1 февраля министр энергетики и водных ресурсов Таджикистана Далер Джума сообщил, что «в связи с сокращением стока воды во всех реках страны в прошлом году» республика приостановила поставку электроэнергии в Казахстан и Узбекистан, «чтобы обеспечить бесперебойную подачу электроэнергии осенью и зимой населению страны». В настоящее время электроэнергия из Таджикистана поставляется только в Афганистан.
Водно-энергетический комплекс республик Центральной Азии имеет огромный потенциал, составляющий 430–460 млрд кВт/ч в год, но распределён он крайне неравномерно. Почти 85% водных ресурсов региона сосредоточено в Таджикистане и Киргизии. Эти две республики расположены в зоне формирования стока Амударьи и Сырдарьи и заинтересованы, прежде всего, в энергетическом использовании ресурсов горных рек (Вахша, Пянджа, Зеравшана, Нарына), притоков Амударьи и Сырдарьи. Ирригация для них второстепенна.
На территории Таджикистана формируется 43.4%, в Киргизии 25.1% суммарного стока рек. Несмотря на мощнейшие гидроресурсы, обе республики испытывают острый водный дефицит, особенно в летний период. Та же проблема стоит перед Казахстаном, Узбекистаном и Туркменистаном.
Для Киргизии и Таджикистана вегетационный сельскохозяйственный период (весна – лето) связан в первоочередном порядке с накоплением водных ресурсов в водохранилищах (Нурекское и Кайраккумское в Таджикистане, Токтогульское в Киргизии) во время таяния в горах снега и ледников, с которых берут начало реки региона. Межвегетационный период (осень – зима) характеризуется повышенным потреблением и выработкой электроэнергии, что требует спуска больших объёмов воды. Для Казахстана, Узбекистана и Туркменистана приоритетом является, напротив, вегетационный период, в течение которого водные ресурсы активно используются для нужд орошаемого земледелия.
На долю Казахстана приходится 77.4% нефтегазовых запасов региона, на долю Узбекистана – 12.7%, Туркменистана – 6.7%. Эти страны энергоизбыточны. А Киргизия и Таджикистан энергодефицитны.
До 1991 года энергосистемы стран Центральной Азии были тесно связаны и входили в Единую энергосистему СССР. Объединённая энергосистема Центральной Азии (ОЭС ЦА) – блок энергосистем, соединённых линиями 220 и 500 кВ. В состав блока входят южная часть ЕЭС Казахстана, энергосистемы Узбекистана, Таджикистана, Киргизии и Туркменистана. Центральноазиатское энергетическое кольцо представляет собой систему практически всех энергетических узлов бывших республик СССР. В неё входили 83 электростанции Казахстана, Туркменистана, Киргизии, Узбекистана и Таджикистана.
В советское время гидроэнергетика и ирригационное земледелие были взаимосвязаны. В зимнее время Киргизия и Таджикистан накапливали воду в водохранилищах и получали электроэнергию и энергоресурсы (уголь и природный газ) из Казахстана, Туркмении и Узбекистана. В летнее время Киргизия и Таджикистан направляли воду в Узбекистан и Казахстан. Кроме того, Киргизия и Таджикистан поставляли соседям гидроэлектроэнергию.
В настоящее время интересы этих государств в том, что касается энергетики и ирригации, зачастую носят, как мы отмечали, взаимоисключающий характер.
В мае 2020 года правительство Киргизии признало, что республика вступила в период маловодья. В ближайшие годы в реках будет низкий уровень воды, что снизит скорость заполнения республиканских водохранилищ, в первую очередь Токтогульского. Это приведёт к уменьшению выработки электроэнергии и возможным ограничениям её потребления.
Следует учесть, что с середины 90-х годов Токтогульское водохранилище, самое большое в Центральной Азии, работает в несвойственном ему режиме. Оно предназначалось для водоснабжения Узбекистана и Казахстана в ирригационный период, с мая по июль. Для этого воду нужно было накапливать в осенне-зимний период. В советское время так и делалось. В 90-е годы Токтогульский гидроузел начал функционировать в энергетическом режиме: вода сбрасывалась в холодное время года для выработки электроэнергии. К весне чаша водохранилища не успевает наполниться и не может обеспечить ирригационные нужды республик низовья.
В условиях маловодья Киргизия вынуждена закупать электроэнергию у своих энергоизбыточных соседей по завышенным ценам, что вызвано различием «подходов к проблеме водопользования отдельных государств» и «приводит к углублению конфликтов в сфере использования водных ресурсов», – отмечается в докладе РИСИ.
Энергетическая недостаточность Таджикистана отчасти объясняется тем, что построенное в 1952-1956 гг. Кайраккумское водохранилище обслуживает нужды Таджикистана лишь на 30 процентов, работая в основном на Сырдарьинскую ГРЭС и водохозяйственные цели Узбекистана и Казахстана.
Водохранилище, часть которого находится в Узбекистане, было создано для обеспечения Узбекистана и Казахстана водой для полива. Ежегодно осенью и зимой Таджикистан накапливал воду, а затем в ирригационный сезон сбрасывал ее через Кайраккумскую ГЭС. Такой режим работы был нарушен в середине 1990-х гг. из-за энергетического кризиса в Таджикистане и Киргизии, который возник в том числе из-за выхода Узбекистана и Туркмении из энергетического кольца. Действия же энергоизбыточных республик были, в частности, реакцией на проекты строительства мощных ГЭС в Таджикистане.
Разногласиями республик Центральной Азии по водноэнергетическим проблемам пользуются США, придерживаясь курса на вытеснение из региона России. Финансируемый Центральным командованием Вооружённых сил США портал «Каравансарай» постоянно подчёркивает необходимость обеспечения независимости стран региона от России, «бывшего колонизатора этих стран».
США имеют свою концепцию решения водноэнергетических проблем Центральной Азии, основанную, как отмечается в докладе Российского совета по международным делам (РСМД), на выводах доклада «Глобальная безопасность водных ресурсов»; этот доклад был подготовлен разведывательным сообществом США, одобрен в 2012 году госсекретарём США Хиллари Клинтон и положен в основу программы USAID Power Central Asia.
В концепции США странам Центральной Азии предлагается компьютерная модель энергосистемы, скопированная с модели энергетического рынка скандинавских стран – энергетической биржи Nord Pool. Однако только около 11% контрактов на поставку электроэнергии на бирже Nord Pool ведут к физической поставке, остальные почти 90% – бумажные или спекулятивные контракты.
Из модели USAID исключаются Россия и Китай. Модель не предусматривает разрешения водных споров, и, судя по сумме инвестиций (около $20 млн), обновление основных фондов генерации и переток энергии не планируются, так как для этого требуются вложения на порядок выше.
Программа, предлагаемая американцами, создаёт возможность внезапного обрушения биржевыми спекулянтами энергетического рынка Центрально-Азиатского региона.
Чтобы избавиться от энергетического дефицита, существует другой путь. Он откроется с запуском общего электроэнергетического рынка (ОЭР) Евразийского экономического союза (ЕАЭС). Запуск планируется осуществить не позднее 1 января 2025 года. Об этом говорится в январском докладе Евразийской экономической комиссии «Цифры и факты: Энергетика и инфраструктура».
Вполне возможно преодолеть и дефицит водных ресурсов, от которого страдают все пять республик Центральной Азии. Сейчас в регионе сложилась ситуация всеобщего проигрыша. Выйти из тупика можно при условии перевода, к примеру, Токтогульской ГЭС в ирригационный режим. Узбекистан выиграет на этом $36 млн, Казахстан – $31 млн. Потери Киргизии составят $35 млн., что вполне может быть компенсировано странами-выгодополучателями, Казахстаном и Узбекистаном, которым пора бы уже пойти навстречу своим водноизбыточным соседям.
Остро стоит вопрос модернизации устаревших энергетических мощностей во всех республиках. Помочь в этом могли бы российские энергетики. Обращение к компаниям из дальнего зарубежья, не знакомым со спецификой региона, не всегда продуктивно. Так, на построенной южнокорейскими компаниями Daewoo и Hyundai Талимарджанской ТЭС регулярно происходят аварийные остановки энергоблоков.
Большинство энергетических проблем Центральной Азии можно решить, проложив в страны региона линии ультравысокого напряжения 1150 кВ, опыт строительства которых есть только у российских энергетиков. Реализации подобных проектов откроет возможность быстро, с минимальными потерями перебрасывать электроэнергию на тысячи километров из энергоизбыточных регионов Центральной Азии в энергодефицитные.
