29 декабря, на 89-м году жизни, после третьего инсульта, в больнице города Балахны остановилось сердце человека невероятной доброты и христианской веры, живописца, графика и иконописца Галины Алексеевны Скотиной. На протяжении месяцев, что она находилась в больнице, рядом с ней были сопереживающие люди, а священники её соборовали и причащали.
Это радость, что судьба хоть и поздно, но свела нас, познакомила. И это личное знакомство столько радости и душевного тепла привнесло в мою жизнь, что теперь я и представить не могу, как можно было бы прожить, не согревшись около этого по-детски открытого, чистого сердца, безмерно наполненного любовью ко всем ближним, ко всем живущим, ко всему чудесному миру природы, окружающего её.
С самой, казалось, наивной непосредственностью Галина Алексеевна могла восторгаться и цветением старых лип у невысоких двухэтажных деревянных домов, и разноцветностью булыжников после дождя на старой городской дороге, и весёлой игре мальчика, бегающего с пластмассовым мечём, размахивая им над головой (сюжет последней картины, задуманной Скотиной, который так до конца оказался не воплощённым на холсте).
Художник видела мир ярким, красивым, светлым… сказочным. И с творческой жадностью переносила его на бумагу, холст. Она видела его прекрасным творением Божиим. От этого так любила оформлять детские книжки – я и услышал-то о ней впервые в пору, когда мои девчонки были совсем малышками и играли ею оформленными книжками. Сколько же десятилетий с этого времени минуло!
Вера её была чистой и естественной. С какой радостью (и одновременно требовательностью) Галина Алексеевна создавало свой мир художника, с таким же трудолюбием и любовью она обращалась к миру духовному, создавая иконы. Написала она их множество. Только у меня их пять. А ещё у дочери, у внука. И всё корила себя за лень, за то, что мало работает. А когда я восхищался созданным Скотиной пятиярусным иконостасом в церкви Спаса Нерукотворного образа (старинный храм после десятилетий поругания возвратили Русской Православной Церкви), иконами для него, она отмахивалась: «Одна тётенька пять иконостасов написала, а я что – столько лет, с перерывами только один».
Такая строгость к себе была умилительной, потому что всё в ней было искренне – Галина Алексеевна действительно считала себя недостаточно трудолюбивой.
Для журнала «Вертикаль. XXI век» я дважды писал о Скотиной статьи («Духовное чадо отца Наума», «Иконы пишутся не торопясь»), много страниц посвящено встречам и разговорам с ней в моих дневниковых книгах «Путешествие за звёздами» и особенно «Сквозь годы, карауля время». Наконец, мне удалось выпустить в издательстве «Вертикаль. XXI век» альбом акварелей художника («Поэзия русского мира в акварелях Г.А. Скотиной»), содержание которого опять же открывается моей статьёй «Духовная и творческая красота особого русского мира».
Сильно «подкосила» Галину Алексеевну смерть любимого родного старшего брата. Как-то разом что-то погасло в её глазах. Тогда я впервые увидел Скотину плачущей. Но и тут тихо, сдержанно, смиренно и коротко. Погрустнела наша Галина. И тогда я начал ценить каждую встречу с ней, каждую свою поездку в Балахну, ожидая, что она может быть последней.
И всё-таки случившееся оказалось внезапным. Просто в квартире перестали снимать телефонную трубку. Я подумал, что хозяйка уехала в гости к родным (такое уже бывало раньше), но оказалось, что внезапная тяжёлая болезнь обрушилась на дорогого для меня и для всей нашей семьи человека.
Каждый раз при расставании у входной двери в квартиру, всю плоскость которой занимало изображение Ангела, Галина Алексеевна, благословляя, крестила мне лоб. После этого так хорошо становилось на душе, что хотелось обнять её, прижать к груди, как прижимают родного, дорогого тебе человека. Хотелось – но не делал этого. И лишь в одну из последних наших встреч, когда Скотина смогла меня проводить по тротуару всего лишь на расстояние одной автобусной остановки, я обнял и поцеловал в голову эту неповторимо-замечательную женщину. В ответ Галина Алексеевна улыбнулась.
31 декабря, в церкви Спаса Нерукотворного образа, в 10 часов 15 минут, под написанными ею иконами состоится панихида и мы в этой жизни простимся с Галиной Алексеевной Скотиной, которая уйдёт к Тому, кого так безмерно любила, чей созданный мир она так прославляла и к Кому всей душой стремилась.
От этого и горько (потому что расставание всегда огорчает) и радостно на сердце – потому что СВЕРШИЛОСЬ!
Валерий Викторович Сдобняков, член Союза писателей России, главный редактор журнала «Вертикаль. ХХI век», Нижний Новгород
_1.jpg)
