Экклесиология в наследии протоиерея Александра Васильевича Горского

Учение о Церкви не было раскрыто в эпоху Вселенских Соборов и стало предметом дискуссий после разделения Западной Церкви.  В результате сложились два самостоятельных направления. Первое, развивавшееся в католичестве, остановилось на внешней видимой стороне, и рассматривало Церковь как общественное учреждение. Второе, реализованное в протестантизме, акцентировало внимание на внутренней невидимой стороне, видело в Церкви преимущественно общину и исследовало ее внутренние духовные свойства. В связи с этим встал вопрос о приоритетности связи экклесиологии с христологией или пневматологией.

Сложность в исследовании «загадочной области» Церкви, по мнению Н. Ю. Суховой, обусловлена тем, что «трудно определить грань между экклесиологией и церковной историей: Церковь проявляется в истории, и богословское понимание Церкви требует, с одной стороны, опоры на ис­торическую реальность и конкретные примеры, с другой стороны – отрешения от них. Проблему составляет и адекватное определение места учения о Церкви в системе научного богословия: должна ли экклесиология быть введением в систему богословия, одной из частей этой системы или ее заключением?»^[1]

Учение о Церкви А. В. Горского представляет особенный интерес в связи с тем, что, как было прослежено в предыдущих текстах, он сначала занимался церковной историей, а затем догматическим богословием. О том, что экклесиология была приоритетной областью научного интереса прот. Александра свидетельствует его дневниковая запись, сделанная в конце жизни: «сокращенно вся сущность христианства: Христос с Его истиною и благодатью и люди облагодатствованные, или Церковь! В нем все мое богословие!»^[2].  Очевидно, что для него на первом плане стоит связь Церкви со Христом, а не Святым Духом.

В материале, посвященном исторической концепции  А. В. Горского, раскрытой в его лекционных курсах, было показано, что  он рассматривает ход истории, как историю спасения человеческого рода. Протоиерей Александр подчеркивает связь реализации   Церкви - храма, царства и училища истины с тройственным служением Иисуса Христа, прообразованном в Ветхом Завете, реализованном во время Его земной жизни и продолжающемся после Его Вознесения.  Оформление церковно-исторической концепции А.В. Горского приходится на начало 1840-х гг. В это же время активизируется интерес к вопросу о Церкви в отечественном богословии.

В 1842 году будущий митрополит Макарий (Булгаков) уделяет ему внимание в обзоре сочинений свт. Димитрия Ростовского[3]. В 1843 году в первом номере журнала МДА «Прибавления к творениям Святых отцов» в вероучительном разделе публикуется материал «О Церкви», в создании которого, по нашему мнению, А. В. Горский, как минимум принимал участие. В 1844 году выпускник Московской академии С. К. Смирнов представил магистерскую диссертацию «Предъизображение Господа нашего Иисуса Христа и Церкви Его в Ветхом Завете». Оно также вряд было  подготовлено без помощи А. В. Горского[4]. Автор исследования обращает внимание на то, что и Спаситель, и Его Церковь имеют общий Ветхозаветный прообраз – израильский народ, поэтому в эсхатологической перспективе они должны стать единым целым.  И, наконец, не позднее 1845 года богослов-мирянин А. С. Хомяков написал свой трактат «О Церкви», стилизованный под древний катехизис. Он был опубликован значительно позже, но Алексей Степанович читал его в салонах, с текстом был знаком свт. Филарет (Дроздов), который заметил, что он написан современником.

Позднее митрополит Макарий (Булгаков) и архиепископ Филарет (Гумилевский) представили  учение о Церкви в соответствующих разделах своих догматических систем. Существенное различие их подходов проявляется в решении вопроса об источниках: первый отдает предпочтение приоритетности Предания, второй, - Священного Писания. Богослов-мирянин А. С. Хомяков упрекал митрополита Макария в схоластичности и настаивал на катехизисном изложении вероучения, активно использовал в своих сочинениях принципы современной философии и романтические идеи. В отечественных системах Церковь рассматривается в основном как земное общество. А. С. Хомяков, напротив, отдает приоритет Церкви невидимой. При этом и представители академического богословия, и лидер славянофилов отрицали возможность развития догматов.

Протоиерей Александр Горский подробно раскрывает учение о Церкви в догматическом курсе, в основном сложившемся к середине 1860-х гг. Особенность его догматической концепции была рассмотрена ранее. Во-первых, он дает историческое обоснование взаимной дополнительности Священного Писания и Предания; во-вторых, считает, что некорректно выстраивать вероучение в систему, поставив   во главу угла один из догматов (преосвященный Макарий выбирает догмат о Троице). А. В. Горский рассматривает все важнейшие вероучительные положения в связи с историческим фактом Боговоплощения: он подчеркивает, что главным центром и средоточением веры являются  Лицо и Дело Христово[5].

В связи с широким распространением философской методологии в протестантской науке, а также в богословских трудах А. С. Хомякова, А. В. Горский анализирует святоотеческий опыт использования философии. Он отмечает, что древние учителя Церкви не видят непримиримого противоречия между здравым разумом и верой, но в их богословии философия играет вспомогательную роль, преимущественно для защиты от еретических учений: «вообще на философию они смотрели как на язычницу, но искали ее обратить в христианство и пользовались ее услугами для богословия»[6].

Кроме того, он указывает на разницу между общедоступным благовествованием – киригмой и богословским раскрытием догмата. В связи с этим протоиерей Александр обращает внимание учеников на различие между благовествованием и учительством, которое можно соотнести с историей и богословием. В обязанности учителей, по его мнению, входит более широкий круг задач: «сличение Ветхого Завета с Новым, развитие преданной веры, сочетание веры с разумом, разрешение недоумений и опровержение нападений. … Учитель должен быть знаком и с философией, как разумным миросозерцанием, и с источником Откровенным писаным, и с живыми насущными требованиями Церкви»^[7].

Оригинально и место, которое А. В. Горский отводит экклесиологии в своем лекционном курсе. Все, относящееся к этому вопросу собрано во «Введении в православное богословие». У митрополита Макария в этой части курса вопрос о Церкви предваряет основные разделы «Введения», а затем рассматривается вопрос о ее непогрешимости, как хранительнице и истолковательнице Священного Писания. Учение о Церкви в «Догматическом богословии» он размещает после христологии, но подчеркивает роль каждого лица Троицы в ее жизни. 

Протоиерей Александр сначала в разделе «О Церкви» рассматривает экклесиологию как благовествование в разделе «О Церкви». Здесь он  акцентирует внимание на исторических событиях: прослеживает, как в Евангельских текстах раскрывается история ее создания, завершившаяся вступлением Иисуса Христа в полноту царского служения и ниспосланием Отцом Святого Духа, а затем переходит к вопросу о  непогрешимости Церкви.

Как и в исторических лекциях, А. В. Горский отмечает, что в домостроительстве спасения «каждое Лицо Божественное благоволило принять Свое участие»^[8], но в догматическом рассуждении, естественно, исключаются временные элементы – нации и эпохи, а действие лиц Троицы раскрывается по отношению к человеку и Церкви в целом. Призывает человека в Церковь Бог Отец. Действие Сына Божия – «более видимое, открытое, как Слово Божие воплотившееся. Его явление и действия общие для всех сынов человеческих, для всей Церкви. Дух Святой принимает участие более внутреннее, и действует на каждого лично, просвещая его ум, движа сердце, укрепляя волю. Сын Божий и действует видимо, по вознесении на небо, является как Глава (выделение А. В. Горского) целого тела Церкви, управляет судьбами ее, направляет все к ее созиданию, расширению, торжеству над врагами. Дух Святой созидает тоже Царство Божие в душе каждого, побеждает тех же врагов в сердце каждого»^[9].

Протоиерей Александр подчеркивает, что помощь Господа и Святого Духа обещаны Церкви навсегда. Именно это является основанием ее непогрешимости. Она реализуется, во-первых, в сохранении и верной передаче христианских догматов, во-вторых, в их изъяснении. Он утверждает, что «Церковь имеет нужду и всегда надеется иметь помощь Духа Божия в непрестанном развитии в изъяснении Богооткровенного учения, уповает входить постепенно в более глубокое разумение Христианства, по мере его исторического развития»^[10]. 

По мнению А. В. Горского, в этом деле современный богослов должен использовать открытия в науках философских, исторических, естественных, но «осторожно, и не превышая той меры, в какой Откровением дано сообщить»^[11]. Он подчеркивает, что дар премудрости Святого Духа непреходящий. В связи с утверждением А. С. Хомякова о том, что дары Святого Духа даются всей Церкви, протоиерей Александр выделяет традиционное православное представление об индивидуальных дарах и указывает, что дар Премудрости является непреходящим.

Для решения актуальных задач Церковь в лице своих учителей обращается к Священному Писанию и при содействии Святого Духа они истолковывают его в современном контексте, опираясь на предшествующий святоотеческий опыт.  Протоиерей Александр утверждает, что «здесь нет и не должно быть застоя, но непрерывное движение вперед, только не в сторону от данного направления, не на других основаниях, не вопреки преданию, не при новых каких-либо откровениях, но всегда посредством углубления в тех же истинах Откровения. Встречаются на этом пути и враждебные, и благоприятные явления. Первым она противодействует, последние усвояет, но тем или другим способом только более и более обнаруживает сокровище Его Откровения»^[12].

Затем А. В. Горский переходит к рассмотрению эсхатологических вопросов, в том числе, раскрывает вопрос о Церкви  торжествующей, и подчеркивает ее единство во Христе с Церковью странствующей. Он утверждает, что учение о Церкви  стоит в прямой связи с царским служением Иисуса Христа: «все последующее богословское учение об усвоении искупления и о довершении его в каждом, или учение о Спасении, о средствах благодати, о Церкви и последующей судьбе мира и человека, суть ничто иное, как развитие учения о Царском служении Иисуса Христа»^[13]. Поэтому Царское служение Спасителя протоиерей Александр раскрывает перед разделом «Учение о Церкви», а вопросы о Его Пророческом и Первосвященническом служении рассматривает уже не во «Введении в православное богословие», а в догматическом курсе после учения о Боге-Троице.

Определение понятия Церкви должно отражать ее внутреннюю таинственную сторону. Протоиерей Александр дает собственное истолкование фрагмента послания апостола Павла к Эфесянам, в котором говорится о Церкви, как теле Христовом. Он считает возможным усвоить ей образ живого организма, который является современным синонимом  живого тела, оговаривая, что это не предполагает прямых аналогий с растениями, которые были характерны для романтических концепций. А. В. Горский прослеживает процесс усвоения человеком даров Святого Духа и то, как духовное возрастание каждого отдельного человека отражается на состоянии Церкви в целом.

Первоначально невидимые изменения совершаются в душе человека, обратившегося к вере, затем постепенно они проявляются в его внешней жизни. Поскольку все члены Церкви невидимо связаны между собой и влияют друг на друга и на все тело Церкви, они способствуют как внешнему, так и внутреннему его приращению.  В результате «человечество в своем умственном и нравственном развитии, одушевляемое началами христианства, должно дойти не здесь на земле, но в своих преставившихся на небо членов, до того, что, как говорил Апостол: все придем в единство веры  и познания Сына Божия, в зрелость мужа, в меру полного возраста Христова (Еф. 4:13)»^[14].

В отличие от митрополита Макария (Булгакова), который многочисленными цитатами стремится обосновать неизменность понимания Церковью вероучительных вопросов, протоиерей Александр обращает внимание на различия во мнениях святых отцов в историческом контексте. Как следует понимать развитие учения в контексте современных дискуссий, он разъясняет в разделе, посвященном существенным свойствам Церкви, а именно в разделе о ее единстве.

Он подчеркивает, что свойство единства сам Иисус Христос поставил первым признаком Церкви, но именно оно чаще всего перетолковывалось в связи с возникающими в ней разделениями, и прослеживает историю раскрытия этого вопроса. Иисус Христос обычно выражает свое учение преимущественно в притчах, но в этом случае Он совершенно определенно указывает, что образом единства Церкви является единство Бога Отца и Сына (развитие идей А. С. Хомякова привело к закрепившему в отечественном богословии представлению о подобии Церкви Св. Троице). Апостолы уточняют этот вопрос в связи с конкретными историческими задачами. Опасности разделения возникали в истории в связи с попытками изменения всех сторон жизни Церкви, но главной проблемой было появление ересей. А. В. Горский прослеживает, как боролись с этой проблемой свтт. Игнатий Богоносец, Ириней Лионский и Киприан Карфагенский. Он опровергает мнение, согласно которому из различных сект Церковь выделилась только благодаря римским императорам.

В завершение протоиерей Александр отвечает на возражение о том, что «прогресс не совместим с началом неподвижности, без которого нельзя представить себе единства Церковного. А так как непрерывный прогресс есть всеобщий закон человеческой природы и ее развития, то он сам собой исключает единство Церкви»^[15]. А. В. Горский отвечает следующее: «Бог по существу своему неподвижен и неизменяем, в нем нет ни прогресса, ни регресса. Также неизменны истины, которые Он открыл человекам, также неизменны те учреждения, которые Он даровал человекам для их сохранения»^[16], но в отношении к личному разумению Откровенной истины и личному усвоению Божественных учреждений «возможно не только изменение, но и прогресс, и прогресс или совершенствование даже требуется от христиан»^[17].

Главный вопрос – о спасении решается им в связи с полемикой о внешнем и внутреннем, видимом и невидимом в Церкви. Протоиерей Александр отмечает, что «невидимость не есть не действительность, напротив, это невидимое и есть самое существенное в бытии Церкви, а видимость не есть только видимое случайное в понятии Церкви. Напротив, Церковь не была бы Церковью, если бы не была видима. … И не из невидимой стала она видимой, но вместе всегда была и будет видимою и невидимою»^[18]. По его мнению, для спасения нужно быть членом как видимой, так и невидимой Церкви, «и наоборот, не всегда отчуждение от Церкви видимой или отвержение Церковью видимой может служить доказательством действительной гибели отчужденного или изверженного члена Церкви. Сколько история представляет примеров подвергшихся анафематствованию, и, однако же, не лишившихся спасения»^[19].

Главное основание христианской веры - Иисус Христос, но его ученики должны не только исповедовать, но и проповедовать, и защищать учение Церкви. Поэтому положительное изложение материала в лекционных курсах прот. А. В. Горский всегда связывает с ответом на актуальные вызовы инакомыслящих. Он подчеркивает, что все богословские научные исследования должны, так или иначе, раскрывать сотериологический аспект учения. Для богословских трудов самого А. В. Горского характерно внимание к наиболее острым проблемам, причем он обращается к одним и тем же вопросам в разное время.

В частности, протоиерей Александр отвечает на вопрос о том, как возможно сохранение Церкви при отпадении от нее отдельных частей. Впервые он поднимается в статье «О Церкви» 1843 года в связи с мнением старообрядцев; подробно рассматривается в историко-филологическом исследовании конца 1858 года «Об антихристе». Догматическое решение  А. В. Горский дает в опубликованном архивном материале «О пребывании Церкви Христовой в полном ее устройстве до времени второго - славного пришествия Иисуса Христа».

Еще одна тема, которая встречается в различных сочинениях протоиерея Александра - связь земной и небесной Церкви. Этому вопросу посвящено магистерское сочинение выпускника 1844 года митр. Сергия (Ляпидевского) «О поминовении усопших», написанное, по утверждению П. С. Казанского, самим в А. В. Горским.  Еще раз он обращается к этому вопросу в середине 50-х годов в статье «О призывании святых», в связи с протестантским отрицанием связи между живыми и усопшими.  Очень подробно А. В. Горский останавливается на нем и в лекциях по догматике, но уже в другом ракурсе: что будет с человеком после смерти. Он собирает и анализирует святоотеческие тексты, обрядовые установления, литургические тексты.

В период ректорского служения А. В. Горского в МДА были предприняты две попытки написания магистерских сочинений по экклесиологии. Сразу же после публикаций богословских сочинений А. С. Хомякова протоиерей Александр предложил написать магистерскую работу по экклесиологии родному брату А. М. Иванцова-Платонова, - Николаю Иванцову, который так же был увлечен идеями богослова-мирянина.

Цель своего исследования Н. М. Иванцов формулирует следующим образом: представить «все наше православное учение о Церкви, во всей его целостности, ...  не только в более стройном ... систематическом виде, но и притом так, чтобы при внешней связи и последовательности изложения видна была и внутренняя связь, внутренняя последовательность излагаемого учения, и чтобы при раскрытии именно православного учения о Церкви разъяснялись сами собой не одни какие-либо частные, не одни второстепенные, но прежде всего и главным образом самые коренные, существенные и общие отличия  его от учения не православных»^[20].  Николай Михайлович не сумел этого сделать при жизни прот. А. В. Горского, но в 1877-1878 гг. опубликовал в журнале «Православное обозрение» два материала, посвященные экклесиологии. В них представлены предварительные результаты работы над магистерской диссертацией: в основном анализ зарубежной литературы.

Целостное систематическое изложение учение о Церкви во внутренней связи отдельных частей, представлено в магистерской диссертации свящ. Иоанна Мансветова «Новозаветное учение о Церкви». Его исследование разворачивается в экзегетическом направлении. В самом начале своей работы о. Иоанн утверждает, что главные Новозаветные образы Церкви – Царство Божие и Царство небесное. Центральное место в его исследовании занимает анализ фрагмента из послания апостола Павла к Эфесянам, в котором он повторяет положения, сформулированные в лекциях А. В. Горского. Диссертация была представлена Мансветовым на момент окончания академии, но вышел на защиту он только через два года после смерти научного руководителя, причем одним из оппонентов был Н. М. Иванцов[21].

Выдающийся отечественный историк и богослов XX  века прот. Георгий Флоровский сожалел, что до сих пор «нет общего обзора, позволившего бы нам проследить основные пути и течения этого длительного «развития» экклесиологии»^[22].  Реконструкция экклесиологической концепции прот. А. В. Горского является важным звеном для восстановления полноты и целостности раскрытия учения о Церкви в отечественной традиции. Безусловно, представляет интерес изучение и других догматических вопросов, в контексте их решения в ино-конфессиональной науке и отечественном богословии. 

Любовь Альфредовна Карелина, магистр богословия