itemscope itemtype="http://schema.org/Article">

Комплексная реабилитация и ресоциализация потребителей наркотиков как механизм противодействия экспансии либеральной наркополитики

2 часть

Бывший СССР  Воссоединение Крыма с Россией  Наркомания, алкоголизм и табакокурение 
0
637
Время на чтение 13 минут

1 часть

Практически одновременно с крымскими событиями в 2014 году Европейский Суд по правам человека коммуницировал жалобы трех наркозависимых граждан Российской Федерации против России», к которым до этого в течение нескольких лет не проявлял особого интереса. Жалобы эти сводятся к требованиям о признании запрета в Российской Федерации «заместительной терапии» (хотя в действительности запрет касается лечения наркомании с применением наркотических средств) нарушающим «права человека» (статьи 3 «запрещение пыток», статьи 8 «право на уважение частной и семейной жизни», статьи 14 «запрещение дискриминации» Конвенции от 4 ноября 1950 года «О защите прав человека и основных свобод») и о предоставлении «доступа» к «заместительной терапии» (т.е. к наркотикам метадону/бупренорфину). Эта новость как по команде была подхвачена некоторыми СМИ, не упустившими возможности лишний раз раскритиковать антинаркотическую политику нашего государства[1],[2]. Сами заявители, как следует из материалов жалоб, в настоящее время находятся в ремиссии, т.е. наркотики не употребляют. Следовательно, удовлетворение их требований привело бы к возобновлению приема наркотиков, причем одних из наиболее сильных (метадон/бупренорфин), т.е. к ухудшению состояния здоровья в форме обострения наркомании. Именно это и стало бы нарушением «прав человека». Однако, парадоксальность ситуации не смущает ни самих заявителей, ни их адвокатов[3],[4]. В 2016 году еще один незадачливый наркозависимый обратился с аналогичной жалобой на запрет метадона, на этот раз - в Конституционный суд Российской Федерации[5].

В настоящее время Минюстом России совместно с Минздравом России, ФСКН России и с привлечением антинаркотических общественных организаций, представителей научного экспертного сообщества подготовлены и направлены в Европейский Суд по правам человека все необходимые материалы для отстаивания интересов в антинаркотической сфере Российской Федерации, ее граждан, выступающих против узаконивания потребления наркотиков под видом «заместительной терапии».

Лоббисты «заместительной терапии» не оставляют попыток навязать ее Российской Федерации по «украинскому сценарию», т.е. под предлогом борьбы с ВИЧ-инфекцией. С этой целью не гнушаются преувеличением масштабов распространения ВИЧ-инфекции и значения ее причинно-следственной связи с наркоманией, используя различные уловки при подаче информации. Так, по международным прогнозам, число ВИЧ-инфицированных в России к 2010 году должно было бы составлять 8 млн. человек, а к 2020 году - 14,4 млн. человек (порядка 10% населения)[6]. Реальное же число зарегистрированных случаев ВИЧ на конец 2014 года составляло 907607 человек[7], но это - кумулятивный показатель (сумма за все годы наблюдения с нарастающим итогом), из которого надо вычесть умерших. В итоге получим 742 631 случаев лабораторного подтверждения ВИЧ-инфекции или 522 611 больных, состоящих на диспансерном учете[8], что никак не тянет на «генерализованную» эпидемию.

В 2014 году в Федеральный научно-методический центр по профилактике и борьбе со СПИДом Роспотребнадзора поступили данные о главных факторах заражения только у 37334 (43,8%) из впервые выявленных ВИЧ-позитивных лиц, и уже среди них в 57,3% указано на употребление наркотиков нестерильным инструментарием. Экстраполяция 57,3% на лиц с неизвестными факторами, не указавших и инъекционного фактора, вряд ли корректна, поэтому наркопотребление нестерильными шприцами с определенностью может относиться лишь к 25,1% впервые выявленных ВИЧ-инфицированных лиц. Однако, в СМИ и с высоких трибун звучит цифра 57,3%, так, что создается полная видимость ведущей роли потребления наркотиков в распространении ВИЧ.

В подобной дезинформации могут быть заинтересованы только те, кто пытается обосновать необходимость введения «заместительной терапии» в целях «остановки» или «контроля» ВИЧ-инфекции в России.

Россия по уровню тестирования населения на ВИЧ в разы превосходит США и многие страны Европы, не говоря уж об Украине, а ведь от выявляемости инфекционных заболеваний напрямую зависят и статистические показатели заболеваемости и эффективность мер по ее снижению. Лоббисты «заместительной терапии» игнорируют и то, что ежегодно у нас в стране уменьшаются показатели опийной наркомании в структуре всех наркоманий (в 2014 году - на 7,7%) и учтенной распространенности потребителей инъекционных наркотиков (за 2014 год - на 11%), среди которых ВИЧ-позитивных - менее 20% (в 2014 году - 19,9%[9]).

В число наиболее пораженных по ВИЧ-инфекции субъектов Российской Федерации входят и те, в которых в начале и середине двухтысячных годов реализовывались элементы программ «снижения вреда» (раздача и обмен шприцев и игл для наркоманов) через некоммерческие организации - получатели зарубежных грантов. Такие столицы стран мира, как Вашингтон, Париж, Лондон по пораженности населения ВИЧ-инфекцией в разы «обогнали» Москву, в которой программы «снижения вреда» никогда не осуществлялись. Япония - страна с одними из самых низких в мире показателями наркомании и ВИЧ-инфекции, принципиально отказывается от «заместительной терапии». ЮАР программы «снижения вреда» не спасли от самых высоких в мире показателей пораженности ВИЧ.

Не искусственное (с помощью наркотиков метадона/бупренорфина в рамках «заместительной терапии») «замораживание» масштабов наркотизации и не стимуляция наркомании (с помощью раздачи шприцев и игл, формирования «толерантности» к потреблению наркотиков) позволят обратить вспять ВИЧ-инфекцию, а разрыв «порочного круга» наркопотребления путем комплексной реабилитации и ресоциализации потребителей наркотиков вкупе с мерами по утверждению ценностей здорового образа жизни, несовместимого ни с наркотиками, ни с «рискованным» половым поведением. Вместо этого «желтыми» СМИ пропагандируются различные извращения, прикрываемые демагогией на темы «сексуальной раскрепощенности» и «экспериментирования с изменением сознания», а высокая нравственность, трезвый образ жизни высмеиваются и объявляются «анахронизмом».

Еще один расхожий прием лоббистов либерализации потребления наркотиков - призывы к ослаблению контроля за так называемыми «рецептурными» опиоидами под лозунгами обеспечения доступа к лечению боли при различных заболеваниях, причем не только в онкологии, но и в неврологии, терапии и хирургии. При этом наркотики, именуемые не иначе, как «наркотическими аналгетиками» или еще запутаннее - «аналгетиками центрального действия», объявляются «эталонными» и «безальтернативными» лекарственными средствами для обезболивания. Похожий манипуляционный прием используется и в случае провозглашения «заместительной терапии» с применением метадона и бупренорфина «золотым стандартом». Заявляют о необходимости «повышения информированности населения о наркотических аналгетиках и способах их применения», о наращивании их производства и продаж, о введении ответственности врачей за их неназначение, которая «должна быть выше, чем за возможное признание наркодилером»[10]. Попутно органы здравоохранения и правоохранительные органы обвиняются в «перестраховке», якобы из-за которой «врачи боятся» выписывать наркотические средства. При этом умалчивается, что наркотические аналгетики являются прежде всего наркотическими средствами, быстро вызывающими зависимость, несущую дополнительные страдания, тяжелейшие осложнения со стороны всех органов и систем человеческого организма, а также угрозу смертельных передозировок. Ведь именно по этой причине врачи, верные своему долгу «не вредить больному», не спешат использовать наркотические препараты в своей практике, а осведомленные пациенты предпочитают другие, менее опасные лекарства.

К чему приводит ослабление контроля за легальным оборотом опиатов хорошо известно на печальных примерах США, где количество вызванных передозировкой рецептурными болеутоляющими летальных исходов превысило количество убийств и погибших в ДТП[11], и Канады, где широкое использование опиатов в качестве обезболивающих приводит к смерти каждого восьмого пациента в возрасте до 34 лет[12]. В странах Европы, где активно используется опиоидная «заместительная терапия», снижение смертельных передозировок наркотиков и других смертей, связанных с наркотиками остается серьезной проблемой[13]. В свою очередь, в нашей стране усиление мер контроля за оборотом кодеиносодержащих лекарственных препаратов позволило прекратить распространение тяжелейшей дезоморфиновой наркомании.

Не только опиаты, но и каннабис объявляются чуть ли не панацеей от боли при самых разнообразных заболеваниях и продвигаются западными фармацевтическими компаниями. Параллельно за рубежом организуются «эксперименты» по легализации марихуаны, употребление которой объявляется менее пагубным, чем употребление табака и алкоголя. В действительности, «легких» наркотиков не существует, так как любые из них приводят к психическим и физическим расстройствам. Так, каннабис приводит к снижению интеллекта, острым и хроническим психозам шизофренического типа. Прежде всего под прицелом лоббистов либерализации наркопотребления оказывается молодежь. Внушение населению идей о мнимой безобидности и даже о полезности наркотиков открывает нарколобби широкие возможности к расшатыванию международной системы контроля за наркотиками путем давления на правительства.

Приходится иметь дело и с эксплуатацией ветеринарной темы. Например, периодически раздаются призывы об исключении находящегося под международным контролем наркотического средства «эторфин»[14] из списка особо опасных наркотических средств, что создало бы прецедент нарушения Российской Федерацией своих международных обязательств в сфере контроля за оборотом наркотиков. Одновременно звучат требования предоставить частным ветеринарам доступ к наркотическим средствам, тогда как даже врачи частной практики такого доступа не имеют по всем понятным причинам.

Легализацию наркопотребления пытаются обосновывать и с экономической точки зрения - ложной необходимостью уменьшения расходов на правоохранительную систему. При этом умалчивается, что ущерб для здоровья населения многократно перекроет мнимую «экономию» на наркополицейских, не говоря уж о том, что здоровье человека бесценно. Существует и псевдокриминологическое оправдание либеральной наркополитики - якобы, исходя из необходимости «гуманизации» законодательства и уменьшения нагрузки на пенитенциарную систему.

Чем в действительности оборачивается такой «гуманизм» в Российской Федерации хорошо известно. В результате принятия заключения Комитета Конституционного надзора СССР от 25 октября 1990 г. N 8 «О законодательстве по вопросу о принудительном лечении и трудовом перевоспитании лиц, страдающих алкоголизмом и наркоманией» потребление наркотиков было приравнено к базовым правам граждан, которые, будто бы, «не обязаны бережно относиться к своему здоровью». В 1997 году алкогольное и наркотическое опьянение во вступившем в силу УК России оказались исключенными из перечня отягчающих вину обстоятельств. Федеральным законом от 8 декабря 2003 года N 162-ФЗ «О внесении изменений и дополнений в Уголовный кодекс Российской Федерации» было отменено принудительное лечение наркомании лиц, совершивших преступление. Была ликвидирована система лечебно-трудовых профилакториев (ЛТП), осуществлявших принудительное лечение и трудовую реабилитацию потребителей наркотиков. С потребителей наркотиков, их родных, близких, а также с государства была снята ответственность за избавление от зависимости. Функция освобождения от наркотической зависимости, как обязательство государства, полностью исчезла. В совокупности с декриминализацией потребления наркотиков это привело к лавинообразному росту масштабов наркопотребления, который удалось остановить только в последние годы. После принятия постановления Правительства Российской Федерации от 6 мая 2004 г. N 231 «Об утверждении размеров средних разовых доз наркотических средств и психотропных веществ для целей статей 228, 228.1 и 229 УК России» смертность от наркотиков возросла в 2 раза. Только в одном Екатеринбурге за первые два месяца действия постановления смертность от наркотиков увеличилась в 18 раз. Уличная торговля наркотиками была фактически легализована, поскольку большая часть торговцев носила при себе только «допустимые дозы». Только после отмены этого постановления рост смертности и наркопреступности были остановлены. Однако, в «желтой прессе» и сейчас то и дело проскальзывают реплики о «жестокости» нашего антинаркотического законодательства, о необходимости вывести наркотические аналгетики из-под контроля и т.д.

Таким образом, на фоне наметившихся в настоящее время положительных тенденций в динамике объективного улучшения наркоситуации усиливается давление на Российскую Федерацию сил, выступающих за либерализацию антинаркотического законодательства, что привело бы к подрыву основ государственной антинаркотической политики. Одновременно предпринимаются попытки дискредитировать в глазах общественности антинаркотическую деятельность органов государственной власти через вбросы дезинформации в СМИ[15].

4 декабря 2015 года в Общественной палате Российской Федерации состоялось итоговое заседание Координационного Совета по охране здоровья граждан Российской Федерации от наркотиков, алкогольной и табачной зависимости при Общественной палате Российской Федерации и «Независимой Наркологической Гильдии». По итогам заседания приняты рекомендации, предусматривающие ряд мер по развитию системы реабилитации потребителей наркотиков, а также подтверждающие недопустимость применения в Российской Федерации заместительной терапии наркомании с использованием метадона, бупренорфина или других наркотических средств.

Формирование системы комплексной реабилитации и ресоциализации потребителей наркотиков предусмотренно подпрограммой 3 «Комплексная реабилитация и ресоциализация лиц, потребляющих наркотические средства и психотропные вещества в немедицинских целях» государственной программы Российской Федерации «Противодействие незаконному обороту наркотиков», утвержденной постановлением Правительства Российской Федерации от 15 апреля 2014 г. N 299.

Работа по созданию такой системы в настоящее время активно осуществляется на федеральном уровне и в субъектах Российской Федерации в рамках реализации Постановления Совета Федерации Федерального Собрания Российской Федерации от 8 июля 2015 г. N 353-СФ «О дополнительных мерах по комплексной реабилитации и ресоциализации лиц, потребляющих наркотические средства или психотропные вещества без назначения врача». Препятствием является, в первую очередь, отсутствие должного финансирования, что, фактически, играет на руку лоббистам экспансии либеральной наркополитики, включая программы «заместительной терапии» с применением метадона/бупренорфина. Напротив, полномасштабная комплексная реабилитация потребителей наркотиков позволит не только успешно противостоять такой экспансии, но и продемонстрировать государствам ближнего и дальнего зарубежья преимущества антинаркотической политики Российской Федерации. В свою очередь это способствовало бы не только сплочению всех участников антинаркотической деятельности в нашей стране, но и усилению позиций наших единомышленников во всем мире, укреплению международной системы контроля за наркотиками, реализации сбалансированных мер по решению мировой проблемы наркотиков.

Габрильянц Михаил Арминакович, советник директора ФСКН России аппарата Государственного антинаркотического комитета



[1] Метадон Кихот / Медиазона, 16 апреля 2015 г.

[2] Борцы за права россиян-наркоманов: нас преследуют / Русская служба Би-би-си, 27 марта 2015 г.

[3] ЕСПЧ приговорит российский метадон / «Газета.Ру», 3 апреля 2015 г.

[4] Комментируя прошедший Госсовет по антинаркотической политике...../23 июня 2015 г./ электронный ресурс / http://rylkov-fond.org/blog/narkopolitika/narkopolitika-rossiya/gossovet/

[5] Конституционный суд заместит терапию / Коммерсантъ, 10.03.2016.

[6] Международный научный центр Вудро Вилсона, Трансатлантические партнеры против СПИда и др.

[7] http://spidvich.info

[8] Проект «Стратегии противодействия распространению заболевания, вызываемого вирусом иммунодефицита человека в Российской Федерации на период до 2020 года» (по состоянию на 02.02.2016) / http://base.consultant.ru/cons/cgi/online.cgi?base=PNPA&n=8186&req=doc

[9] Основные показатели деятельности наркологической службы в Российской Федерации в 2013-2014 годах

[10] Е. Пичугина «Где онко, там опять порвется? Проблема обеспечения раковых больных обезболивающими осталась актуальной» //«Московский комсомолец» № 27000 от 28 декабря 2015

[11] Национальная стратегия США в области наркополитики, 2014 г.

[12] http://www.academ-clinic.ru/recepturnye-opiaty-ubivayut-kazhdogo-8-molodogo-kanadca.html

[13] Европейский доклад о наркотиках / Европейский центр мониторинга наркотиков и наркомании, 2015 г.

[14] Эторфин, который в прошлом в некоторых странах использовался для усыпления самых крупных диких животных, включен в Список I перечня наркотических средств Единой конвенции о наркотических средствах 1961 года с поправками, внесенными в нее в соответствии с Протоколом 1972 года о поправках к Единой конвенции о наркотических средствах 1961 года.

[15] http://www.kommersant.ru/doc/2895172

Заметили ошибку? Выделите фрагмент и нажмите "Ctrl+Enter".

Организации, запрещенные на территории РФ: «Исламское государство» («ИГИЛ»); Джебхат ан-Нусра (Фронт победы); «Аль-Каида» («База»); «Братья-мусульмане» («Аль-Ихван аль-Муслимун»); «Движение Талибан»; «Священная война» («Аль-Джихад» или «Египетский исламский джихад»); «Исламская группа» («Аль-Гамаа аль-Исламия»); «Асбат аль-Ансар»; «Партия исламского освобождения» («Хизбут-Тахрир аль-Ислами»); «Имарат Кавказ» («Кавказский Эмират»); «Конгресс народов Ичкерии и Дагестана»; «Исламская партия Туркестана» (бывшее «Исламское движение Узбекистана»); «Меджлис крымско-татарского народа»; Международное религиозное объединение «ТаблигиДжамаат»; «Украинская повстанческая армия» (УПА); «Украинская национальная ассамблея – Украинская народная самооборона» (УНА - УНСО); «Тризуб им. Степана Бандеры»; Украинская организация «Братство»; Украинская организация «Правый сектор»; Международное религиозное объединение «АУМ Синрике»; Свидетели Иеговы; «АУМСинрике» (AumShinrikyo, AUM, Aleph); «Национал-большевистская партия»; Движение «Славянский союз»; Движения «Русское национальное единство»; «Движение против нелегальной иммиграции»; Комитет «Нация и Свобода»; Международное общественное движение «Арестантское уголовное единство»; Движение «Колумбайн»; Батальон «Азов».

Полный список организаций, запрещенных на территории РФ, см. по ссылкам:
https://minjust.ru/ru/nko/perechen_zapret
http://nac.gov.ru/terroristicheskie-i-ekstremistskie-organizacii-i-materialy.html

Иностранные агенты: «Голос Америки»; «Idel.Реалии»; «Кавказ.Реалии»; «Крым.Реалии»; «Телеканал Настоящее Время»; Татаро-башкирская служба Радио Свобода (Azatliq Radiosi); Радио Свободная Европа/Радио Свобода (PCE/PC); «Сибирь.Реалии»; «Фактограф»; «Север.Реалии»; Общество с ограниченной ответственностью «Радио Свободная Европа/Радио Свобода»; Чешское информационное агентство «MEDIUM-ORIENT»; Пономарев Лев Александрович; Савицкая Людмила Алексеевна; Маркелов Сергей Евгеньевич; Камалягин Денис Николаевич; Апахончич Дарья Александровна; Понасенков Евгений Николаевич; Альбац; «Центр по работе с проблемой насилия "Насилию.нет"»; межрегиональная общественная организация реализации социально-просветительских инициатив и образовательных проектов «Открытый Петербург»; Санкт-Петербургский благотворительный фонд «Гуманитарное действие»; Социально-ориентированная автономная некоммерческая организация содействия профилактике и охране здоровья граждан «Феникс плюс»; автономная некоммерческая организация социально-правовых услуг «Акцент»; некоммерческая организация «Фонд борьбы с коррупцией»; программно-целевой Благотворительный Фонд «СВЕЧА»; Красноярская региональная общественная организация «Мы против СПИДа»; некоммерческая организация «Фонд защиты прав граждан»; интернет-издание «Медуза»; «Аналитический центр Юрия Левады» (Левада-центр); ООО «Альтаир 2021»; ООО «Вега 2021»; ООО «Главный редактор 2021»; ООО «Ромашки монолит»; M.News World — общественно-политическое медиа;Bellingcat — авторы многих расследований на основе открытых данных, в том числе про участие России в войне на Украине; МЕМО — юридическое лицо главреда издания «Кавказский узел», которое пишет в том числе о Чечне.

Списки организаций и лиц, признанных в России иностранными агентами, см. по ссылкам:
https://minjust.gov.ru/ru/documents/7755/
https://ria.ru/20201221/inoagenty-1590270183.html
https://ria.ru/20201225/fbk-1590985640.html

РНЛ работает благодаря вашим пожертвованиям.
Комментарии
Оставлять комментарии незарегистрированным пользователям запрещено,
или зарегистрируйтесь, чтобы продолжить

Сообщение для редакции

Фрагмент статьи, содержащий ошибку:
Михаил Габрильянц
Все статьи Михаил Габрильянц
Бывший СССР
Терновый мой венец
10. Летопись русской жизни по воспоминаниям и дневникам
09.08.2022
Терновый мой венец
9. Летопись русской жизни по воспоминаниям и дневникам
02.08.2022
Все статьи темы
Воссоединение Крыма с Россией
Все статьи темы
Наркомания, алкоголизм и табакокурение
Русское образование и Император Николай II
9.К 104-й годовщине мученической кончины
08.08.2022
Что с президентом Украины?
О пристрастии президента Украины Владимира Зеленского к запрещенным препаратам не говорил только ленивый
12.07.2022
Все статьи темы
Последние комментарии
Сквернословие – это не путь к победе
Новый комментарий от Владимир С.М.
10.08.2022 14:35
Анти-идеология
Новый комментарий от учитель
10.08.2022 14:22
Возвращение к «традиционным семейным ценностям» – это блеф
Новый комментарий от Андрей Карпов
10.08.2022 14:12
Японо-русская война в судьбе России
Новый комментарий от Алекс. Алёшин
10.08.2022 14:05
Стоит ли жить исключительно ради ребёнка?
Новый комментарий от Андрей Карпов
10.08.2022 13:36
Как на духу
Новый комментарий от Глеб
10.08.2022 11:38