О Женщине

В монастырях со строгим уставом запрещено входить лицам женского пола. На Афоне сей обычай строго блюдётся до сих пор. Общение с женщиной опасно для монахов не столько возможностью физического соблазна и влечения (хотя в миру думают именно так). Пагуба, и гораздо большая, заключена в другом – в повреждении и разрушении духовного строя монашеского.

Врагу мысленному вовсе не обязательно влечь монаха в грубое плотское вожделение и падение. Сему злоискуснику куда важнее совратить не плоть монашескую, а дух. Для сатаны власть над нашею плотию недорого стоит: уж слишком примитивна победа. Возжигать сладострастие в плоти – задача низших чинов бесовских.

Для тонкого сатанического гения несоизмеримо важнее пленять не плоть, а дух. Лишь высшие чины бесовские идут на брань с духом по команде начальника ада. Женщина – одно из удобных орудий в сей брани. Общение с женщиной, даже если не причиняет никакого вреда состоянию плоти, обязательно наносит удар по состоянию духа.

Беседа с женщиной препятствует молитвенной собранности и сосредоточенности духа, содействует расслаблению и разорению сердца. В большинстве случаев сама женщина не стремится сознательно к разрушению духовного монашеского устроения. Сие разрушение совершается чаще всего поневоле, при незаметном, тонком воздействии высших чинов бесовских. Чрез беседу с женщиной, что бы ни было ее предметом, незримый злоискусник ловко отвлекает монашеский ум от молитвенного пребывания в сердце.

Вспомним скорбный пример падения первого человека: лукавый змий вначале соблазняет Еву, а чрез неё и Адама. Сколь хитёр враг в обольщении: не сам приступает к Адаму с пагубным внушением, а при посредстве и под прикрытием немощной жены. Приступи сам – и Адам мог бы отвергнуть лукавый совет. Победив более слабую жену, диавол удобно побеждает и более сильного мужа. С тех пор у злоначальника вошло в обычай: мужа совращать чрез жену. Недаром восточная мудрость гласит: если не знаешь, как поступить, спроси у женщины и сделай наоборот. Конечно, на жен святых сей совет не распространяется, и мы памятуем, что унижение и пленение Евы неизмеримо превзойдено святостию Пресвятой Богородицы.

Строгость строгих монастырских уставов в отношении допуска в обители детей, женщин вызвана не презрением, не отчуждением к созданию Божию, что было бы грехом, а любовью к сосредоточенно-молитвенному единству с Богом. Общение с женщиной, даже под спасительными предлогами, неизбежно рассеивает, развлекает, уводит от важнейшего к маловажному.

А что касается благословных предлогов, то мы не должны забывать о той зломудрой силе, которая мастерски изобретает и внушает их нашей ради погибели. Так – избегая женщин – монах больше проявит любви к ним, нежели в общении с ними. Долг монашеский оказывать любовь к миру и женщинам не в общении с миром, а в молитве за него. Богомудрая жена не станет обижаться, если истый монах откажется от общения с нею: напротив, почтит похвалою верность иноческому устроению в иноке.

Монах Ферапонт (Рыбин), насельник Кирилло-Белозерского монастыря