Русофобское издание перешагнуло «красную линию»

Проводимая сегодня спецоперация Вооруженных сил РФ на Украине обнажила не только множество исторических нерешенных проблем, которые больно аукнулись современному миру, но и окончательно сорвала маску с международного «продвинутого» сообщества. Под эгидой «мира» сейчас в так называемых «цивилизованных» странах происходит попытка возродить идеи неонацизма в чистом виде с притеснением, унижением и угнетением россиян, сообщает ФАН.

Эти процессы затронули не только коллективный Запад, но и отечественных русофобов, долгое время прикрывавшихся либеральными идеалами. 23 марта издание «Новая газета», долго балансировавшее «на грани» в своей риторике, открыто опубликовало новый опус лондонского политолога отечественного «разлива» Владимира Пастухова, в котором он «трепанировал национальный череп» русского народа, оскорблял основополагающие ценности РФ и сам народ уничижительными высказываниями, содержащими признаки нарушения УК РФ в части экстремизма.

Труды Владимира Пастухова не впервые публикуются в одиозных изданиях, таких как «Новая газета». Также он не раз принимал участие в эфирах ныне закрытой по решению совета директоров радиостанции «Эхо Москвы». В своих работах долгое время преподающий в лондонском University College of London доктор политических наук уже не раз высказывал свое отношение к выбранному курсу страны и России в целом.

Так, в своей публикации от начала 2020 года в «Новой газете» философ активно критиковал инициативу Президента РФ о внесении изменений в Конституцию РФ в целях ее актуализации под современные реалии.

«Поспешно озвучив свои конституционные инициативы, Путин выступил в качестве конституционного спойлера, постаравшись перехватить и опошлить зреющую в недрах общества идею настоящей, а не фейковой конституционной реформы», — вещал Пастухов.

Будучи ярым сторонником «особенной федерализации» России, он еще в 2018 году предлагал «не на словах, а на деле вырваться из этого круга», уничтожив «фактическую унитарность» российской государственности. Конечной целью, по мнению лондонского специалиста, должна была стать не просто конституционная реформа, а «конституционная революция».

Про революцию вещал Пастухов и в 2021 году, причем не обошлось и без общих «либеральных» тезисов о терроре, Навальном (внесен Росфинмониторингом в реестр организаций и физлиц, причастных к экстремистской деятельности или терроризму) и «вот-вот уже завтра».

«А второе — то, что, в общем-то, начался революционный процесс. То есть стало понятно, что здание этой авторитарной системы стоит на довольно зыбкой почве. И было понятно, что это определенный перелом, это конец определенной политики, которая продолжалась где-то пять лет, и она во что-то должна вылиться».

Не гнушался Пастухов в своих трудах и темой повестки белорусских протестов 2020 года.

«Надежда нескольких постсоветских поколений на мирную смену неототалитарных режимов разбилась о чугунную ограду белорусского «кладбища революций», — заявлял политолог.

В целом через многие его труды красной нитью проходит закоренелая обида и злость на коммунизм. То там, то здесь мелькают уже привычные многим либеральные нарративы о советском тоталитаризме и угнетенных народах. Вероятно, именно поэтому политолог называет кровавый украинский Майдан «национальным освободительным движением». Однако в целом публикации Пастухова были вполне обтекаемыми и вписывались в понятие о свободе слова. Правда, истинная суть либерального философа открылась широкой публике именно с началом спецоперации ВС РФ на Украине.

Еще в начале марта в своем ТГ-канале Пастухов выложил пост с резкой критикой россиян, которые поддерживают проведение спецоперации ВС РФ, параллельно назвав их «психованными обывателями» и «стадом бизонов с измененным сознанием в сто миллионов безмозглых голов».

«Оно затопчет своих и чужих, снесет любого, кто попадется ему на пути. Обезумевшее от страха и поэтому невменяемое стадо бизонов — это новый политический факт из жизни современной России, ее новая реальность», — написал Пастухов.

Напрямую и без обиняков оскорбив миллионы россиян, он своим руками уничтожил так тщательно создаваемый образ интеллектуального либерала с «иной позицией». Как только «запахло жареным», маски благочестия и интеллигенции были сорваны — в ход пошла банальная русофобская риторика без оглядки даже на элементарный такт и правила приличия.

Дальше — больше. Уже 19 марта Пастухов недвусмысленно намекнул, что то самое «стадо бизонов» в будущем, возможно, придется люстрировать, причем не только самих «неугодных» людей, но и их идеологию.

«Из недобитого коммунизма вырос обыкновенный фашизм. Все тут уперлись в люстрацию людей. Может быть, и это придется делать. Но в первую очередь придется заняться люстрацией идей», — заявил псевдолиберал.

В публикации Пастухов не ограничился нетерпимостью и русофобскими выпадами. В ход пошла и «тяжелая артиллерия» в виде уже знакомых идей современного киевского постмайданного режима о «декоммунизации», процессы которой, по его словам, «совершенно очевидно станут содержанием всей следующей эпохи в истории России». То есть, по сути, он начал транслировать идеи уничтожения национальной истории и стремление к государственному перевороту — вместо «объективной» критики.

Правда, до инициатив сноса памятников Победы и заливания Вечного огня бетоном, как на Украине, публицист в своих изречениях пока не дошел. Однако, как оказалось всего спустя несколько дней, породил другие, не менее страшные и кощунственные постулаты, граничащие с откровенным экстремизмом.

Неудивительно, что очевидные предпосылки трансформации псевдолиберальных взглядов в откровенно русофобские привели к рождению опуса Пастухова «Операция «Русская хромосома», опубликованного на сайте издания «Новая газета» 23 марта.

Работа, по всей видимости, стала апофеозом пути псевдолиберальных выкладок и страха перед «призраками коммунизма», которые лондонский философ «местного разлива» транслировал на протяжении долгих лет.

Уже с первых абзацев работы становится очевидно, что Пастухов основательно вооружился философской «черепомеркой», аналогичной с риторикой многих «светлых умов» Германии времен 30-х — 40-х годов прошлого века. В тексте Пастухов с плеча рубит «проклятых большевиков», якобы навязавших русскому народу свою «радикальную, тоталитарную, латентно-националистическую идеологию». Да и сам народ философ вниманием не обделил, заявив, что само представление об уникальности русских «гипертрофировано», а роль и значение нации «переоценено».

«Одним из краеугольных камней новой идеологии является тезис о том, что только русская нация способна на создание полноценного суверенного государства», — пишет Пастухов.

По его мнению, русские на такое не способны: судя по всему, тут скрывается намек на «рабский менталитет», что, кстати, тоже является известным клише, активно используемым украинскими неонацистами в дискредитации России и народа. При этом политолог упустил важный момент: Россия является многонациональной страной, говорить в контексте ее создания лишь о русской нации не только в корне неверно, но и оскорбительно по отношению к представителям других национальностей, проживающих в России.

В своем сомнительном труде философ не упустил возможности оскорбить и православную церковь как один из столпов русской национальной идентичности. Ничего нового в этом нет, можно вспомнить хотя бы провокационное «выступление» участниц группы Pussy Riot — тогда их целью также была Церковь для нанесения максимально морального вреда россиянам, чтящим свою историю, религию и культуру. Пастухов, по сути, сделал то же самое, но виртуально.

«Русская Православная Церковь как организация, полностью дискредитировавшая себя поддержкой и оправданием террора, должна быть разгосударствлена организационно и идеологически, лишена какой-либо поддержки государства», — заявил политолог.

Более того, идеология войны, по Пастухову, оказалась равна идеологии нашего государства и идеологии насилия, тем более что в тексте то и дело проскакивают намеки на сравнение современной России с фашистской Германией.

Апофеозом же всего этого откровенного «мракобесия» стало очередное подтверждение Пастухова своих же мартовских тоталитарных высказываний о необходимости идеологических и физических люстраций. Он по факту предложил не просто ущемлять свободы граждан, а делать это тотально и с применением «жесткого табуирования».

«Но идеологическая люстрация должна быть тотальной. Принимая во внимание практически наркотическую зависимость русской ментальности от всякого рода холистских, мистических и тоталитарных воззрений, в России необходимо будет запретить хождение любых идей аналогичных, симметричных и тождественных тем, которые привели в своем развитии к обоснованию «специальной операции», — вещает Пастухов.

Как отмечает обозреватель ФАН, после прочтения невольно задаешься вопросом: а так ли страшны те самые «призраки» коммунизма, сталинизма и других -измов, которые настолько пугают нынешних последователей псевдолиберальных идей, что они готовы скатиться к откровенному тоталитаризму и даже неприкрытому фашизму в эфемерном создании очередной «прекрасной России будущего»?

Можно предположить, что причиной столь ужесточившейся риторики может являться тотальный вирус русофобии, распространившейся сегодня в западном мире. Может быть, говорится в публикации ФАН, российский политолог пытается вклиниться в новомодную струю коллективной ненависти к России и при этом не попасть в жернова ненависти ко всему, что связано с нашей страной, и вовремя занять «правильную» и «выигрышную» позицию в глобальном противостоянии?

Стоит также отметить и особый цинизм, который проявило издание «Новая газета», опубликовавшее этот явно русофобский опус. Оно уже не раз балансировало «на грани» в своих публикациях. Но теперь, вероятно, поддавшись новым русофобским трендам, перешагнуло красную линию, которую определили россияне, судя по колоссальному уровню поддержки проводимой спецоперации ВС РФ, подчеркивается в публикации ФАН.

При этом философские измышления Пастухова, имеющие признаки экстремизма, вряд ли грозят ему какими-либо серьезными последствиями в Лондоне. А вот для «Новой газеты» они вполне могут оказаться «лебединой песней», даже несмотря на, казалось бы, спасительную приписку в конце публикации о возможности несовпадения мнений автора статьи и редакции.