Источник: Патриарший совет по культуре Московский патриархат
Интервью с членом Патриаршего совета по культуре, одним из ведущих журналистов Франции, главой издательского совета и главным редактором издания «Русская мысль», режиссером и драматургом Виктором Николаевичем Лупаном.
– Виктор Николаевич, в 28–29 лет Вы написали три сценария и поставили по ним спектакли в Бельгии. Вы преподавали в университете штата Луизиана (США). В 34 года, переехав во Францию, работали на телевидении, снимали полнометражные фильмы по собственным сценариям, стали одним из ведущих журналистов-международников журнала «Figaro Magazine». Вы много пишете, публикуетесь, Вас часто можно увидеть на телеэкране и услышать в радиоэфире. Кто был Вашим первым наставником и проводником в мир «большой прессы»?
– На Ваш вопрос у меня есть один ответ. С детства я смотрел, как работает мой отец. Он был потрясающим журналистом и стоял у истоков молдавского телевидения, был там главным редактором, а также возглавлял молдавское радио. Но в советское время успех дорого стоил. По некоторым причинам отца уволили со всех постов, исключили из КПСС (в советское время занимать должности в идеологической сфере могли только члены единственной в СССР партии), и только чудом он не подвергся более серьезным репрессиям. В то время, а это был 1974 год – в СССР шла подготовка к Хельсинкской конференции, на этом фоне власти всячески демонстрировали «рост демократии» в стране, и диссидентов не сажали, а высылали на Запад. Так наша семья оказалась в Бельгии. В Бельгии со времен войны жила мамина подруга, которая в свое время вышла замуж за бельгийца. Я поступил учиться в Институт театра и кино, здесь были поставлены первые мои спектакли. Мне предложили преподавать театральное искусство в США. Спустя несколько лет я окончил высшие режиссерские курсы American Film Institute в Голливуде (самое престижное учебное заведение в области кино. – Ред.) и хотел остаться жить в Америке, но моя жена-француженка Америку не любила. Мы поселились в Париже.
Я снял фильм о советских военнопленных в Афганистане, переходил границу вместе с моджахедами. Тогда этого еще никто из журналистов не делал. Мою работу заметили, и я получил предложение о сотрудничестве от «Figaro Magazine».
– А что Вы можете рассказать своей работе в издании «Русская мысль»? Более двадцати лет назад существовало устойчивое мнение, что «главная его цель – внедрение в сознание людей недоверия к церковной иерархии, отторжение от нее как можно большего числа людей, то есть верующих». С тех пор, во многом благодаря лично Вам, редакционная политика журнала изменила свой вектор. Совершенно определенно, что двадцать лет назад в журнале не могла бы появиться Ваша статья об участии Русской Православной Церкви во Второй мировой войне, а также другие важные материалы.
– С кончиной главного редактора «Русской мысли» Иловайской-Альберти ситуация в журнале изменилась. Действительно, он стал другим, но как член Патриаршего совета по культуре могу сказать, что для отстаивания подлинного облика Русской Православной Церкви на Западе одного этого издания недостаточно. Идет просто вал критики, антикоммунистическая идеология сменилась на русофобскую, где Русская Православная Церковь представляется «костылем» «путинского режима». Но общественное мнение Запада в такой оценке не монолитно. Консервативно настроенные круги, как католические, так и православные, видят позицию Русской Церкви как последний рубеж в борьбе за традиционные ценности. Это как глоток свежего воздуха для современного европейца. Особенно с тех пор, как был принят закон, легализующий однополые браки (2013 г. – Ред.), и произошел серьезный слом общественного сознания.
– Закон приняли, несмотря на трехмиллионную демонстрацию протеста в Париже. Существует мнение, что таким образом борются с перенаселением.
– Не совсем согласен. По-моему, таким образом пытаются разделить людей. В союзе мужчины и женщины заключен огромный творческий потенциал. И те, кто настаивал на принятии закона, прекрасно об этом знали. Я бы охарактеризовал современную ситуацию как «разделяй и властвуй»: мужчины против женщин, женщины против мужчин. Дети против родителей. Люди не образуют крепких связей. А Вы знаете, что ввели 17 типов гендера? Пол человека считается социальной конструкцией, его можно изменить, как фамилию. Например, если мальчик не играет в машинки, а любит играть в куклы, мама может задать ему вопрос: «Может быть, ты хочешь стать девочкой?». Если он ответит «да», мама отводит его к врачу и ему начинают колоть женские гормоны.
Или, например, я могу сказать, что я – женщина, а Вы должны в это поверить и принять, будто я уже не Виктор, а Виктория. Но если Вы будете продолжать считать меня мужчиной, Вы нарушите мои права. Древний Рим в последней стадии разложения. Византийская империя перед падением. Когда турки шли на Византию, то византийцы вместо подготовки к обороне дискутировали о том, какого пола ангелы. Что-то похожее мы видим сегодня в Европе.
Несомненно, сегодня для Европы самоотверженная церковная проповедь крайне необходима. Я был счастлив, когда в Париже был открыт наш Русский духовно-просветительский культурный центр.
– Мне запомнился день, когда впервые сообщили, что в Париже будет строиться кафедральный собор и культурный центр. Во Франции у меня много друзей, и все мне звонили, делились своей радостью.
– Да, это был поистине исторический момент для всех нас – русских, живущих во Франции. Новейшая история Русской Православной Церкви в Париже, если так можно выразиться, начиналась в домовом храме. Это была обычная квартира