О Мариуполе писать не просто. Это какой-то необыкновенный город. Начать с его имени. В России всего три города носящие имя Марии: Мариинск – старейший город в Кузбассе, Мариинский Посад на Волге и Мариуполь на Азове.
Но если первые два города, строго говоря, названы в честь небесной покровительницы Императрицы Марии Александровны - св. Марии Магдалины, то с Мариуполем сложнее.
Императрица Екатерина Великая, даровавшая греческой общине, переселившейся из Крыма от турок, для жительства новый городок Павловск на Азове, удовлетворила просьбу епископа Игнатия и переименовала город в Мариуполь в честь своей невестки Марии Федоровны. Однако греки, пришедшие на новое место с иконой Божией Матери, считали, что это название посвящено Пречистой Богородице и всегда считали Покровительницей Мариуполя Божию Матерь. Эта икона впоследствии получила название Мариупольская Богородица.
Можно сказать, что Мариуполь – единственный город в России, носящий имя Пресвятой Богородицы. Одно это делает город особым градом Святой Марии. Кстати сказать, всех гостей города с южной стороны встречает уникальный въездной знак – скульптура святителя Игнатия с Мариупольской иконой в руках.
Поэтому к нему сразу возникает особое чувство близости. Здесь почему-то сразу же чувствуешь себя как дома. Я как будто оказался в родном городе. В Доме Богоматери невозможно чувствовать себя иначе.
Всё время трёхдневного пребывания в Мариуполе у меня внутри почему-то звучали слова известной песни: Это всё моё родное, это где-то в глубине.
С другой стороны, город потрясает своей трагедией. Ведь город за время боевых действий практически стерли с лица земли. От 60 до 90 процентов города было разрушено.
Мариуполь пережил настоящую голгофу. На улицах Мариуполя одновременно видишь множество разрушенных домов, и в то же время рядом стоящие восстановленные здания. Более того, целые кварталы частного сектора ещё даже не принимались восстанавливать, и в то же время целые микрорайоны уже восстали из пепла, или же построены заново на новом месте. Вот это сочетание руин и блистающих новых построек производит какое-то нереальное впечатление.
Здесь в Мариуполе переживаешь одновременно два противоположных чувства – и радость и боль, и скорбь и надежду.
Ты видишь два города вместе: в одном глазу – город, разрушенный войной, в другом – город, восстающий из пепла. Какая-то сюрреалистическая картина. Сознание начинает плавиться.
Об освобождении Мариуполя сейчас снимают немало фильмов. И для съёмок боевых действий никаких декораций не нужно. Натурные съёмки делают прямо на улицах города. Всё выглядит, как будто было вчера.
В беседах со священниками и людьми я спрашивал, что они чувствовали в те дни и месяцы во время боев и после освобождения. Один священник сказал мне: «Руки опускались. Город был в руинах. А сохранившиеся здания стояли чёрные от копоти огня. Казалось, родной город потерян навсегда. Казалось, его уже не восстановить... Это чувство не оставляло целый год. Только когда появились первые восстановленные здания, зажглись огни домов и магазинов, появилась вера, что город воскреснет...».
Я машинально согласился: «Как птица Феникс...»
Мой собеседник-священник неожиданно подхватил этот образ: «Да, именно как птица Феникс, которая, сгорая, возрождается вновь из пепла и праха. В раннем христианстве Феникс встречается на погребальных плитах, символизируя Христа и Богоматерь, выражая победу над смертью».
«Совершалась ли в храмах служба во время боев?» - спросил я.
«В самих храмах служить было невозможно. Всё простреливалось. Бывали прилёты, некоторые храмы разрушены. Но, несмотря на это, в кафедральном соборе святителя Николая служба совершалась в подвале храма. Служили под грохот артиллерийских обстрелов. Стены сотрясались. А службу не прекращали. И приходило много людей...», - рассказал священник.
Бродя по улицам Мариуполя, я невольно вспоминал и наш блокадный город Неве, который также пережил свою 900-дневную голгофу. Я смотрел на Мариуполь с мыслью, что также выглядел и наш любимый город в блокаду. Но даже Петербург всё-таки лучше сохранился после блокады, чем Мариуполь.
Здесь я понял, как неслучайно наши города стали городами-побратимами. У них не только много внешних общих черт: оба приморские города-порты, оба города – культурные центры своих регионов, оба города носят интернациональный характер населения, оба города носят имена святых: город святого Петра и город святой Марии. Но у наших городов ещё и какая-то общая историческая судьба: оба пережили страшные трагедии и оба восстали из пепла.
У Петербурга более 90 городов побратимов по всему миру, но я глубоко убежден, что побратимство с Мариуполем имеет для нас особый смысл. На самом деле это большая честь для Петербурга был побратимом многострадального града Мариуполя. Думаю, что со временем подвиг Мариуполя будет оценён званием города-героя.
Протоиерей Геннадий Беловолов, директор мемориальной квартиры-музея Иоанна Кронштадтского в Кронштадте, настоятель храма свв. апп. Петра и Павла в с. Сомино
Впервые опубликовано на странице автора в социальной сети
