Во вторник, 16 июня, в зале Высшего Церковного Совета кафедрального соборного Храма Христа Спасителя в Москве Святейший Патриарх Московский и всея Руси Кирилл возглавил работу очередного заседания Высшего Церковного Совета Русской Православной Церкви, сообщает Патриархия.ru.
Открывая заседание, Предстоятель Русской Православной Церкви обратился к его участникам с приветственным словом:
«Сердечно приветствую всех членов Высшего Церковного Совета.
Сегодня в повестке нашего заседания несколько вопросов, среди которых — пастырское попечение об участниках военных действий, вернувшихся из зоны проведения специальной военной операции.
Речь сегодня идёт именно о тех людях, которые с оружием в руках защищали Родину, а потом вернулись к мирной жизни. Помимо чисто врачебного сопровождения, необходимо, с моей точки зрения, их духовное сопровождение в тех случаях, когда речь идет о православных людях, готовых принять такое сопровождение.
Боевой стресс, внутренняя боль, горечь от потери товарищей — всё это порой приводит к непониманию со стороны родных, близких, а иногда и со стороны определённой части нашего общества. В этой связи наша задача — помочь создать воинам такую атмосферу, чтобы они не чувствовали себя чужими в мирной жизни и чтобы как можно быстрее залечивались их душевные раны, нанесенные переживаниями, через которые они прошли.
Священник на приходе должен уметь слышать и самих прошедших через эти испытания, и родственников таких людей. Он должен, конечно, уметь сказать правильное, нужное слово и поддерживать воинов иными способами, когда слов недостаточно.
При этом священник не может брать на себя обязанности врача или психолога, но должен выстраивать взаимодействие и с теми, и с другими. Содействие психолога может помочь священнику в работе с такой специфической паствой — иногда требуются начальные знания об общении с людьми, которые прошли через подобные стрессы и которым недостаточно одного пастырского поучения. Поэтому мы должны развивать систему помощи, в рамках которой наряду с духовной поддержкой осуществлялась бы координация в том числе со светскими учреждениями и, в первую очередь, с социальными службами.
Должен быть свой подход к каждому человеку; формализм недопустим. Не может быть никакого шаблона в том, как работать с людьми, прошедшими через такие испытания. Каждый человек — индивидуальность, у каждого свой опыт, а потому и отношение должно быть не формальное, не по шаблону, а с пониманием того, кто перед тобой.
Жёны и матери, годами живущие в постоянной тревоге, дети, которые недополучили отцовского внимания и тепла, — все они находятся в зоне нашей пастырской ответственности. Не только сам человек, прошедший через испытания, о которых было сказано, но и его семья. Важно суметь предотвратить конфликты в семьях, где война стала тяжёлым испытанием для чувств, или даже распад таких семей.
Церковь может стать для возвращающихся воинов местом, где их принимают без всяких поучений, слышат их боль и помогают в общении с Богом осмыслить пережитое и исцелить раны. Воин, вернувшийся из зоны боевых действий, может найти отдохновение и дело по душе в приходской работе. Те, кто имеет силы, могли бы участвовать в восстановлении храмов или быть полезными в работе с молодёжью. Также они могли бы участвовать в работе или даже создавать приходские военно-патриотические клубы.
Помогая воину вернуться в мирную жизнь, благодатной силой Божией залечивая раны, нанесённые войной, Церковь выполняет своё душепопечительское призвание, которое не заканчивается с завершением боевых действий. Совершенно очевидно, что раны, нанесённые военными действиями, продолжают терзать людей достаточно долго.
Оказание помощи нашим военнослужащим, прошедшим через тяжкие обстоятельства военных действий, должно быть очень важной частью нашей пастырской работы. Ни в коем случае мы не должны открещиваться от этих людей, делать вид, что это не совсем наше дело, что есть разные социальные службы.
Поэтому ещё и ещё раз хочу сказать, что это должно сейчас стать частью нашей попечительской работы о пастве нашей. Очень непростой работы, к которой большинство из нас не очень готово. Но нужно учиться перенимать опыт, в том числе и светских людей, чтобы пройти свою часть пути и оказать реальную духовную помощь тем, кто получил увечья — и физические, и духовные, и психологические, — проходя через страшное испытание военными действиями в наше время.
Хотел бы, чтобы мы все осознали приоритетность работы с теми, кто прошел через страшные испытания военными действиями и нуждается сегодня в нашей пастырской заботе».
