О том, что из любой профессии можно сделать идеологическую выжимку и привести к единому знаменателю целую жизнь, я впервые задумалась ещё до окончания института.
Это случилось в 1985 году, во время Всемирного фестиваля молодёжи и студентов, когда мы, бестолковые «иньязовцы», радостно атаковали в московских парках все там бродившие и говорившие по-французски делегации, чтобы, наконец, попрактиковать язык с его настоящими носителями, а не с Ниной Васильевной П., делавшей по пять ошибок в слове «maman» и рубившей колченогую правду-матку, без прононса.
Очень быстро выяснилось, что подавляющая часть приехавших в тогдашнюю Москву французов прежде всего убеждённые «левые», коммунисты и социалисты, а уже потом — молодёжь и студенчество.
При всём нашeм энтузиазме и их доброжелательности, разговаривать с ними на отвлечённые темы оказалось практически невозможным.
Если речь заходила, например, о кино, диалоги выстраивались дословно таким образом:
— «Катрин Денёв? Дрянь: она голосовала за Жискара! …Депардьё? Xороший актёр: он социалист! …Делон?! Дерьмо! Любит де Голля и не стесняется! …»
Если заговаривали об эстраде, ко всем без исключения исполнителям применялся тот же шаблон:
— «Рено — отличный певец! Ненавидит полицию и буржуев, пишет песни о несчастных марокканцах в парижских пригородах… Сарду?! Подонок! Oн всегда поддерживает правых!..»
Все остальные сюжеты оказывались меж тем же молотом и той же наковальней, подвергаясь аналогичной штампoвке, a там, где нельзя было её применить, разговор затихал.
С тех самых пор, я уже не удивляюсь когда активисты всё тех же направлений и достижений «единой мысли», которая отныне заслуженно входит в категорию политкорректности, одним махом делают заключение «судмедэкспертизы» над представителями любой профессии, всё по тому же принципу «скажи мне, за кого ты голосуешь, и я отвечу, какой ты профессионал». И неважно, что и как ты поёшь, кого и как играешь.
Поэтому, два дня назад, прямо с утреца, когда в выпусках новостей пошли первые сводки о кончине Кирка Дугласа, и наспех созванные «эксперты» забубнили в микрофоны о невосполнимой утрате мирового киноискусства, я опять не удивилась, но сделала очередное любопытное наблюдение.
Если бы вы родились на прошлой неделе и не имели ни малейшего представления о том, кто такой Кирк Дуглас, то, прослушав некрологические объявления и пояснения на всех политкорректных телеканалах и в радио-передачах, вы несомненно решили бы, что Кирк Дуглас — это прежде всего :
— сын своих родителей, которые эмигрировали в Америку в тяжёлые времена и познали расцвет расизма, антисемитизма и множества других неисчисляемых дискриминаций, а потому он всегда стоял на страже справедливости и не допускал никаких проявлений подобного безобразия; до последних дней всей душой поддерживал идеи миграции и высказывался за миграцию, как таковую, везде и всегда, даже если прямо не говорил, то думал, точно думал, вот вам крест, вот вам зуб;
— не уважал настоящий выбор американских избирателей, даже если прямо не говорил, но в тихую не уважал, точно, не уважал, не мог уважать, зуб даю, не уважал;
— поддерживал сексуальные меньшинства, даже если открыто не выступал, но втайне поддерживал, два зуба даю;
— всегда был близок всем прогрессивным идеям, входящим в нынешний прейскурант обязательного политкорректного минимума, все зубы даю, что был близок…
Далее — поток сознания на ту же тематику, меж тем же молотом и той же наковальней.
Да! Ещё он там что-то такое наиграл в кино. Много всего наиграл. Про «Спартака» и других первых революционеров, за нашу и вашу свободу.
Правда, он весьма опрометчиво засветился в «Викинге», в качестве насильника и откровенного мачо, но это по молодости, а позже, он осознал и больше не шалил…
Так что, с учётом некоторых недоделок, был хорошим человеком, поэтому, потеря таки налицо. Идеологическое вскрытие подтвердило. Скорбим.
За позавчерашний день я прослушала и просмотрела такое густое и плотное количество подобных некрологов во французских СМИ, что, до сих пор не питая никаких особых чувств к Кирку Дугласу, ровно с двадцати-одного часа по местному времени стала искренне ему сочувствовать и даже восхищаться его карьерой.
Потом я почитала некрологи в российской прессе, несколько утешилась и со всей уверенностью заявляю: спи спокойно, дорогой Кирк Дуглас, «щеневмерла» российская кинокритика, и мы отомстим за тебя.
По слухам, другие тоже страдали. Самые разные и самые великие.
Виктора Гюго, например, однажды спросили на таможне, чем он зарабатывает на жизнь. Он ответил, «пером» и получил запись в реестре: «В.Гюго, торговец пером».
Да и Чайковский, если подумать, тоже умер очень вовремя, в ту эпоху, когда в профессионалах ценили только талант, а не идеологическую принадлежность или сексуальные способности.
Только представьте, какой некролог выдали бы ему в европейской прессе или российской либерально-артистической тусовке сегодня…
Мир праху гигантов. Как это верно подмечает «Армянское радио»: мы всё равно будем любить их не только за это.
