Генеральный прокурор России Игорь Краснов заявил, что в России не происходит деприватизации частной собственности, Генпрокуратура возвращает государству «незаконно утраченные активы, сообщает ТАСС.
«Никакой деприватизации не существует. Мы возвращаем в казну незаконно утраченные государством активы. Люди, которые управляли производствами, не вкладывали деньги в развитие, полученные доходы выводили за рубеж <...> Они работали не на нашу страну», - заявил Краснов.
Ранее он сообщил, что в 2023 году Генеральная прокуратура России добилась возврата государству активов стратегических предприятий более чем на 1 трлн рублей. В интервью «Коммерсанту» генпрокурор отмечал, что с 2023 года Генпрокуратура добилась возврата в собственность РФ 15 предприятий в сфере военно-промышленного комплекса общей стоимостью свыше 333 млрд рублей, которые незаконно выбыли из владения государства, а в некоторых случаях попали под иностранный контроль.
Ситуацию прокомментировал в программе «Железная логика» на радиостанции «Вести.ФМ» Сергей Александрович Михеев. Материал под заголовком «На самом деле это и есть деприватизация» опубликован в блоге политолога.
«Если бы это была и деприватизация, что из этого? То, что государство вернуло себе эти предприятия, это правильно. Я думаю, что их надо ещё больше возвращать. Помню байки из 1990-х годов, когда говорили, что частный предприниматель будет управлять предприятием гораздо лучше, чем государство, и всё отдали частным предпринимателям. В результате многие частные предприниматели не то чтобы "лучше управлять", они вообще управлять ничем не стали! Всё обанкротили и продали на металлолом, а землю продали под застройку. Это в лучшем случае, а в худшем – просто бросили», - отметил политолог.
«Это всё оказалось обманом или благоглупостями, наивными иллюзиями. Поэтому то, что "15 предприятий отобрали", это ни о чем. Я думаю, что потенциально гораздо больше напрашивалось бы случаев (может быть, еще будут напрашиваться) возврата в собственность государства, если это нужно. Потому что очень многих стратегически важных предприятий нет. Это было преступление против национальных интересов России», - подчеркнул он.
«С одной стороны, я возврат поддерживаю. С другой стороны, мы все играем в слова: "нет, это не деприватизация". Какая разница? Пусть называется как угодно. На самом деле это и есть деприватизация. Что такое приватизация? Это передача из государственной собственности в частные руки. Что такое деприватизация? Это передача из частных рук в собственность государства. Такие моменты происходят часто и в западных странах (во Франции, в Великобритании периодически): например, то железные дороги отдают в частную собственность, то возвращают (частично) в государственную. Так же угольная отрасль, и таких случаев там много. А мы всё боимся какие-то слова произносить! Кого мы боимся? Я понимаю, когда играли в эти игры, например, в 2000-е годы, все рассказывали про иностранные инвестиции, что "нельзя даже говорить об этом, а то иностранные инвестиции не придут". А сейчас переживания с чем связаны? Разве огромная река иностранных инвестиций течет в нашу экономику, и если мы скажем не то слово, она потечет обратно?» - вопрошает эксперт.
«Вопрос о стратегии экономического развития: она должна отталкиваться от интересов государства, от интересов общества, а не от рыночных принципов. "Всё надо отдать в частные руки". Зачем? "Так будет лучше". Это еще поздно спохватились, потому что этот возврат происходит на фоне СВО, когда стало ясно, что мы по ряду направлений уперлись в пустоту. Неплохо было бы об этом думать заранее. Мало еще вернули – надо больше возвращать! Судя по интервью прокурора Игоря Краснова, Генпрокуратура работает», - заключил Сергей Михеев.
1.
Правда, дело идёт к тому, что закончится она трагедией - новым Октябрём...