Отступив от Амурских берегов в 1689 году, согласно Нерчинскому договору, Россия продолжает свой великий путь на восток, устремившись к побережью Чукотки и шагнув дальше – за Океан. Преизбыточно Господь одаривал нашу Державу новыми землями, новыми морями и реками. Оставив до времени великий Амур-батюшку, наш крещеный народ со всей своей духовной и физической силой взялся за освоение не только просторов, лежащих к северо-востоку от Якутска, но и, перешагнув океанский пролив, принялся сеять и взращивать семена духовные, культурные и цивилизационные на диких землях Аляски и западного побережья Северной Америки.
Открытие Аляски и Америки русскими произошло давно, гораздо раньше всевозможных Колумбов и Магелланов. Ведь наш народ задолго до иноземных путешественников жил в северных широтах, на берегу Северного Ледовитого океана. Берегом и морем русские охотники, промысловики, наши казаки-первопроходцы добирались и до Аляски, и до западного берега Америки, приносили свои рассказы о невиданных землях, но официально их открытия зачастую никто не фиксировал. Есть сведения, что люди из команды Семена Дежнева на своих кочах были снесены в шторм к берегам Америки. И якобы эти люди еще в XVII веке основали первые поселения русских в Америке. Знаменитый казак, исследователь Севера Иван Кобелев (см.: Энциклопедия «Арктика – мой дом») разыскивал в конце 1700-х годов следы пребывания на Американском континенте русских, обосновавшихся там задолго до появления европейцев. Кобелев долго жил среди чукчей, исследовал близлежащие острова, а в 1791 году пересек на легких лодках-байдарах пролив между Чукоткой и Аляской и высадился на Американский берег напротив Чукотского носа.
В одном из трудов советского периода приводятся записи казака Ивана Кобелева: «Слыхал я, еще быв в Анадырске, от предков моих, что в давные годы вышло из устья реки Лены, по прежнему званию семь кочей, и поворотя Северным морем, шли благополучно до реки Колымы и оттоль тем же Северным морем вокруг Чукоцкой нос, поровнясь против самого носу, и тут зделался шторм, и тем штормом те кочи разнесло, из которых четыре известны, а о трех неизвестно, и те народы где ныне находятся, не знатно ж» (Черненко М.В. Путешествия по Чукотской земле и плавание на Аляску казачьего сотника Ивана Кобелева в 1779 и 1789–1791 гг. – Летопись Севера, т. II, 1957).
Хоть до сих пор утверждение сотника Кобелева подвергают сомнениям историки и исследователи Севера и Арктики, мы совершенно уверены, что русские люди способны были еще в XIV–XV веках добраться до Америки и даже обосноваться на этих просторах.
Системное же освоение Аляски и северо-западного побережья Америки Россия начала в послепетровскую эпоху. Незадолго до своей кончины Петр Великий направил Первую экспедицию мореплавателя Витуса Беринга исследовать Камчатку и земли, лежащие севернее её. Тогда и было положено начало пути к церковно-государственному освоению Россией Американского континента. В литературе советского периода, да и в современных источниках, редко подчеркивают церковно-государственный характер всей политики освоения восточных земель Руси. Отчего-то совсем редко отмечают, что даже экспедиция Беринга включала в свой состав священнослужителей. Мало того, чаще все подвиги и достижения первооткрывателей приписывают исключительно их мужеству, умениям и хорошей экипировке. Забывают, что не будь воли Божией, не собралась бы никакая экспедиция, не состоялся бы никакой поход. В таких немыслимо суровых условиях, в которых пришлось совершать свои открытия Берингу и его спутникам, Господь не раз творил чудеса, помогая нашим первопроходцам и исследователям.
Об экспедициях русского мореплавателя датского происхождения Витуса Беринга следует сказать отдельно. Морские походы командора – это выдающиеся события во всем многовековом пути Руси на восток. Да и сам Беринг, назначенный Петром I начальником Камчатской экспедиции, – личность выдающаяся.
Кто-то скажет, мол, Беринг был датчанином, по вероисповеданию лютеранином. Но он верой и правдой служил Русскому Царю, по духу он был русским человеком. Историки отмечают, что Беринга, возглавившего Первую и Вторую Камчатские экспедиции, любили моряки – от нижних чинов до высших. Особо отмечают необыкновенные спокойствие и терпение выдающегося мореплавателя. Свидетельствуют о его доброте, но при этом требовательности и дисциплине.
Витус Беринг родился в 1681 году в датском городе Хорсене. С детства грезил морскими путешествиями. В Амстердаме окончил морской кадетский корпус. Царь Петр I в те годы активно искал специалистов, знатоков морского дела в Европе. По окончании кадетского корпуса Витус Беринг отправился в Россию. Этому предшествовала встреча с русскими адмиралом норвежского происхождения Крюйсом, занимавшимся по поручению Царя набором морских кадров в Европе. Когда Царь Петр Алексеевич подписывал Указ об организации географической экспедиции на Камчатку, за плечами Беринга было уже более 20 лет службы в России, на Русском Флоте. Он уже участвовал в Северной войне, служил на Азовском флоте, потом на Балтике, командовал большими военными кораблями. На момент назначения начальником Первой Камчатской экспедиции, Берингу исполнилось 43 года, и он был в звании капитана 1 ранга.
Царь Петр подписал Указ о снаряжении Камчатской экспедиции в конце декабря 1724 года. Экспедиции придавалось очень большое значение. Она должна была стать не просто каким-то разведовательным походом смельчаков-первооткрывателей, а масштабным, комплексным, рассчитанным на несколько лет научным исследованием северо-восточных берегов Евразийского континента, где Россия уже выступала как ответственный и рачительный хозяин.
В книге исследователя истории русской литературы Леонида Николаевича Майкова «Рассказы Нартова о Петре Великом», изданной в 1891 году в Санкт-Петербурге, приводятся интересные истории из жизни Государя Петра Алексеевича, его высказывания. Эти уникальные сведения, свидетельства были собраны еще ранее известным в свое время ученым-механиком, скульптором, членом Санкт-Петербургской академии наук Андреем Константиновичем Нартовым.
Вот какие свидетельства Нартова приводит Майков: «…в самый тот месяц, когда судьбою Всевышнего определен был конец жития Петра Великого и когда уже Его Величество чувствовал в теле своем болезненные припадки, все еще неутомимый дух его трудился о пользе и славе Отечества – ибо он сочинил и написал собственною рукою наказ Камчатской экспедиции, которая долженствовала проведывать и отыскивать мореходством того, не соединяется ли Азия к северо-востоку с Америкою <…> Призванному к себе генерал-адмиралу, вручив наставление, говорил следующее: „Худое здоровье заставило меня сидеть дома; я вспомнил на сих днях то, о чем мыслил давно и что другие дела предпринять мешали, то есть о дороге через Ледовитое море в Китай и Индию“» (Рассказы Нартова о Петре Великом / [Обраб. и доп. А.А. Нартов; Ред., вступ. ст. и примеч. Л.Н. Майкова]. – Санкт-Петербург : тип. Акад. наук, 1891. с. 111).
Первая Камчатская экспедиция во главе со своим начальником Витусом Берингом вышла из Санкт-Петербурга в январе 1725 года. На лошадях, а по северу Сибири на собачьих упряжках, по рекам – на небольших судах, добрались до Якутска, а оттуда – до Охотска. Из Охотска переправились морем на Камчатку, где построили небольшое одномачтовое судно «Святой Гавриил». Нетрудно сейчас на бумаге начертить маршрут командора Беринга. Вполне реально в наше время добраться поездом и автотранспортом или самолетом из Санкт-Петербурга до Охотска и до Анадыря. Летают самолеты и в американский Анкоридж. Но тогда… Уму не постижимо, как наши предки пересекали такие гигантские необжитые просторы, да еще в столь суровом климате.
За пару недель до своей смерти Петр I своей рукой также написал «инструкцию» для Беринга. В соответствии с четко поставленными Государем задачами начальник экспедиции рассчитывал свои действия. Текст царской инструкции приводит в своей книге о первом морском путешествии Беринга Василий Николаевич Берх, знаменитый русский историк флота, морской офицер, участник первой русской кругосветной экспедиции на корабле «Нева», под командованием капитана 1 ранга Ю.Ф. Лисянского. Вот наставления Государя Петра I: «Надлежит на Камчатке или в другом месте сделать один или два бота с палубами. На оных ботах [плыть] возле земли, которая идет на норд по чаянию, понеже оной конца не знают, кажется, что та земля часть Америки. И для того искать, где оная сошлася с Америкою, и чтоб доехать до какого города европейских владений, или, ежели увидят, какой корабль европейский, проведать от него, как оный кюст [морской берег] называют, и взять на письме, и самим побывать на берегу, и взять подлинную ведомость, и, поставя на карту, приезжать сюда» (Берх, Василий Николаевич (1781-1834). Первое морское путешествие россиян, предпринятое для решения географической задачи: соединяется ли Азия с Америкою? и совершенное в 1727, 28 и 29 годах под начальством флота капитана 1-го ранга Витуса Беринга С присовокуплением краткаго биографическаго сведения о капитане Беринге и бывших с ним офицерах. – С.Петербург : При Императорской Академии наук, 1823).
Чтобы добраться из Санкт-Петербурга до Охотска, экспедиции нужно было преодолеть расстояние около девяти тысяч километров, да еще с огромным грузом! Двигались северным маршрутом – через Вологду, Великий Устюг, Верхотурье, Тюмень, Тобольск, Енисейск, Илимск, Якутск. От Якутска еще долго добирались до Охотска. Тогда лишь до Тобольска существовали неплохие дороги, по которым можно было двигаться на лошадях. Дальше – в основном по рекам, а где и волоком по суше. Речными путями шли до Илимска на севере Байкала. В Илимск экспедиция прибыла в декабре 1725 года. Там зазимовали. И лишь в июне 1726 года оказались в Якутске. Численность экспедиции росла по пути. В состав отряда входили плотники, кузнецы, кораблестроители… В крупных селениях набирали новых работников, рекрутировали людей для обеспечения экспедиции. Пишут, что к Якутску подошел отряд, в котором было около четырех сот человек. Самым трудным отрезком пути оказался маршрут из Якутска в Охотск. Здесь экспедиция несла серьезные потери. Падали лошади, разбегались от непосильных трудов и тяжестей перехода люди, нанятые в качестве работников. Из Якутска вышли в августе 1726 года и лишь к концу октября с большим трудом смогли достичь Охотска. Ближе к Охотску условия пути стали совсем невыносимыми - непроходимая тайга, скалы...
Не было тогда вездеходов, вертолетов, катеров с мощными моторами, спутниковой связи. Была вера во Христа, большое мужество, желание послужить Царю и Отечеству, крепкая самодисциплина и организованность, добротное профессиональное образование, опыт и закалка.
В Якутске Беринг встретился с интересным человеком, исследователем Камчатского края и берегов Японии монахом Игнатием (Козыревским), родом из казаков. Козыревский еще задолго до принятия монашества попал в плохую историю - участвовал в бунте, во время которого был убит исследователь и покоритель Камчатки казак Владимир Атласов. Уже после смерти Козыревского доказали его невиновность, но всю жизнь после тех бунтарских событий, над ним висела угроза наказания, которая реализовалась – монах закончил свои дни в тюрьме.
Козыревский много потрудился во славу Отечества. Еще до монашества организовал экспедиции для исследования северо-курильских островов. Его даже считают первооткрывателем Японии. Как исследователь составил большой труд «Чертеж как Камчадальскаго носу, також и морским островам, коликое число островов от Камчадальскаго носу до Матмайского и Нифону островов». Став монахом, Козыревский построил несколько храмов и монастырей. На собственные средства создал на Камчатке Успенскую пустынь – первую монашескую обитель на полуострове. В Тобольске рассказами о своих экспедициях вызвал симпатии губернатора Сибири Михаила Долгорукова. Несмотря на то, что монах Игнатий (Козыревский) оказался в большой немилости у Тобольского митрополита, губернатор рекомендовал его начальнику экспедиции Берингу. В состав экспедиции монаха включить не смогли из-за плохого состояния здоровья на тот момент. С Берингом он встречался лично. При встрече вручил командору свой драгоценный труд о Камчатке. Козревский много помог Берингу своими знаниями, но непосредственно в экспедиции не участвовал. Хотя даже современная Православная энциклопедия ошибочно утверждает: «В день празднования памяти прор. Илии, 20 июля 1741 г., корабельные священнослужители иером. Иларион (Трусов) и свящ. Игнатий Козыревский совершили первую правосл. литургию по случаю открытия сев.-зап. побережья Сев. Америки». Дело в том, что задолго до открытия северо-западного побережья Америки Берингом, 2 декабря 1734 года Козыревский скончался в московской тюрьме.
Говоря об участниках экспедиции, нужно упомянуть одного из самых надежных и хорошо известных сподвижников командора – морского офицера Алексея Ильича Чирикова. Чириков, будучи молодым человеком, окончившим Московскую навигационную школу и Петербургскую морскую академию, в звании лейтенанта получил назначение помощником начальника в Первой Камчатской экспедиции. Благодаря кропотливым трудам Чирикова и мичмана Чаплина, состоявшего в экспедиции, была создана великолепная карта всей увиденной местности, океанского берега, островов, бухт, заливов… Эта карта значительно превосходила по точности и подробностям все существовавшие ранее европейские карты. В дальнейшем Алексей Чириков еще не раз проявит себя как выдающийся мореплаватель, исследователь и верный сын своего славного Отечества. В современном журнале «Наука из первых рук» отмечается: «Во время пути на Камчатку Чириков определил 28 астрономических пунктов, что позволило впервые верно оценить широтную протяженность Сибири и северной части Евразии. За время плавания вместе с Берингом на «Святом Гаврииле» он вел судовой журнал, собирал сведения о чукчах и составил подробную карту западного побережья пролива. Позже Чириков участвовал во Второй Камчатской экспедиции. Создал вместе с несколькими картографами «Карту генеральную Российской империи, северных и восточных берегов, прилежащих к Северному Ледовитому и Восточному океанам с частью вновь найденных через морское плавание западных американских берегов и острова Япона» (Первая Камчатская экспедиция командора Беринга. 300 лет географическим открытиям под Андреевским флагом // Наука из первых рук. 4 июл 2025. Том 103, №1).
…В Охотске команда Беринга обнаружила два небольших суденышка – одну старую, но вполне годную ладью и недостроенный шитик. Шитик довели до ума и на двух не очень надежных для океанского плавания кораблях переправились из Охотска на берег Камчатки. Ввиду скромных возможностей шитика и ладьи, огибать полуостров по воде не стали. Всё снаряжение, весь необходимый материал для постройки океанского судна тащили через Камчатский полуостров к восточному берегу в Нижнекамчатский острог. В марте 1728 года начали строить палубный 18-метровый корабль и готовиться к выходу в Океан. Для строительства судна еще в Петербурге Адмиралтейств-коллегией, в соответствии с Указом Петр I о Камчатской экспедиции, был назначен «ботового и шлюпочного дела ученик Фёдор Федотов сын Козлов». Ему в помощь посланы лучшие адмиралтейские плотники, канониры, мастера парусного дела, кузнец. Все эти выдающиеся специалисты были в команде Беринга и прибыли с ним в Нижнекамчатский острог. Здесь, в долине реки Камчатки началось строительство корабельной верфи. Как следует из Рапорта Беринга в Адмиралтейств-коллегию, в марте 1728 года верфь была построена и вскоре осуществлена закладка бота. В строительстве корабля принимали участие более полутора десятка плотников, четыре кузнеца и два конопатчика. Детали скреплялись железными гвоздями. В конце июня с первой верфи на Камчатке прекрасный бот с вдохновляющим названием «Святой Гавриил» был спущен на воду (Рапорт В.Й. Беринга в Адмиралтейств-коллегию о прибытии экспедиции на Камчатку, закладке бота и подготовке к плаванию. 1728 г. мая 11 // ЦГАВМФ. Ф. 216. Оп. 1. Д. 110. Л. 51).
24 июля (н.с.) 1728 года корабль «Святой Гавриил» с семью пушками на борту и экипажем из сорока четырех человек во главе с капитаном Витусом Берингом вышел в океанский простор. На север вдоль восточного берега нашей Русской Сибири. По пути совершали множество новых открытий, островов, заливов, бухт. Примерно через месяц миновали мыс Дежнева и вышли в Северный Ледовитый океан. После первого плавания вернулись в Нижнекамчатск, где перезимовали. И в 1729 году вновь продолжили обследования северо-восточных берегов Евразийского материка. Американский берег Берингу тогда так и не удалось обнаружить, хотя он видел много свидетельств того, что на востоке есть какая-то лесистая страна. Оттуда прилетали птицы, наносило плавник, глубина океана уменьшалась. Но из-за густого тумана берег Аляски оставался невидимым…
После пяти лет экспедиции Беринг и его помощники Шпанберг и Чириков прибыли в Санкт-Петербург.
Известно, что в Первой Камчатской экспедиции совершено 154 территориальных и 18 океанографических открытий, впервые определено местоположение и нанесено на карту 220 географических объектов. Беринг в своем отчете представил результаты этнографических исследований – описания образа жизни чукчей и камчадалов. За свою первую экспедицию Витус Беринг получил звание капитан-командора и денежную награду в одну тысячу рублей. А его помощнику Чирикову было присвоено звание капитан-лейтенанта (Первая Камчатская экспедиция командора Беринга. 300 лет географическим открытиям под Андреевским флагом // Наука из первых рук. 4 июл 2025. Том 103, №1).
Но самой грандиозной была Вторая Камчатская экспедиция под началом Беринга. Для великого командора это выдающееся дело стало последним в жизни.
Вторую экспедицию на северо-восток часто называют Великой Северной экспедицией. Ни до, ни после нее ничего более масштабного в плане открытий и научных исследований просторов Евразии не было ни в России, ни в мире.
Указом Императрицы Анны Иоановны Сенату определялось начать подготовку замысла, который разрабатывал командор Беринг. Весь масштабный план охватывал пространство от Печор до Чукотки. Морской поход Беринга – это лишь часть всего задуманного. Вся экспедиция проходила с 1733 по 1743 годы. Действовало одновременно девять морских и сухопутных отрядов, состоящих из множества специалистов, ученых-исследователей по ряду направлений – от этнологии до ботаники и геологии. Поставленные задачи предполагали подробное описание арктических земель, северных территорий Сибири, Прибайкалья и озера Байкал, побережья Тихого океана и Курильскую гряду. Требовалось изучить морские пути в Японию и Америку. Основной состав экспедиции включал более пятисот человек. А всего с разного рода работниками задействовано было несколько тысяч человек.
Вместе с Берингом участвовали в походе священники из Тобольской и Иркутской епархий. Ученый историк, исследователь Камчатки и Сибири протоиерей Прокопий Громов (1801 - 1880) в своих трудах писал о Камчатской экспедиции, упоминал о том, как подбирали представителей духовенства (Громов П.В. Жизнеописание второго епископа Иркутского Иннокентия (Неруновича) по страницам «Иркутских епархиальных ведомостей» (1865-1870), труды протоиерея Прокопия Громова / [Братская епархия, Епархиальная комиссия по канонизации святых]; составитель: Андреева Лилия Викторовна. – Братск, 2017).
Протоиерей Прокопий отмечал, что с началом всей Великой экспедиции Беринга совпало назначение на кафедру нового архиерея в Иркутской епархии. После кончины святителя Иннокентия (Кульчицкого) в Иркутск прибыл епископ Иннокентий (Нерунович). Не успев осмотреться на новом месте служения, пребывая в Иркутске всего несколько дней, владыка Иннокентий получил от Синода Указ с Высочайшем повелением о Второй экспедиции на Камчатку под начальством Витуса Беринга. В письме от Синода сообщалось, что Тобольская и Иркутская епархия должны предоставить для экспедиции шесть иеромонахов и всё необходимое, причем священникам полагалось двойное жалование в 240 рублей в год каждому. Епископ Иннокентий (Нерунович) даже отправил с Берингом своего иеродиакона, которого он привез из Москвы. «Преосвященный вызвал, рукоположил в иеромонахи и передал Берингу привезенного им из Москвы иеродиакона Феофила, который в это время был командирован в Кяхту для выбора места под постройку церкви» - сообщал протоиерей Прокопий Громов.
Владыка Иннокентий старался помочь командору в снабжении экспедиции всем, что касалось возможности миссионерства на Камчатке и просвещения Светом Христовым новых северных земель.
«Когда Берингу понадобилось устроить походную церковь, он также попросил содействия в этом у епископа Иннокентия, приложив реестр потребных вещей. Преосвященный отвечал, что тканей шелковых, ладан, воск, вино красное, бумагу и масло деревянное можно будет купить в Иркутске. Евангелисты к царским вратам будут написаны. Ладанку деревянную и чашу водосвятную, подсвечники, столец и два ящика сделают столяры, а мисальник – серебряники. Пшеничной мукой можно будет запастись в Якутске. В первых числах сентября 1734 года походная экспедиционная церковь, названная во имя Рождества Пресвятой Богородицы, была готова» (Громов П. В. (историк христианства, протоиерей). Жизнеописание второго епископа Иркутского Иннокентия (Неруновича) по страницам «Иркутских епархиальных ведомостей» (1865-1870), труды протоиерея Прокопия Громова / [Братская епархия, Епархиальная комиссия по канонизации святых]; составитель: Андреева Лилия Викторовна. – Братск, 2017).
Одним из самых главных результатов великого замысла стало открытие пути в Америку. В 1737 году на верфи в Охотске были заложены два пакетбота «Святой Петр» и «Святой Павел». К концу июня 1740 года корабли спустили на воду. В октябре того же года небольшая флотилия из четырех судов, включая пакетботы, вошла в Авачинскую бухту, врезающуюся в Камчатский полуостров. Заблаговременно на берегу бухты были построены жилые помещения, склады, в самой бухте оборудована новая гавань. Поселение на берегу Авачинской бухты наименовали по названиям кораблей «Святой Петр» и «Святой Павел». Возникший тогда, в 1740-м году, Петропавловский острог в 1812 году получил статус города с названием Петропавловская гавань. Позднее стал именоваться Петропавловским портом. При большевиках город получил свое современное название – Петропавловск-Камчатский.
Перезимовав в Петропавловском остроге, экспедиция двинулась на север по Тихому океану в поисках Американского берега. Судном «Святой Петр» командовал Беринг, а на «Святом Павле» командиром был Чириков. В тумане корабли потеряли друг друга, и поэтому каждый самостоятельно вел поиски американских берегов. Команда «Святого Петра» под началом Беринга ступила на американскую землю на острове Каяк. Сам командор, уже будучи больным, на сушу сходить не стал. Возвращаясь к берегам Камчатки, корабль Беринга попал в жестокий шторм. Моряки, полагая, что достигли Камчатки, пристали к одному из неизвестных островов, которые в будущем назовут Командорскими в честь великого командора Беринга. Зимовать пришлось в землянках на острове. Цинга косила команду. Люди умирали. 6 декабря 1741 года скончался сам капитан-командор Витус Беринг. Оставшиеся в живых моряки смогли построить из обломков разбитого штормом корабля новое небольшое судно. Весной они вернулись на Камчатку.
Капитан Чириков на своем корабле «Святой Павел» подошел к американским берегам на два дня раньше Беринга. Однако удобной бухты, где можно было поставить корабль, так и не нашли. Две отправленные одна за одной шлюпки с моряками к лесистым берегам Аляски пропадали бесследно. Чириков принял решение возвращаться…
Однако невозможно переоценить значение Великой Северной экспедиции. Мы рассказали о ней лишь очень малыми штрихами, скупыми обрывистыми строчками. Слишком объемным, неподъемным для простого пересказа является этот Подвиг, совершенный русскими моряками, учеными, монахами, простыми работниками, крестьянами.
Сегодня для кого-то подвигом кажется перелет на самолете из Москвы во Владивосток в рамках служебной командировки. Масштабов таких дел, как Первая и Вторая Камчатская экспедиции нам, вероятно, уже не видать.
Плодами Второй экспедиции стало не только открытие американского берега и подтверждение наличия пролива между Азией и Америкой. Были открыты и нанесены на карту Южно-Курильские острова, часть побережья Японии, отдельные участки Северного Ледовитого океана. Отряды экспедиции, исследовавшие Арктику, северные берега Сибири, добыли уникальные географические, этнографические, зоологические, ботанические и геологические знания о северной окраине Русской Евразии.
Все новые географические и этнографические открытия послужили тому, что проповедь Православия распространялась всё шире, достигнув берегов Аляски. Первая православная монашеская молитва на Аляске стала возможной благодаря Подвигу русского датчанина, лютеранина Витуса Беринга и его команды. С первой русской молитвы на Американском континенте начинается проповедь Евангелия на Аляске, в Калифорнии… Эта проповедь длится по сей день, просвещая умы и сердца всех народов Америки, Азии и всего мира.
Игорь Анатольевич Романов, Центр церковно-государственных отношений «Берег Рус»
Впервые опубликовано в газете «Русь Державная». №10. 2025
