Источник: газета Завтра

«После третьей рюмки он выкрикивал: — Гагарин в космос не летал! А все советские ракеты — это огромные консервные банки, наполненные глиной».

Сергей Довлатов

 

Для детей моего поколения не было пущего облома, чем фильм "Большое космическое путешествие" (1975). Можно сколько угодно восторгаться гениальной музыкой Алексея Рыбникова и дерзновенными подростками, но всё это – лишь антуражные эффекты. Ибо в финале нас ждал громадный и неумолимый кукиш.

Нет, пионеры, никакого Марса-Космоса — это блеф, игра, симулятор. Постмодернизм, туды его в качель! Форма есть, но содержание – пафосный стёб. Вы - дураки, деточки. Очарованные "Москвой -Кассиопеей" и "Отроками во Вселенной", снятыми в том же 1975 году, мы искренне вопрошали: «Почему?» И что тут крутого, занимательного или хотя бы - смешного?

Это как развернуть фантик и обнаружить вместо "Мишки на Севере" - пустоту. Напомню знаковый фрагмент из другого фильма - вовсе не фантастического - "Серёжа" по знаменитой повести Веры Пановой. Мальчику суют конфетку, а там - ничего. И не столько обиженный, сколько удивлённый ребёнок произносит: «Дядя Петя, ты дурак?» Примерно так же хотелось среагировать на обманку про большое-космическое.

А там? Психологический эксперимент. Проверка на прочность. Но никто и никуда не летел. Авторы не виноваты, разумеется – они считывали настроение толпы. К середине 1970-х общество как-то дружно расхотело в Космос, а физики перестали шутить насчёт яблонь на Марсе и трудностей с хранением тамошних яблок. Он, этот красный и дивный Марс перестал быть возвышенной целью, всё ещё оставаясь плакатной догмой.

Что характерно, пьеса Сергея Михалкова "Первая тройка, или Год 2001-й…", по которой был написан сценарий, не навевала депрессивных мыслей. Там всё на своих местах. И финал - ярко-противоположный: «Советский народ желает счастливого полета школьникам Советского Союза - экипажу космоплана "Пионер-1", совершающему рейс Земля - Марс. С Новым годом, Вселенная!" Начинают бить кремлевские куранты».

То есть имитация-испытание — это было, но потом ребята всё равно полетели. В кинокартине мы видим лишь тренировку. Модель полёта. Поддельные приключения. Это считывалось, как ...финита ля комедия. Когда тройка юных не-космонавтов выползала из …люка, чем-то напоминавщего канализационный, сдавливало ощущение скуки и вселенского обмана. При этом, тщательно изображалась «до-полётная» земная жизнь героев - их увлечения, смыслы, первая любовь, мечты. Зачем вам ещё Космос?

На самом деле, фильм - роскошный. Тонкий. Провидческий, в отличие от полусказочной "Москвы – Кассиопеи". Это как в киноверсии "Приключений Электроника" - никаких научных прорывов. Блондинистый киборг нужен для того, чтобы гладить брюки, чинить игрушечных мартышек и петь голосом Робертино Лоретти. Ну, или воровать картины. Всё - на земле.

Эпоха не требовала планетолётов и марсоходов, точнее - они стали важны только специалистам и отдельным фанатам. Остальным – крепкие обывательские «чудеса» и космические пираты "Гостьи из будущего" пытались сманить Колю Герасимова …автомобилем "Жигули". Поэтому неубедительно прозвучали слова космонавта Алексея Леонова в финале "Большого космического путешествия".

Он говорил, что если мы захотим, то мы полетим в Космос. Если захотим. Но мы не захотели. Шли годы, пронеслась птица-тройка-Перестройка, налетел wind of change, а Виктор Пелевин – ещё молодой и борзый – выдал чудовищную фабулу под названием "Омон Ра", где тоже никто не «бороздил просторы», а все космо-подвиги оказались фикцией.

«Единственным пространством, где летали звездолеты коммунистического будущего — кстати, встречая слово «звездолёт» в фантастических книгах, которые я очень любил, я почему-то считал, что оно связано с красными звёздами на бортах советской космической техники, — так вот, единственным местом, где они летали, было сознание советского человека...».

Обшарпанный, тупиковый, нищенский мир, где человек не живёт, а выживает — среди помойных запахов и грязных углов. Но главное, что космос — одна видимость. Чёрный юмор, переходящий в открытое глумление. Связь "Омона Ра" с "Большим космическим" не-путешествием уже тогда была очевидной. Эта книга появилась в 1991 году, как символ унижения космической державы.

Вернувшись к фильму, отмечу, что центральным эпизодом "Большого космического путешествия" сделались воспоминания юных героев о зарождении первого чувства, и фоновая песня "Ты мне веришь или нет?" с тех пор живёт отдельно от страшно-пророческой, но милой на вид, киноленты.