Часть I Прошедшая 29-30 мая в Брюсселе двухдневная, уже восьмая по счету, международная конференция «Энергетический диалог: Россия-ЕС. Газовый аспект» вновь не смогла преодолеть тупик, образовавшийся в отношениях Москвы и Брюсселя в энергетической области. Руководство Евросоюза по-прежнему настаивает на присоединении России к так называемому «Третьему энергетическому пакету», предусматривающему фактический отказ российской стороны от участия в проектах по доставке и распределению российского газа в странах ЕС. По сути, речь идет о требовании к Москве согласиться на передачу части своих финансово-экономических полномочий в сфере энергетики Брюсселю - при невозможности для России влиять на принятие решений Евросоюзом... Аналогичный механизм применяется Европейским союзом в отношении отдельных государств еврозоны под предлогом реализации антикризисных программ. Однако Россия не входит в ЕС и не может брать на себя подобные обязательства в дополнение к уже прописанным в соответствующих соглашениях обязательствам по организации бесперебойной поставки энергоресурсов в страны Евросоюза. [1]
То, что потребности Европейского союза в источниках энергии возрастают и будут возрастать - ни для кого не секрет. И даже финансовый кризис ничего здесь не изменил. Сокращение инвестиций и режим жесткой экономики ударили в первую очередь по разработкам «на будущее», касающимся возобновляемых источников энергии и сланцевого газа, добыча которого в Европе в необходимых масштабах еще не началась. Основные споры экспертов ведутся лишь вокруг темпов роста зависимости ЕС от внешних источников энергоресурсов. Согласно оценкам, в настоящее время страны-члены Евросоюза импортируют до половины необходимых им энергоресурсов, причем доля нефти в закупках превышает 70%. В перспективе зависимость ЕС от внешних источников энергосырья к 2030 году может достичь по нефти - 92%, по газу - 81 %. [2]
Возникает вопрос: откуда брать ресурсы? Еще пару лет назад в Брюсселе не сомневались, что они поступят по газопроводу Nabucco. Первоначально данный проект предусматривал поставки газа с месторождений Азербайджана и Ближнего Востока через Турцию, с перспективой подключения к нему центральноазиатских поставщиков. Протяженность трубы должна была составить около 3300 километров, а потенциальные объемы перекачиваемого газа - 25-30 млрд. кубометров в год.
Звучит внушительно. Однако даже в лучшем случае эти поставки смогли бы удовлетворить не более 5% потребностей ЕС в газе, рассчитанных применительно к 2020 году. Иными словам, Nabucco не способен решить проблему энергетической безопасности Евросоюза, заменив поставки из России, особенно если учесть, что после ввода в действие газопровода «Южный поток» общий объем российских поставок в Европу составит 110-118 млрд. кубометров газа в год. Это позволит не менее чем наполовину обеспечить растущие запросы Евросоюза. Еще в 2009 году The New York Times констатировала, что поставки по Nabucco смогут покрывать лишь 12% объемов, предусмотренных для проекта, притом что поставки из России даже без «Южного потока» покрывают потребности Евросоюза в газе на треть. [3]
Но и это еще не всё. В реализации проекта Nabucco сложности возникли с самого начала. По состоянию на сегодняшний день последним участком этого газопровода, реально введенным в действие, остается 47-километровая нитка на маршруте Арад - Сегед, соединяющая венгерскую и румынскую газораспределительные системы.
А уже в начале 2012 года официальный представитель Министерства энергетики Турции заявил, что Анкара более не будет оказывать «полную поддержку» проекту Nabucco, поскольку альтернативные проекты «гораздо дешевле и проще в реализации». По его словам, приоритетным для Анкары (а также для ключевого участника Nabucco - Баку) отныне станут Трансанатолийский газопровод (TAP, использующий азербайджанский газ и уже существующую в Турции трубопроводную систему), а также поставки газа из России. Это обстоятельство дало основания лондонской газете The Financial Times предположить наличие энергетического альянса «Россия - Азербайджан - Турция» и сделать вывод о том, что «перспективы для проекта Nabucco, похоже, ухудшаются изо дня в день». [4]
Весной того же 2012 года с аналогичным заявлением выступил премьер-министр Венгрии Виктор Орбан, сообщивший, что венгерская компания MOL решила отказаться от участия в проекте Nabucco. Тогда же представитель MOL подтвердил, что в проекте много неясностей, которые «сложно не замечать», в частности, касающиеся финансирования строительства и поиска ресурсов для заполнения трубы газом. [5]
Как результат, в уже утвержденные планы пришлось вносить новые изменения, и в настоящее время консорциум по строительству трубопровода рассматривает вопрос о пропуске трубы протяженностью 1300 км от турецко-болгарской границы до Австрии. Обновленный проект уже получил название Nabucco-West. Ну и как апофеоз растущего неверия экспертов и инвесторов в данный проект, в марте текущего года немецкий энергетический концерн RWE продал свою долю в проекте австрийской группе OMV.
Таким образом, первоначальный проект трубопровода Nabucco за последние годы претерпел вынужденные изменения, еще больше снизившие его экономическую целесообразность. Сохраняются серьезные проблемы и с наполнением трубы. Как справедливо отмечает финансовый аналитик компании Deloitte Грэхем Садлер, «трудно запустить и финансировать инфраструктурный мегапроект на газовом рынке, уже имеющем доступ к источникам поставок газа по конкурентоспособным ценам». В связи с этим он оценивает экономическую основу проекта Nabucco как «неустойчивую». [6]
Последний гвоздь в крышку гроба Nabucco может вбить Азербайджан. Национальный консорциум «Шах-Дениз» в настоящее время выбирает маршрут экспорта азербайджанского газа в Европу между проектами TAP и Nabucco-West. Решение должно быть принято до конца июня 2013 года. Тем не менее вице-президент Государственной нефтяной компании Азербайджана (ГНКАР) по маркетингу и инвестициям Эльшад Насиров уже, похоже, предвосхитил отказ от Nabucco-West, назвав Трансанатолийский газопровод единственной возможностью для Европы получать альтернативный газ. [7]
Однако какие-то соображения все еще не позволяют Еврокомиссии отказаться от антироссийских энергетических фобий. Вот и лозунг диверсификации по-прежнему имеет для Брюсселя только одно содержание - как воспрепятствовать росту российских поставок. Действия Еврокомиссии могут вполне вписываться в какие-то геополитические проекты, но при этом они наносят реальный вред европейским потребителям.
Неудивительно, что в странах Евросоюза растет понимание желательности и даже необходимости сотрудничества в энергетической области с Россией. Для стран Южной и Юго-Восточной Европы ключевую роль играет проект «Южный поток», против которого Еврокомиссия с самого начала развернула масштабную кампанию. Первым документом в рамках реализации проекта «Южный поток» стал российско-итальянский меморандум о взаимопонимании, подписанный в июне 2007 года между «Газпромом» и компанией ENI. В ноябре того же года Газпром и ENI подписали в Москве соглашение о создании совместной компании по подготовке технико-экономического обоснования проекта. Компания с соотношением долей 50% на 50%, призванная разработать и реализовать проект сооружения газопровода с начальной пропускной способностью в 30 млрд. кубометров газа в год, была зарегистрирована в Швейцарии в январе 2008 года. Тогда же было подписано (а в июле 2008 года ратифицировано) предварительное российско-болгарское соглашение об участии Болгарии в проекте и создании в этих целях совместного предприятия, отвечающего за сооружение болгарского участка газопровода. Что касается другого ключевого участника «Южного потока», Сербии, то предварительные соглашения с ней были подписаны еще до официального объявления о проекте, а именно в декабре 2006 года.
На случай возможных политических осложнений российская сторона подготовила запасной вариант транспортировки газа в северную часть Италии - через территории Хорватии и Словении и далее на австрийскую газораспределительную станцию в Арнольдштадте. В ноябре 2009 года по итогам российско-словенских переговоров в Москве было подписано соглашение, предусматривавшее сооружение ответвления от основной магистральной трубы газопровода, идущего через Словению в Северную Италию. А в марте 2010 года аналогичные договоренности был достигнуты с хорватской стороной. Кроме того, концерн MOL при согласовании с «Газпромом» заранее подготовил возможную замену: если австрийская сторона окончательно откажется от участия в проекте, роль газораспределительной станции в Баумгартене возьмет на себя аналогичный объект в венгерском городке Варошфельд.
В пользу энергетического партнерства с Россией высказываются и страны Центральной Европы. В частности, премьер-министр Чехии Петр Нечас в ходе состоявшейся 27 мая текущего года встречи с российским коллегой Дмитрием Медведевым подчеркнул, что считает «ключевой сферой» двустороннего сотрудничества энергетику. [8] Речь идет не только о максимальном использовании мощностей нефтепровода «Дружба» (как крупнейшей в мире системы магистральных нефтепроводов, проходящих по территории в том числе Чехии, Словакии, Венгрии, Польши и Германии), но и о сооружении подземного хранилища газа. Начало его строительства в Дамборжице (Южная Моравия) запланировано на 2014 год. Его мощность составит 448 млн. кубометров. Если же учесть, что с января 2013 года Чехия уже подключена к газопроводу «Северный поток», то ясно, что она может стать энергетическим мостом в отношениях ЕС и России. [9]
Более того, прослеживаются реальные перспективы создания в Центральной Европе крупной региональной сети, ориентированной на получение и распределение российского газа. Эти вопросы, в частности, будут обсуждаться 16 июня в Варшаве на заседании Вишеградской группы (Польша, Венгрия, Чехия, Словакия). Речь пойдет о подписании «дорожной карты» по созданию общего газового рынка этих государств. В ходе состоявшихся на днях в Варшаве переговоров президентов Польши и Чехии Бронислава Коморовского и Милоша Земана польский лидер подчеркнул важность реализации многосторонних проектов «по соединению на границе как газовых, так и электроэнергетических коридоров». [10]
Тем временем официальное статистическое агентство ЕС Eurostat обнародовало новые данные по ценам на газ. Из них следует, что во второй половине 2012 года эти цены в странах ЕС выросли на 10,3% по сравнению со второй половиной 2011 года. Самый большой рост был отмечен в Латвии (21%), Эстонии (19%) и Болгарии (18%). [11] В Болгарии это обстоятельство стало главной причиной массовых антиправительственных выступлений, приведших к падению кабинета Бойко Борисова.
Задача удовлетворения растущих потребностей Евросоюза в энергосырье приобретает всё большее значение. И без России в решении данной проблемы не обойтись. Однако для этого необходимо устранить главный раздражитель в отношениях Москвы и Брюсселя в энергетической области - навязывание российской стороне «Третьего энергетического пакета». Это в очередной раз подчеркнул постоянный представитель России при Европейских сообществах Владимир Чижов, выступая 29 мая в Европарламенте на втором заседании Межпарламентской рабочей группы по энергетике. Он призвал Евросоюз вывести из-под действия данного пакета трансграничные энергопроекты. «Фактически гарантиями инвестиций в крупные энергопроекты сегодня в Европе является не действие «третьего энергопакета», а именно предоставление отдельным проектам изъятий из него», - подчеркнул российский дипломат. В качестве примера он привел решение Еврокомиссии вывести на 25 лет из-под действия «третьего энергопакета» Трансадриатический газопровод (Азербайджан - Греция - Албания - Италия). [12]
Наверняка Евросоюз пошёл бы на уступки России в столь важной для обеих сторон области, как энергопоставки, если бы не позиция США. Для Вашингтона максимальная изоляция России от энергорынков - вопрос стратегический, поскольку «зависимость от производителей энергоресурсов несовместима с однополярным миром и несет реальную угрозу статусу США как единственной сверхдержавы». [13] Не случайно столь пристальное внимание в концепции Pax Americana уделяется так называемому «Большому Ближнему Востоку», на долю которого приходится 62% доказанных мировых запасов нефти и более 40% газа. [14] Как пишет профессор Массачусетского технологического института Ноам Хомский, во внешнеполитическом курсе США «основные задачи глобального доминирования, сформулированные в послевоенный период, сохранили свою актуальность и по сей день». К этим задачам Ноам Хомский относит «сохранение контроля над основными источниками энергии в мире». [15] Стоит напомнить, что еще в 1945 году Госдепартамент США объявил энергоресурсы «одним из наиболее привлекательных трофеев в мировой истории». [16]
Так что, выдвигая заведомо неприемлемые требования к российским партнерам, Евросоюз играет по американским, а отнюдь не по своим, не по европейским правилам.
[1] Симония Н. Российская концепция глобальной энергетической безопасности: взаимозависимость производителей и потребителей энергии // Аналитические записки. 2007. Июнь. С.10-11. [2] Куликова И. Можно ли сделать конструктивным энергодиалог Россия - ЕС? // Аналитические записки. 2007. Март. С. 111-112. [3] The New York Times, 11.06.2008. [4] The Financial Times, 03.02.2012. [5] http://lenta.ru/news/2012/04/24/nabucco/ [6] The Guardian, 21.02.2011. [7] ИНТЕРФАКС-АЗЕРБАЙДЖАН 1625 290513 MSK 29.05.2013 16:26 [8] РИА НОВОСТИ 27/05/13 15:36 [9] ИТАР-ТАСС 27.05.2013 14:52:13 [10] ИТАР-ТАСС 23.05.2013 17:31:57 [11] http://epp.eurostat.ec.europa.eu/cache/ITY_PUBLIC/8-27052013-AP/EN/8-27052013-AP-EN.PDF [12] ИТАР-ТАСС 29.05.2013 18:28 [13] Крылов А.Б. Нефтяной рынок: конкуренция обостряется // Аналитические записки. 2007. Октябрь. С.50. [14] Бжезинский З. Великая шахматная доска. М., 2009. С.51. [15] Хомский Н. Гегемония или борьба за выживание: стремление США к мировому господству. М., 2007. С.27. [16] Подробнее см.: Miller A.D. Search for Security. North Carolina, 1980.
.jpeg)
