Уже через несколько часов после страшных утренних взрывов сотни людей собрались в центре Брюсселя. Разноцветными мелками они рисовали на асфальте главной площади бельгийской столицы сердечки, ставили горящие свечки и оставляли слова поддержки. «Остановите войну!», «Терроризм – стоп!», «Весь мир с вами!» - бесстрашно писали перед зданием старой биржи жители и гости Брюсселя. Мероприятие посетил и премьер-министр Бельгии, который также положил на асфальт свечку из «Икеи». А ведь мог вместо этого поехать в мусульманский район Моленбек на праздник, который идёт там с утра! Да, появляться в одном из районов европейского города Брюсселя в европейской одежде небезопасно, зато толерантно. Да и переодеться можно, благо мусульманская одежда всегда с собой. На всякий случай, вдруг уже завтра по шариату жить. Но премьер-министр смело пошёл со свечкой на площадь…
Глава Еврокомиссии вообще поразил всю еврокомиссию своей храбростью, зайдя в «Твиттер» и написав там: «Сегодня я бельгиец!». Не «ливанец», не «афганец», даже не «сириец», а «бельгиец»!..
Эйфелева башня в Париже окрасилась в цвета бельгийского флага… И в Мадриде что-то окрасилось. И в Вене, и в Амстердаме, и в Лондоне, в тех районах, где нет арабов. Нет, значит в Лондоне ничего не окрасилось… В чьи цвета Эйфелева башня будет краситься завтра? В немецкие? В итальянские?
А к бельгийским посольствам несут цветы и мягкие игрушки.
Ох, много ещё понадобится мягких игрушек…
22 июня 1941 года гарнизону Брестской крепости надо было не сопротивляться немцам. Нужно было взять в местной школе мелки и написать на стенах крепости: «Нет войне!» и «Фашисты - стоп!». А военному лётчику Николаю Гастелло надо было не таранить колонну фашистской техники, а нарисовать горящим самолётом в небе большое сердечко.
А Черчиллю с Трумэном, вместо открытия второго фронта, следовало просто сказать: «Сегодня мы русские!».
Немцы бы одумались и ушли домой.
А ещё раньше русским князьям надо было не воевать с татаро-монголами, а толерантно поселить их в своих городах, кормить, платить им дань и закрывать глаза на их преступления. А если закрыть глаза на преступление не получается, то хотя бы не называть национальность преступника.
И всё было бы по-другому.
А пока – прощай, Европа!
Салям алейкум, халифат!
Хотя, может быть, я ошибаюсь, и воины Аллаха, увидев эти сердечки и свечечки, сейчас в ужасе разбегаются по домам, что бы мирно пасти скот и копать арыки.
Илья Криштул, писатель, сценарист
Глава Еврокомиссии вообще поразил всю еврокомиссию своей храбростью, зайдя в «Твиттер» и написав там: «Сегодня я бельгиец!». Не «ливанец», не «афганец», даже не «сириец», а «бельгиец»!..
Эйфелева башня в Париже окрасилась в цвета бельгийского флага… И в Мадриде что-то окрасилось. И в Вене, и в Амстердаме, и в Лондоне, в тех районах, где нет арабов. Нет, значит в Лондоне ничего не окрасилось… В чьи цвета Эйфелева башня будет краситься завтра? В немецкие? В итальянские?
А к бельгийским посольствам несут цветы и мягкие игрушки.
Ох, много ещё понадобится мягких игрушек…
22 июня 1941 года гарнизону Брестской крепости надо было не сопротивляться немцам. Нужно было взять в местной школе мелки и написать на стенах крепости: «Нет войне!» и «Фашисты - стоп!». А военному лётчику Николаю Гастелло надо было не таранить колонну фашистской техники, а нарисовать горящим самолётом в небе большое сердечко.
А Черчиллю с Трумэном, вместо открытия второго фронта, следовало просто сказать: «Сегодня мы русские!».
Немцы бы одумались и ушли домой.
А ещё раньше русским князьям надо было не воевать с татаро-монголами, а толерантно поселить их в своих городах, кормить, платить им дань и закрывать глаза на их преступления. А если закрыть глаза на преступление не получается, то хотя бы не называть национальность преступника.
И всё было бы по-другому.
А пока – прощай, Европа!
Салям алейкум, халифат!
Хотя, может быть, я ошибаюсь, и воины Аллаха, увидев эти сердечки и свечечки, сейчас в ужасе разбегаются по домам, что бы мирно пасти скот и копать арыки.
Илья Криштул, писатель, сценарист
