Демократы подливают масла в огонь скандала вокруг связей администрации Трампа с Россией. Между тем Кремль уже начал налаживать дружеские отношения с другими странами, а это наводит на мысль о том, что, возможно, он вполне трезво оценивает перспективы отношений с администрацией Трампа.
Если верить слухам, Кремль сегодня понимает, что сенсационные обвинения в адрес бывшего советника по вопросам национальной безопасности Майкла Флинна (Michael Flynn) и генерального прокурора Джеффа Сешнса (Jeff Sessions), которых считают жертвами обмана России, являются частью масштабной кампании Конгресса, призванной блокировать попытки президента Дональда Трампа добиться разрядки в отношениях с президентом Владимиром Путиным.
В качестве одного из аргументов в пользу этой точки зрения приводится Уотергейтский скандал: сложные шаги президента Ричарда Никсона, которые он предпринимал в 1969-1972 годах, чтобы наладить отношения с советским лидером Леонидом Брежневым, были блокированы разразившимся Уотергейтским скандалом, обернувшимся отставкой Никсона.
В начале своего президентского срока, в 1969 году, Никсон вместе с его советником по вопросам национальной безопасности Генри Киссинджером (Henry Kissinger) пытались найти такие инициативы, которые позволили бы США и СССР начать налаживать отношения в рамках так называемой оттепели в период холодной войны - тогда это было названо политикой разрядки. Это была довольно смелая и рискованная дипломатическая инициатива, учитывая катастрофическую войну во Вьетнаме и глобальную гонку вооружений.В период с 1969 по 1972 год прошли переговоры ОСВ-1, целью которых стало ограничение стратегических вооружений. Помимо этого, велись переговоры по вопросу о подписании Договора об ограничении систем противоракетной обороны, призванного ограничить число мест и единиц оружия, которое каждая сторона может развернуть.Кроме того, предпринимались меры для подготовки к подписанию Конвенции о биологическом оружии, которая обязывала обе сверхдержавы избавиться от целых классов вооружений, таких как, к примеру, сибирская язва.
Эти соглашения, которые сегодня кажутся весьма разумными, в то время вызывали массу горячих споров, потому что спустя 25 лет апокалиптического противостояния мало кто был готов довериться слову СССР.
Опытный и уважаемый сенатор Генри Джексон (Henry Jackson) очень резко высказался против подписания договора ОСВ-1, которое состоялось 26 мая 1972 года, и против Договора об ограничении систем противоракетной обороны. «Эти соглашения, вероятнее всего, приведут к росту интенсивности гонки вооружений, что вызовет серьезную неопределенность, дестабилизацию ситуации и повлечет за собой значительные издержки».Джексон, который претендовал на президентский пост, добавил, что численное превосходство в оружии, которое получил СССР, «должно стать главным объектом тщательного расследования Конгресса».
Администрация Никсона с осторожностью продолжала вести политику разрядки наряду с так называемой вьетнамизацией и осторожными шагами по направлению к налаживанию отношений с КНР. Это был год выборов, поэтому сторонники жесткой политики господствовали как в рядах демократического большинства в Конгрессе, так и среди республиканцев Конгресса, решительно придерживавшихся антикоммунистических позиций.
Москва восприняла переизбрание Никсона в 1972 году и его энергичную инаугурационную речь, которую он произнес в январе 1973 года, как подтверждение готовности США следовать по пути разрядки. Однако после лета 1972 года Уотергейтский скандал продолжал преследовать Никсона, отравляя его отношения с Конгрессом, а с мая 1973 года началась открытая политическая война с сенатской комиссией по Уотергейту, и судебные слушания стали передаваться по телевидению на всю страну.
К сентябрю 1973 года Брежнев уже был в ужасе от решительного стремления демократов обвинить Никсона в преступном поведении. Амбициозный Кремль захотел воздержаться от подписания масштабных соглашений и переключиться на более скромные и ограниченные по времени договоры, такие как договоры об условиях торговли. Он рассматривал Уотергейт как срыв планов.
Во время президентского брифинга 5 сентября 1973 года представители ЦРУ сообщили Никсону о взгляде Брежнева на будущее политики разрядки: «Брежнев воспользовался возможностью, чтобы похвалить Никсона и посетовать на Уотергейт. Он озвучил свое предположение о том, что противники сближения СССР и США пытаются воспользоваться Уотергейтским скандалом, добавив, что ему хотелось бы закрепить политику разрядки настолько прочно, чтобы в будущем США больше не возвращались к этому вопросу».
Драматические события следующего года укрепили СССР во мнении, что Уотергейтский скандал представляет собой бунт Конгресса, стремящегося саботировать оттепель и возобновить холодную войну.
В конце концов «резня субботней ночью», которая произошла в октябре 1973 года в Министерстве юстиций в результате отказа Никсона предоставить прокуратуре аудиозаписи своих переговоров в Овальном кабинете, случилась на фоне противостояния СССР и США в арабо-израильской войне 1973 года. Белый дом и Кремль были напуганы нависшей над ними угрозой, и, если верить историческим записям, Брежнев отказался от дальнейшего вмешательства, когда узнал, что США изменили уровень боевой готовности с четвертого на третий.
Однако никакие попытки Брежнева и Никсона предотвратить интенсификацию холодной войны не могли остановить контролируемую демократами Конгресса машину уотергейтского расследования. Встреча Брежнева и Никсона в Москве в конце июля 1974 года утратила весь свой смысл, как только Верховный суд США приказал Никсону выдать все аудиозаписи прокуратуре 30 июля.
Никсон ушел в отставку спустя 10 дней после того, как республиканцы Конгресса отвернулись от него, а Кремль сделал вывод о том, что сторонники холодной войны в Вашингтоне совершили настоящий государственный переворот, чтобы не мириться со сближением с Россией.
Возможно, наследники советского Кремля считают, что сегодня события в Вашингтоне разворачиваются по той же самой схеме: ястребы Конгресса стремятся любыми способами помешать администрации сблизиться с президентом Владимиром Путиным и, вероятно, проверить администрацию Трампа на прочность при помощи конституционного кризиса.
Тот факт, что в своем обращении к Конгрессу 28 февраля Трамп не стал упоминать о России, вызывал еще больше вопросов о том, готов ли президент встать на путь разрядки в отношениях с Россией.
Кремль не хочет ждать лучших времен. Москва стремится укрепить своим связи с другой евразийской сверхдержавой, с Китаем, и, возможно, хочет предоставить Конгрессу возможность заняться перекладыванием вины и заботой о своих интересах. Между тем российские лидеры начнут готовиться к кризисам и противостояниям, которые, возможно, станут частью провала этого раунда разрядки, как это случилось во время и после Уотергейтского скандала.
Джон Батчелор (John Batchelor)
Оригинал публикации: Is Russia Preparing to Cut Losses on Trump?
