Удивительный старец, человек святой жизни, о. Иоанн Крестьянкин ещё в начале 90-х годов горестно замечал, что в Церковь теперь не входят, а вваливаются и, по большей части, не делатели, а деятели. О. Иоанн ушёл, старцы остались... Впрочем, предыдущее предложение можно было бы завершить вопросительным знаком, а слово «старцы» - смело заключить в кавычки. Собственно говоря, потому, что они - в значительной своей части - продукт той самой «деятельности», по поводу которой сокрушался приснопамятный батюшка...
О явлении «младостарчества» сказано уже немало. Сейчас оно, кажется, основательно «порассосалось», - трудно не согласиться с тем, что в последнее время церковная жизнь стабилизировалась и даже как бы «поскучнела». Однако, отдельные, наиболее твердолобые «деятели», неустанно совершенствуя методики доказательства собственной значимости, (надо отдать им должное) свои «коммерческие проекты» осуществляют успешно. В выборе средств не стесняясь, разрешая себе практически всё, что, по-видимому, не запрещено... Можно, например, «изгнать беса», ткнув доверчивого прихожанина специально «намоленным» копием. Можно наложить «удивительную» епитимью. Можно, в конце концов, продемонстрировать «прозорливость»... Услышав что-то в одном, а пересказав в другом месте... Много чего, оказывается, «можно», чтобы убедить, что ты «нечто» и «нечто немаловажное», а не какой-нибудь заурядный поп, что-то гундящий об исполнении евангельских заповедей...
Где спрос, там и предложение. «Жаждущие чуда» выстраиваются в длинные очереди; и, увы, большинству из них всё равно, кто «чудотворец» на сей раз: блаженная Матрона, загадочный схимник, притаившийся за монастырскими стенами, или бабушка, про которую прочитали в газетном рекламном приложении...
Тем не менее, у нежелающих заблуждаться в деле «различения духов» есть один простой и чёткий критерий. Старцы настоящие говорят о спасении души в вечности. Фальшивые - о том, как устроиться «здесь и сейчас», вынося вопрос о Царстве Небесном за скобки повестки дня, полагая, видимо, что оно прилагается. Ну, а так как люди - в большинстве своем - существа маловерные, суеверные и сластолюбивые, вторые, выражаясь современным языком, рейтинг имеют гораздо более высокий.
Нетрудно заметить, что обмануть бывает проще, чем победить. Поэтому, наверное, антихрист - не тот, кто «против», а тот, кто «вместо». Подмены, как способ его деятельности, пожалуй, - самая значимая опасность настоящего времени. Уже и за церковной оградой они почти неразличимы. Страшные и, казалось бы, безобидные. Как, между прочим, широко рекламируемый ныне обычай крещенского купания. Ещё не так давно, помня его происхождение, Церковь с ним боролась. Сейчас как-то подзабыли, что первыми крещенскими купальщиками были колдуны, гадавшие на святках и не желавшие (или не могущие) после этого придти на исповедь. «Моржевание» сегодня превратилось чуть ли не в признак благочестия. «Умилительно» наблюдать, как в Крещенский сочельник - в день строгого поста - пузатые дядьки близ монастырских стен сопровождают свои водные процедуры возлиянием сорокаградусных горячительных напитков и хорошим шматом сала... Полуоккультный подтекст по-прежнему подразумевается: грехи теперь как будто бы и прощены...
Есть в блатном жаргоне одно звучное словечко - «понты» - то есть имитация, внешне эффектные действа, за которыми ничего не стоит. «Понты» в Церкви - гораздо хуже, чем ничего...
Опасность их распространения вполне реальна, ибо современному человеку вообще не свойственно задумываться. Ну, а мода - оружие всепобеждающее... На тех же святках пришлось выслушать любопытные «рождественские» колядки: детишки, раскрашенные под инопланетян, спели что-то трогательное о некоем мифическом персонаже - символическом тигре, способствующем в наступившем году успешной финансовой деятельности. Новые песни на старый лад... О «главном»...
Справедливости ради стоит отметить, что «деятели» приходят не только «справа», но и «слева». Демократы, либералы, прочая «прогрессивная общественность»... Декларируя при этом цели, формально противоположные «старческо-фундаменталистким», а именно - превратить Православие в религию с «человеческим лицом». Причём, исключительно с человеческим... Тут уж, так сказать, не до чудес, да и вообще не до метафизики. По-видимому, с их подачи совершаются удивительные метаморфозы: когда-то Церковь Олимпийские Игры прикрыла, а теперь - служатся молебны о победоносном в них участии; ещё недавно человек в рясе от рок-музыки шарахался, а вот уже на рок-концертах проповедует... И так далее и тому подобное - в мир с распростёртыми объятиями, из которых вырваться без потерь получается, увы, далеко не всегда.
Но в главном, как ни странно, со своими «твёрдокаменными» антиподами сторонники «общечеловеческих ценностей» сходятся: Христос в их построениях если и присутствует, то только по остаточному признаку. Первые «играют на повышение», вторые - «на понижение». Но и те и другие оказываются в проигрыше. По одной простой причине: они ставят перед собой ложные цели.
Там, где оскудела любовь и потеряна простота, иначе быть и не может. Если их нет, то жизнь человека - поза. Он будет изворачиваться в ней как угодно, только бы казаться чем-то значимым в угоду, как правило, своей главенствующей страсти. Лишь там, где просто, - говаривал оптинский старец Амвросий, ангелов до ста... А значит жизнь - чудо. Чаще - сокровенное, иногда - явное. Как поётся в одном из ирмосов, Господь «чудотворяй иногда». Правда, в данном случае с последствиями весьма трагичными, ибо «колесницегонителя фараона погуби»... Реалии современной жизни таковы, что подобная печальная перспектива становится явной уже по отношению не только к «фараону». И опять же по причине, указанной в Писании: из-за умножения беззаконий (Мф.24:12)...
Их единственная разумная альтернатива - умножение любви. Любви к Богу, прежде всего, к Которому можно приблизиться и справа и слева. Не носиться бездумно со своей псевдодуховностью или голым гуманизмом, а именно во Христе находить опору и точку соприкосновения. И с Богом и друг с другом. Люди, приближаясь к Богу, естественным образом сближаются между собой, - любовь между ними оказывается производной ещё более высокого чувства. Вообще, спасаются не в одиночку - в этом и есть суть Церкви, которую врата адовы не одолеют (Мф.16:18)...
Спасаться трудно, потому что трудно смиряться. Гораздо проще сеять словесную шелуху и производить впечатление. И снова оказывается, что не всё, что блестит - золото. Хотя и оно обретается где-то - смиренные делатели, безвестные «серафимы», «амвросии», «иоанны крестьянкины» молятся за грешный погибающий мир. И в том, что он до сих пор не провалился в тартарары, заключается наше главное чудо...
_1.jpeg)
