод из 90-х только один: раз "им" можно грабить и насильничать, значит, можно и всем. Другое дело, что силы у всех разные и устроены по-разному.
Основания, на которых строится экономика и ежедневная жизнь в стране, безнравственны. Поэтому безнравственным является прежде всего продление такой жизни под любыми благовидными лозунгами, а уж потом участие в такой жизни.
Пока в основе лежит неправедная собственность, ничего хорошего у нас из воспитания милиционеров на коллегиях не получится.
Уродливость созданной социальной системы и соответствующего ей государства фактически признают и сами руководители государства. Как иначе понимать слова М. Фрадкова на коллегии МВД: "Очевидно, что мы не сможем обеспечить вас на том уровне средств, которыми пользуются бизнесмены, не говоря уже о преступниках, с которыми вы находитесь лицом к лицу".
Разве такое может быть очевидным?
Получается странная до дикости вещь. Мы не можем достойно обеспечить милиционеров, военных, учителей, врачей, инженеров, пенсионеров, студентов и учащихся, не можем в государственном масштабе удержать цену на бензин, зато блестяще умеем обдирать население и сбрасывать все расходы и проблемы с федерального центра на уровень регионов, и прежде всего отдельной семьи. Но тогда зачем нужно государство? Зачем призывать сотрудников милиции полагаться на "особое отношение к долгу".
Ради кого и чего существует у нас государство?
В стране нет правильного и большого Дела. В стране нет целей развития. В стране у людей и детей нет серьЈзной жизненной перспективы. В стране нет диктатуры развития.
Зато есть абсолютно ложные и лживые ежедневные лозунги про "рынок", про "диктатуру закона" и про то, чтобы стать "наконец-то нормальной страной". И за всем этим лежит одно: идеал быстрого коммерческого успеха и добычи денег на-гора - и всЈ.
Но хоть на 20-м году движения из пропасти к пропасти, от развала к развалу и всЈ дальше и дальше в тупик - может, пора честно и вслух и на самом высшем уровне признать порочность "рыночного курса"?
Или всЈ-таки будем продолжать делать то, что удобнее: раз в год милицию воспитывать, например?
...Есть анекдот позднесоветский. Парикмахер выстригла машинкой плешь мужчине. Он стал выражать недовольство. Парикмахер - ноль внимания и снова выстригла плешь. Мужчина кричит: "Что вы делаете?!" Парикмахер: "Чего орЈшь? Не нравится, иди к заведующей". ВозмущЈнный мужчина вбегает к заведующей: "Что у вас тут за система?" Та что-то пишет и - ноль внимания. Он в два раза громче выкрикивает вопрос. Ноль внимания. Он молотит кулаками по столу перед носом заведующей: "Что у вас за система?!!"
Она с удивлением поднимает голову и тихо спрашивает: "А почему вы начали с парикмахерской?"
Какая же должна сложиться ситуация, чтобы премьер-министр вынужден был констатировать отсутствие у населения доверия к милиции, т.е. к тем, кто должен его охранять, спасать, беречь (помните, "моя милиция меня бережЈт"?).
Может ли обеспечить безопасность тот, кому не доверяют?
Все так или иначе знакомы с бесчисленными фактами произвола со стороны тех, кто призван нести ответственность за состояние внутренних дел в стране. Каждый неоднократно сталкивался с мелким бытовым использованием силы или наслышан о диких массовых "подвигах" типа группового "допроса до смерти" подводника Пуманэ или недавней "спецоперации" в башкирском Благовещенске.
Сюда же относится и использование милиции в качестве силового ресурса при переделе собственности, когда хозяйственные споры оборачиваются и решаются прямыми вооружЈнными столкновениями и не всегда достойным участием милиции.
ВсЈ это так. Но хочется всЈ же понять: отчего так? И к чему все эти одинаковые слова из года в год?
"Органы МВД не должны позволять втягивать себя в корпоративные конфликты и споры хозяйствующих субъектов", - указал премьер М. Фрадков. Но два года назад буквально такие же слова произнЈс президент В. Путин: "Особенно опасны факты вовлечения сотрудников МВД в корпоративные войны и хозяйственные споры". И что?
А, с другой стороны, стоит ли особо спрашивать с милиции за произвол и насилие в стране, где жизнь всего населения протекает за стальными дверями и гигантскими заборами и где знаменитое английское "мой дом - моя крепость" стало прямым обозначением чисто русских реалий? В стране, где десять лет идЈт чеченская война, где сама история Российской Федерации берЈт начало с развала собственной страны, СССР - большой России, и где вся экономическая жизнь, включая неприглядные переделы собственности, стоит на большой краже под названием "прихватизация"?
Неужели можно как-то выделять милиционеров и по-особому их ругать, когда обогащение в виде "достижения прибыли" является официальным курсом страны вот уже почти как 20 лет, с момента начала перестройки?
Вся социальная система, которая под лозунгом "строительства рынка" была создана за последние 20 лет, основана на использовании силовых методов.
У кого сила, тот и прав - вот принцип нынешнего существования.
Смешно да и просто грешно сваливать всЈ на милицию и другие "силовые", как теперь модно говорить, ведомства. Хотя свести всЈ к "плохим милиционерам" стараются многие. Именно в целях дискредитации придумано и всячески пропагандируется уже не только внутри страны, но и за рубежом словечко "силовики" - "Siloviki".
Да, с работников правоохранительных органов должен быть особый спрос. Но, с другой стороны, а почему только с них?
Но не следует путать причины со следствиями. Деградация общества происходит не потому, что у нас много "силовиков", и не потому, что силовики - "плохие". Прямо наоборот. У нас всЈ население превращается в тех или иных "силовиков", потому что принцип силы лежит в основе "рынка" и с каждым годом всЈ в большей степени делается нашим тотальным бытием.
Послушайте политиков, бизнесменов, политологов, аналитиков и экспертов. Подавляющее большинство из них с многомудрым выражением на лице рассуждает о том, что первоначальный период накопления капитала теперь у нас подходит к концу, и мы всЈ больше видим "более цивилизованные отношения".
Неужели непонятно, что вывод из 90-х только один: раз "им" можно грабить и насильничать, значит, можно и всем. Другое дело, что силы у всех разные и устроены по-разному.
Основания, на которых строится экономика и ежедневная жизнь в стране, безнравственны. Поэтому безнравственным является прежде всего продление такой жизни под любыми благовидными лозунгами, а уж потом участие в такой жизни.
Пока в основе лежит неправедная собственность, ничего хорошего у нас из воспитания милиционеров на коллегиях не получится.
Уродливость созданной социальной системы и соответствующего ей государства фактически признают и сами руководители государства. Как иначе понимать слова М. Фрадкова на коллегии МВД: "Очевидно, что мы не сможем обеспечить вас на том уровне средств, которыми пользуются бизнесмены, не говоря уже о преступниках, с которыми вы находитесь лицом к лицу".
Разве такое может быть очевидным?
Получается странная до дикости вещь. Мы не можем достойно обеспечить милиционеров, военных, учителей, врачей, инженеров, пенсионеров, студентов и учащихся, не можем в государственном масштабе удержать цену на бензин, зато блестяще умеем обдирать население и сбрасывать все расходы и проблемы с федерального центра на уровень регионов, и прежде всего отдельной семьи. Но тогда зачем нужно государство? Зачем призывать сотрудников милиции полагаться на "особое отношение к долгу".
Ради кого и чего существует у нас государство?
В стране нет правильного и большого Дела. В стране нет целей развития. В стране у людей и детей нет серьЈзной жизненной перспективы. В стране нет диктатуры развития.
Зато есть абсолютно ложные и лживые ежедневные лозунги про "рынок", про "диктатуру закона" и про то, чтобы стать "наконец-то нормальной страной". И за всем этим лежит одно: идеал быстрого коммерческого успеха и добычи денег на-гора - и всЈ.
Но хоть на 20-м году движения из пропасти к пропасти, от развала к развалу и всЈ дальше и дальше в тупик - может, пора честно и вслух и на самом высшем уровне признать порочность "рыночного курса"?
Или всЈ-таки будем продолжать делать то, что удобнее: раз в год милицию воспитывать, например?
...Есть анекдот позднесоветский. Парикмахер выстригла машинкой плешь мужчине. Он стал выражать недовольство. Парикмахер - ноль внимания и снова выстригла плешь. Мужчина кричит: "Что вы делаете?!" Парикмахер: "Чего орЈшь? Не нравится, иди к заведующей". ВозмущЈнный мужчина вбегает к заведующей: "Что у вас тут за система?" Та что-то пишет и - ноль внимания. Он в два раза громче выкрикивает вопрос. Ноль внимания. Он молотит кулаками по столу перед носом заведующей: "Что у вас за система?!!"
Она с удивлением поднимает голову и тихо спрашивает: "А почему вы начали с парикмахерской?"
