От редакции. 7 марта 60-летний юбилей встречает Борис Александрович Орлов, председатель правления Санкт-Петербургского отделения Союза писателей России, автор Русской народной линии. От всей души поздравляя писателя, публикуем очерк Василия Дворцова о нем. Многая лета!
***
Борис Орлов - человек тяжёлый. Он и на физическом уровне - плотен, монолитно окатан, аккумуляторно заполнен энергетическим рассолом, готовым в любой момент ожечь ярым разрядом. И по характеру Орлов до излишнего бескомпромиссен, неудобно упрям, неотклонимо напорист. Казалось бы, вокруг такого человека должна образовываться пустота, ведь кому это надо - терпеть понятные неудобства такого общения? Тем более, если это «вокруг» - тонкокожие поэты, самомнительные прозаики и глубокопроницающие критики. Однако, всё совершенно наоборот, и уже много лет Борис Александрович Орлов является центром притяжения, неослабевающим магнитом и осью маховика большинства событий литературного сообщества Санкт-Петербурга. Второй срок председательства в самом сложном и многочисленном объединении творческих личностей, с ответственностью за сохранение традиций «петербургской литературной школы» в сиюминутно меняющихся условиях, с бесконечными бытовыми проблемами и нуждами юных и старых, с тем странным искусственным обрушением авторитета писательского общественной служения, - второй срок доверия товарищей по цеху дорогого стоит и многое значит. Прежде всего, это значит, что человек на своём месте.
Шестьдесят лет назад, 7 марта 1955 года в деревне Живетьево Брейтовского района Ярославской области родился Борис Александрович Орлов - капитан 1-го ранга, главный редактор газеты «Литературный Петербург», председатель правления Санкт-Петербургского отделения Союза писателей России, секретарь СП России, член Православного общества Санкт-Петербургских писателей, член Санкт-Петербургского союза журналистов, академик Петровской академии наук и искусств. Автор 17 книг стихов. Лауреат Большой литературной премии России, премий им. К. Симонова, им. В. Пикуля, Н. Гумилёва и др.. Один из первых кавалеров ордена святого благоверного князя Даниила Московского, звонко утяжелённый по парадному мундиру многочисленными государственными, ведомственными и общественными медалями.
Но это всё сегодня, а когда-то, полвека назад, в обычной для своих времён крестьянской семье - отец фронтовик, строитель и рыбак, мать - зоотехник, рос вполне обычный мальчишка. Учился, вместе с братом помогал рано овдовевшей матери на огороде и по хозяйству, гонял в футбол, рыбачил, собирал грибы. И много, взахлёб читал. Так что неизбежно к пятнадцати годам заболел сочинительством собственных стихов.
Отец-ветеран умер рано, что стало стимулом для поступления в Ленинградское высшее военно-морское инженерное училище имени Ф.Э. Дзержинского, ведь курсанты материально обеспечивались государством, и можно было более не обременять мать. После выпуска Борис направляется на Северный флот служить на атомной подводной лодке.
Что такое подлодка? Кто такой подводник? Есть ли где ещё, - разве что в спецназе в глубоком тылу врага, - такие условия выживания, где «один за всех и все за одного» было бы абсолютной естественностью, необсуждаемой реальностью? Подводники не знают половинчатости, не нуждаются в оттеночности:
Чёрная подлодка.
Чёрная вода.
Чёрная пилотка -
Красная звезда.
Именно эта спрессованность тела и духа в монолит воли, в неразличимость «хочу» и «надо», в нераздельность «приказ»-»выполнение», выделили молодого офицера для легендарного мастера Егора Исаева из среды «семинаристов» VII Всесоюзного совещания молодых писателей 1979 года. Исаев дал рекомендацию в Литературный институт им. Горького, взяв Бориса на свой курс. Получая «второе высшее» заочно, Орлов продолжал служить, работая корреспондентом и редактором во флотских газетах «На страже Заполярья», «Советский моряк», руководил отделом Центрального военно-морского музея, возглавлял кронштадтское ЛИТО «Путь на моря» им. Всеволода Азарова. И писал, писал, на самую главную для себя тему:
Грома, играя, чистят глотки.
На полушарии - весна.
Но в тесном корпусе подлодки
Мы - как ростки внутри зерна.
Дыханье солнца помним смутно -
Над головою сталь крепка.
Но в люк однажды хлынет утро -
И мы услышим... облака.
И всплытье - новое рожденье -
Волной ветров окатит нас.
Предстанет зыбким, как виденье,
Мир, не вместившийся в приказ.
Перестройка сотрясала СССР. Приказы уже не действовали ни в мире, ни в армии. И вот вся огромная страна ослеплённой и оглушённой подлодкой погрузилась в полную чёрноту:
Россия, не зная курса,
Плывет себе наугад.
Как первый отсек от «Курска» -
Оторван Калининград.
Не просвещен, не обучен
Вовремя наш экипаж.
И по борьбе за живучесть
Не проведен инструктаж.
Гибнем в подъездах и в штреках -
Страшен кровавый след.
Но «Осмотреться в отсеках!»
Сверху команды нет.
Взрывчатка, ножи и пули -
Топит Россию братва.
Словно винты, погнулись
Курильские острова.
А тут страшной болезнью нависла смерть, на несколько месяцев придавила к койке онкологического центра. Но отступила. Не срок? На всё воля Божия, и всё неслучайно. И этот страшный опыт прямого, непосредственного прикосновения к небытию даётся человеку для самой глубинной, до незнаемого им до того, даже неподозреваемого в себе дна, для самой принципиальной переоценки себя и своего ближнего, и всего-всего дальнего. Смерть своей близостью возводит ценность жизни в бесценность. И после её касания человек себя и мир воспринимает уже необратимо иначе:
В окнах - небо. Потолок высок.
Дом большой. И сад вокруг тенистый.
На дорожках - золотой песок.
В комнатах - тепло, светло и чисто.
Вроде, всё на месте: стол, кровать,
Телевизор... Но душа не рада.
Нет иконы. Не горит лампада.
В этом доме негде помирать.
Воспринимает. Видит. И вот та самая красная звезда на фоне черноты уже не одинока, рядом с красным распахивается белое:
Красный шиповник и белые розы.
Кружат над полем сраженья вороны.
Русское воинство... Красные звёзды,
А перед ними - кресты и погоны.
То в арьергарде я, то в авангарде я.
Сон мавзолея. Сияние храма.
Красная гвардия. Белая гвардия.
Славное воинство. Русская драма.
И Родина, на самом-то деле, не такая уж стальная, сварная и клёпанная, не настолько конструктивно-плановая. И вовсе она не сегодняшняя, не кратковременная, никак не уложима она в человеческий век, так что и наступившие ныне ослепление глухота и слепота её не конечны, а очередны. Больно, слёзно, кроваво, но проходящи.
Гаснут звезды, словно угли,
На рассвете в облаках.
Угловатый город Углич
Просиял костром в веках.
Облака завиты в букли,
Чайки дремлют на песке.
Куполами древний Углич
Отражается в реке.
Замираю - всплеск ли, стук ли...
Сладкий донник видит сны.
Поднебесный город Углич -
Сердце северной страны.
Бесценность жизни - как бесконечность благодарности её Сотворителю. Каждый день - дар. И не дар, то есть, не даром даваем. Для дела, деланья. Труда. Безжалостного к себе, бескомпромиссного с миром. И потому-то уже столько лет Борис Александрович Орлов является центром притяжения, неослабевающим магнитом и осью маховика большинства событий литературного сообщества Санкт-Петербурга. Притом, что человек он тяжёлый, упрямый, но тяжесть и упрямство его - не капризы эгоиста, а продолжение естественной цельности, монолитности воли офицера-моряка, навсегда не различающего «хочу» и «надо». Но разделяющего друга и врага, разрубающего добро и зло.
Именно эта цельная напористость, монолитность в наше зыбкое, смутное и мутное, разориентированное время и делает «нелёгкость» его личности прямо необходимой для председательства в сложном и многочисленном объединении творческих личностей - с ответственностью за сохранение традиций петербургской литературной школы в бесконечных бытовых проблемах и нуждах юных и старых поэтов и прозаиков периода обрушения авторитета писательского служения. Поэты и прозаики - люди себе на уме, самодостаточные и на уговоры и пропаганду не податливые, потому доверие товарищей по литературному цеху - утверждение в председательстве союза - дорого стоит. И много значит. Прежде всего, то, что человек на своём месте. И в своём времени: в мутной нашей зыбкости с неподатливой своей убеждённостью:
Для одних Россия - в именительном,
Для других Россия - только в дательном.
Для одних Россия - существительным,
Для других Россия - прилагательным.
Разные склонения-спряжения
Всё-таки не суть, а оболочка.
И замечу не без уважения:
Есть Россия. Вот и всё. И точка.
***
Справка. Борис Александрович Орлов родился 7 марта 1955 года в деревне Живетьево, Брейтовского района, Ярославской области. Окончил Ленинградское высшее военно-морское инженерное училище имени Ф.Э. Дзержинского (1977), Московский литературный институт имени М. Горького (1985). Служил на Северном флоте на атомной подводной лодке (1977-83). Работал в газетах: «На страже Заполярья» (1983-86), «Советский моряк» (1986-90). Был начальником отдела Центрального военно-морского музея (1990-93). Руководит ЛИТО «Путь на моря» им. Всеволода Азарова. Капитан 1-го ранга. Автор 13 книг стихов. Главный редактор газеты «Литературный Петербург», член Санкт-Петербургского союза журналистов, Православного общества санкт-петербургских писателей. Академик Петровской академии наук и искусств. Награжден медалями. Секретарь Союза писателей России, председатель правления Санкт-Петербургского отделения Союза писателей России.
Лауреат литературных премий «Золотой кортик» (1994), им. К. М. Симонова (1998), им. В. С. Пикуля (1999). Живет в Кронштадте.
