Кредо консерватора

Идейное пространство ортодоксии и его анализ в новой книге Александра Щипкова

Александр Щипков 
Проблемы церковной жизни 
0
12.03.2021 540

Истчник: Патриархия.Ru

Кредо консерватора. Идейное пространство ортодоксии и его анализ в новой книге Александра ЩипковаВ Издательстве Московской Патриархии вышла книга первого заместителя председателя Синодального отдела по взаимоотношениям Церкви с обществом и СМИ А.В. Щипкова «Дискурс ортодоксии». Издание адресовано как церковному, так и светскому читателю: епископату и духовенству, депутатскому корпусу, педагогическому и гуманитарному сообществам. Его цель — описать актуальный мир современного русского общества с точки зрения его культурно-исторических констант, так или иначе связанных с Православием. Говорит автор и о вызовах, возникающих сегодня перед русской национальной общностью и Русской Православной Церковью, а также о том, как сообща отвечать на эти вызовы, преодолевая застарелые отголоски социальных и национальных расколов.

«Дискурс ортодоксии» трудно назвать легким чтением. Но каждая из четырех частей книги, по-своему вполне самодостаточных («Русская тема», «Церковные вопросы», «Проблемы консерватизма», «Гражданское большинство»), написана убедительным и точным языком, понятным церковной и светской аудиториям. А.В. Щипков приглашает читателя к совместному размышлению, в результате которого вопросы у свободно и критически мыслящего, думающего читателя могут и, наверное, должны остаться. На некоторые из них А.В. Щипков ответил «Журналу Московской Патриархии» (№ 2, 2021, PDF-версия).

Реформы начинай с себя

— Александр Владимирович, говоря о дискурсе ортодоксии, вы не расшифровываете второе понятие в этом словосочетании. Не может ли это породить дополнительные затруднения у светского читателя?

— Как правило, образованный человек независимо от своего личного отношения к религии и вере знает, что ортодоксия — это православное вероучение и общественные течения в современном Православии. Но, как мы знаем из мировой социологии, религия так или иначе определяет культурно-исторический профиль общества, служит отправной точкой для общественной этики и разных форм «гражданской религии». Собственно, об этом и говорит подзаголовок книги, указывающий на то, что речь идет обо всем идейном пространстве, с которым соприкасается наша Церковь.

— Вы пишете о либерал-православии как своего рода инородном теле в Церкви. Но разве приверженцы какой-то одной определенной части политического спектра отторгаются всей полнотой Церкви? Разве Христос пришел не ко всем людям — правым и левым, белым и черным, бедным и богатым?

— Проповедь и слова Христа обращены ко всем людям и к каждому конкретному человеку независимо от его языка, цвета кожи, пола и возраста, достатка и социального положения, ведь проповедь — это призыв, имеющий уши да услышит (Мф. 11:15). При этом, как известно, много званых, а мало избранных (Мф. 22:14) — то есть тех, кто откликается всем сердцем. Церковь также открыта для каждого человека, но понятия каноничности это не отменяет.

В моей книге речь не идет о каких бы то ни было более «церковных» или менее «церковных» политических течениях и позициях. Проблему современного либерализма (течения в своих основах секулярного) я рассматриваю в идеологическом ключе. Как ученого меня занимают прежде всего проблемы отношений политики и религии, в этом ракурсе я и рассматриваю идеологию. Продолжаются горячие дискуссии между сторонниками либерализма, консерватизма и социализма и их переходных форм — таких, например, как социал-консерватизм, левый либерализм, либерал-консерватизм и т.д. Этому способствует бурное развитие мировых событий — одни выборы американского президента чего стоят. Все вместе это входит в идейное пространство современного русского Православия, в дискурсе которого я и пытаюсь разобраться.

— В главе «Либерал-православие» вы пишете, что и российское государство проводит либеральный курс. Но разве в верхних эшелонах власти осталось нечто либеральное?

— Смею полагать, что да. У нас официально озвучиваются идеи рыночного общества и социал-дарвинизма, приоритет политических прав над социальными, а свободы — над справедливостью. Оправданность этого набора либеральных идей в верхах никто пока под сомнение не ставит. Социальная компонента во внутренней политике долгое время отсутствовала, и только благодаря Владимиру Путину в последние годы она энергично возвращается в политическое пространство. Относительно недавно, с начала 2000-х годов, были реабилитированы и зазвучали в риторике политического класса консервативные мотивы. Так, «патриотизм» сегодня воспринимается как понятие с положительными коннотациями, а не в духе 1990-х годов — как «последнее прибежище негодяя». Глобализм и либерализм, напротив, перестали мыслиться исключительно в позитивном ключе и со второй половины 2000-х приобрели негативные коннотации. Этим трансформациям политической семантики в моей книге посвящены некоторые главы.

— Вы пишете об угрозе протестантизации Православия. Как это соотносится с распространением в российском обществе так называемого евангельского типа благочестия1 с его акцентом на социальное служение Церкви?

— Пока лично я не замечаю усиления запроса на евангельское благочестие в светской части общества. Речь нередко идет о разных феноменах квазирелигиозного характера — о культе материального успеха, алгоритмизации и цифровой регламентации жизни, мобильности и иных постматериальных ценностях. Что касается социального служения, очень важно понимать, каким ориентирам оно подчиняется. Как и любое христианское делание, социальное служение должно быть частью совместных усилий единоверцев по спасению души, но не превращаться только в милость или милостыню. Необходимо избежать голого утилитаризма, а также негативной идеологической нагрузки, когда благотворительность одновременно призвана показать, что государству социальными вопросами заниматься необязательно. «Помоги себе сам» — именно таков принцип протестантской этики, в котором любая социальная помощь словно компенсирует изначальный приоритет индивидуализма и индивидуальных свобод, сакрализацию ряда аспектов мирской «эффективности». Социальное служение не должно превращаться в индульгенцию, в противном случае оно утрачивает экклесиологичность!

— А как это выглядит в Православной Церкви?

— Священник не должен отождествляться с социальным работником. Действительно, в определенной части современного российского общества господствует убеждение, будто Церковь — это собес. Но на самом деле это собрание верных с главной целью спасения души. Материальные ресурсы Церкви ограниченны. Она не может решить проблемы социальной сферы в масштабах страны, а вот требовать это от государства и можно, и нужно. Сильный должен помогать слабым, сытые кормят голодных — но именно потому, что таковы заповеди Спасителя, а не наоборот. Секуляризованный мир не усматривает эту причинно-следственную связь, потому что не понимает внутреннего устроения Церкви, требуя от нее обслуживать себя, свою идеологическую повестку. Жаль, что объяснить таким людям их заблуждение очень трудно.

— Почему?

— А как рассказать о Церкви людям вне Церкви?! Я много раз сталкивался с подобным парадоксом. Приведу пример. Состоявшийся 50-летний человек приходит в Церковь. Житейский опыт у него колоссальный, а церковный — практически нулевой. Возникающий от этого дискомфорт порождает мысль, что там, куда он пришел, то есть в Церкви, что-то не так. И это «не так» необходимо исправить и подогнать под свои обывательские, политические, эмоциональные и интеллектуальные привычки. Мысль, что воспитание и развитие души требуют работы, усилий и напряжения, подобно развитию физического тела в спорте или интеллекта в учебе и науке, в голову этого человека не приходит. Он уже приступает к исправлению Церкви, ее реформации. Это походит на звучащие время от времени предложения освободить программу по русскому языку от «лишних» правил, так как ученикам трудно их усваивать. Ладно бы речь шла о смягчении оценочных критериев, но нельзя вторгаться в законы языка, его нормативную сферу. А неофит этого не понимает и говорит: «Давайте сделаем реформацию, где тут у нас наш православный Лютер, Кальвин...».

— Чем же «реформация» может быть плоха сама по себе, если рассматривать ее вне политического контекста?

— Дело в том, что вопреки усилиям Священноначалия, направленным на формирование у паствы ответственного восприятия происходящего, кое-кто пытается «осовременить» само богословие и подтолкнуть Церковь к секулярной реформации. Теперь представьте, что такой реформатор не один, что у него есть группа единомышленников, хорошо знакомых ему по профессиональной или какой-то другой среде. Они начинают предъявлять Церкви требования уже коллективно. Такие сообщества были известны и в 1950-е, и в 1960-е годы, и в последние советские десятилетия. Менялись их требования, звучали разные претензии. Кстати, последнее присуще не только православным либералам. Реформаторский настрой четко улавливается и в консервативной среде, где также есть претензии на переустройство Церкви под себя. Одним словом, если уж пришел в Церковь, стоит поработать сначала над собой, а затем думать над эволюционными реформами.

Когда закончилась гражданская война

— В главе «Смысл революции» вы констатируете: «Русская гражданская война, ­продолжавшаяся в сфере идеологии на протяжении советского и постсоветского периодов, в 2014 году завершилась». Но достаточно открыть Фейсбук или сходить на митинг, чтобы как минимум усомниться в этом…

— Споры в обществе, порой ожесточенные, — это не гражданская война. Гражданская война в привычном понимании этого термина завершилась в России век назад. Независимо от того, были правы или ошибались в военных вопросах адмирал Колчак, генерал Врангель или главком Ворошилов, ту страницу нашей истории следует перевернуть и отдать архивистам. Сегодня «гражданская война» — один из несущих элементов либеральной идеологии, она исключает возможность объединения общества (одним из условий которого является умение договариваться «поверх» идеологии). Раскол подогревался искусственно и до сих пор мешает нам заниматься устроением собственной жизни, экономики, хозяйства. Разрыв традиции, который символизирует гражданская война, должен устраняться. Для этого необходимо отыскать те культурные явления и институты, которых он не коснулся, и на их основе строить новое общество.

— От историков правой части политического спектра можно услышать сетования на отсутствие взвешенного курса отечественной истории ХХ века. Вы с этим согласны?

— Да. Но на эти сетования можно возразить очень просто: сядьте и напишите. Действительно, мы до сих пор мыслим в парадигме советской истории, о чем говорит периодизация: 1917 — 1937 — 1945 — 1953 — 1961 — 1991. А куда делись, например, царский Указ «Об укреплении начал веротерпимости» (1905), Поместный Собор (1917-1918), отмена НЭПа (1928), победа в Финской кампании (1939-1940), празднование 1000-летия Крещения Руси (1988)? У нас, увы, до сих пор нет полноценного учебника по истории Русской Церкви ХХ века, и отнюдь не из-за закрытых архивов, а как раз по идеологическим причинам.

— Вы уделяете в книге место критике креативного класса. Не опасно ли, на ваш взгляд, противопоставлять его народу, не может ли эта критика вызвать антагонизм и новые классовые конфликты?

— Не думаю. Термин «креативный класс» — самоназвание прослойки общества, которую я именую авангардом партии либерального капитализма. Она выполняет специфическую и весьма конкретную функцию: обслуживая либеральную элиту, пересказывает ее идеи доступным массам языком — жить не по средствам, постоянно искать источники доходов, оформлять кредиты и т.д.

— Разве это не наши сограждане, не часть народа? Не повторяете ли вы герценовскую идиому «дворянство и народ»?

— Но ведь они же сами проводят разделительную линию, говоря: мы — прогрессивная, креативная часть общества; «активная часть общества делает свой выбор»... Это своего рода либеральный абсолютизм: «Гражданское общество — это мы». Но их концептуальный багаж — это не развитие мысли народной, традиций и наследия. Это — некритически усвоенный жаргон и идеологемы западных политиков, просиживающих штаны в ЕС не хуже советской партноменклатуры на партсъездах. Или же повторение той части правозащитной риторики, которая охраняет только «своих», причем в те моменты, когда это выгодно. А мнение остального общества, мол, неважно, так как оно не креативно и не должно ничего решать.

Куда делась интеллигенция и чего ждать от среднего класса

— Вы констатируете смерть интеллигенции как отдельной социальной группы. А как же «церковная интеллигенция» — она тоже прекратила существование?

— Понятие «церковная интеллигенция» родилось внутри самой интеллигентской среды еще в советские десятилетия, когда считавшие себя представителями привилегированной прослойки люди пришли в Церковь. Но в Церкви нет пролетариата, крестьянства, дворянства, мещанства, разночинцев и интеллигентов: перед Чашей все равны. Не может быть в Церкви и отдельного круга избранных, неформальных «духовников». Это нарушает экклесиологический принцип, согласно которому перед Богом все также равны. Если мы берем слово «интеллигенция» в его западной трактовке, это не более чем люди умственного труда. А в России интеллигенция утверждает, будто культурный человек — личное качество (причем похвальное), что это своего рода профессия. Христианский социум — это Церковь (экклесия), где все равны, равно открыты Писанию и равно погружены в Предание. Эксплуатация же христианских смыслов в рамках интеллигентских концепций, конечно, относится к числу наиболее вульгарных социальных практик.

— Приговор среднему классу в ваших устах звучит сурово. А ведь еще полтора десятка лет назад власти надеялись, что эти люди сформируют становой хребет российского общества, придав ему стабильность и устойчивость. Что же произошло? Почему сегодня эта общность превратились в разрушительную силу?

— В наше время требования уличных активистов (а это пусть не имущественно, но идеологически «средний класс») беспощадны по отношению к остальному обществу. Попытка в очередной раз расколоть общество тоже выглядит некрасиво. В США первой половины ХХ века власти специально создавали средний класс как альтернативу пролетариату для предотвращения революционного взрыва, для чего запускались длинные и дешевые 25-летние кредиты, позволявшие держать людей «на крючке». У нас в России средний класс — результат манипуляций с идеологией, и не более того! В странах же с пониженным уровнем суверенитета средний класс изначально ориентирован отнюдь не на укрепление общества.

— На одной из секций прошлогодних Рождественских образовательных чтений весьма опасно, на мой взгляд, прозвучала тема общенародного покаяния за богоборческий ХХ век. О чем это, на ваш взгляд, говорит?

— Это известная политтехнология, не забытая до конца. Репрессии проводили Ленин, Троцкий и Сталин. При чем же здесь мы с вами? Разве семью Царственных страстотерпцев жизни лишили православные люди и разве христиане отправили на тот свет миллионы сограждан? Это попытка подвести сограждан к необходимости покаяться перед тем манипулятором, который и вбрасывает эту идею. Как здесь не вспомнить слова Святейшего Патриарха Кирилла: «Не соблазняем ли мы других, выдавая за правду свои собственные выгодные нам измышления, не раздираем ли мы хитон Христов своими амбициозными действиями, не сеем ли семена раздора и ропота среди братьев по вере?»2

— Мы вступили в юбилейный год, посвященный благоверному князю Александру Невскому. Этот святой — ваш небесный покровитель. Наверняка у вас есть собственный духовный опыт его молитвенного заступничества…

— Конечно, есть. И особенно это касается тех ситуаций, когда надо кого-то защищать. Вот сейчас для нас очень важно защитить Церковь от давления глобализма и Фанара. На всякий случай напомню, что министр иностранных дел Российской Федерации Сергей Лавров, отвечая 3 февраля на вопрос об «агрессивной западной риторике», процитировал Александра Невского: «Не в силе Бог, а в правде». Так что образ святого благоверного князя Александра Невского — тоже неотъемлемая часть нашего национального дискурса.


1 См., напр., «В обществе востребован евангельский образ церковного благочестия».

2 Рождественское послание 2020 г.

«Церковный вестник»/Патриархия.ru

Организации, запрещенные на территории РФ: «Исламское государство» («ИГИЛ»); Джебхат ан-Нусра (Фронт победы); «Аль-Каида» («База»); «Братья-мусульмане» («Аль-Ихван аль-Муслимун»); «Движение Талибан»; «Священная война» («Аль-Джихад» или «Египетский исламский джихад»); «Исламская группа» («Аль-Гамаа аль-Исламия»); «Асбат аль-Ансар»; «Партия исламского освобождения» («Хизбут-Тахрир аль-Ислами»); «Имарат Кавказ» («Кавказский Эмират»); «Конгресс народов Ичкерии и Дагестана»; «Исламская партия Туркестана» (бывшее «Исламское движение Узбекистана»); «Меджлис крымско-татарского народа»; Международное религиозное объединение «ТаблигиДжамаат»; «Украинская повстанческая армия» (УПА); «Украинская национальная ассамблея – Украинская народная самооборона» (УНА - УНСО); «Тризуб им. Степана Бандеры»; Украинская организация «Братство»; Украинская организация «Правый сектор»; Международное религиозное объединение «АУМ Синрике»; Свидетели Иеговы; «АУМСинрике» (AumShinrikyo, AUM, Aleph); «Национал-большевистская партия»; Движение «Славянский союз»; Движения «Русское национальное единство»; «Движение против нелегальной иммиграции»; Комитет «Нация и Свобода»; Международное общественное движение «Арестантское уголовное единство».

Полный список организаций, запрещенных на территории РФ, см. по ссылкам:
https://minjust.ru/ru/nko/perechen_zapret
http://nac.gov.ru/terroristicheskie-i-ekstremistskie-organizacii-i-materialy.html
https://rg.ru/2019/02/15/spisokterror-dok.html

Иностранные агенты: «Голос Америки»; «Idel.Реалии»; «Кавказ.Реалии»; «Крым.Реалии»; «Телеканал Настоящее Время»; Татаро-башкирская служба Радио Свобода (Azatliq Radiosi); Радио Свободная Европа/Радио Свобода (PCE/PC); «Сибирь.Реалии»; «Фактограф»; «Север.Реалии»; Общество с ограниченной ответственностью «Радио Свободная Европа/Радио Свобода»; Чешское информационное агентство «MEDIUM-ORIENT»; Пономарев Лев Александрович; Савицкая Людмила Алексеевна; Маркелов Сергей Евгеньевич; Камалягин Денис Николаевич; Апахончич Дарья Александровна; «Центр по работе с проблемой насилия "Насилию.нет"»; межрегиональная общественная организация реализации социально-просветительских инициатив и образовательных проектов «Открытый Петербург»; Санкт-Петербургский благотворительный фонд «Гуманитарное действие»; Социально-ориентированная автономная некоммерческая организация содействия профилактике и охране здоровья граждан «Феникс плюс»; автономная некоммерческая организация социально-правовых услуг «Акцент»; некоммерческая организация «Фонд борьбы с коррупцией»; Челябинское региональное диабетическое общественное движение «ВМЕСТЕ»; программно-целевой Благотворительный Фонд «СВЕЧА»; Красноярская региональная общественная организация «Мы против СПИДа»; некоммерческая организация «Фонд защиты прав граждан»; интернет-издание «Медуза»; «Аналитический центр Юрия Левады» (Левада-центр).

Списки организаций и лиц, признанных в России иностранными агентами, см. по ссылкам:
https://minjust.gov.ru/ru/documents/7755/
https://ria.ru/20201221/inoagenty-1590270183.html
https://ria.ru/20201225/fbk-1590985640.html

РНЛ работает благодаря вашим пожертвованиям.
Комментарии
Оставлять комментарии незарегистрированным пользователям запрещено,
или зарегистрируйтесь, чтобы продолжить

Загрузка...
Александр Щипков
«Гламур — изящный социал-дарвинизм, в очень красивой упаковке»
Философия гламура гипнотизирует человека образом лже-рая и подменяет Христа антихристом
28.07.2021
«Правящая этнократия угнетает русское большинство»
По словам Александра Щипкова, в своей статье по украинскому вопросу Владимир Путин прямым текстом говорит, что Украина оккупирована, что она находится под внешним управлением
21.07.2021
Ультиматум.
«О требовании извинений от телеканала "Спас" сайту "Правмир"»
26.04.2021
«Не что иное, как религиозный расизм»
Почему священники проигрывают в разговоре с Познером
16.04.2021
Все статьи Александр Щипков
Проблемы церковной жизни
А если это Царские мощи?
Как решить проблему «екатеринбургских останков»?
16.07.2021
«Лица чистые, светлые»
В Почаевской лавре начал работу съезд монашества УПЦ МП
15.07.2021
Все статьи темы
Последние комментарии
На российской сцене топтали Крест и зачали Антихриста
Новый комментарий от Евгений Степанов
31.07.2021 11:59
Убийц-таджиков «отмазали»
Новый комментарий от Евгений Степанов
31.07.2021 11:14
Победы спортсменов и поражение страны
Новый комментарий от Русский Сталинист
31.07.2021 11:02
Свет России
Новый комментарий от Человек
31.07.2021 08:22
Владимир Легойда: Прививка не может повлиять на бессмертную душу
Новый комментарий от Советский недобиток
31.07.2021 08:17
Дискуссия о «екатеринбургских останках» продолжается
Новый комментарий от Русский танкист
31.07.2021 05:26
Бегом прививаться!
Новый комментарий от Георгий
31.07.2021 02:09