2 ноября (старый стиль) 1860 года
между Россией и империей Цинн был заключен Пекинский договор, установивший
русско-китайскую границу. Поскольку заключенные ранее Айгунский и Тяньцзиньский
договоры (1858) не разграничили земли от Уссури до моря, правительство
Российской империи направило в Пекин для дальнейших переговоров дипломатическую
миссию во главе с графом Н.П.Игнатьевым.
Китай в это время переживал
трагические события. Нескрываемое неуважение западных стран к местным
традициям, варварское разграбление страны и торговля опиумом привели к т.н.
«Опиумным войнам», в ходе которых Англия и Франция при поддержке США добивались
своего полного владычества в регионе. Вторая «опиумная» война, разразившаяся в
1856 году, была крайне несчастливой для Китая. Между тем, Россия не спешила
вступать в альянс с западными странами в вооруженном выступлении против Цинской
империи, что не преминуло отразиться на создании конструктивной атмосферы во
время дипломатических контактов двух держав.
Используя благоприятную ситуацию, 16 мая 1858 года в городе Айгунь генерал-губернатором Восточной Сибири Н.Н.Муравьевым был заключен договор с Китаем, который имел огромное политическое значение, так как фактически пересматривал нерчинский договор 1689 года, по которому, в результате территориальных уступок, сделанных царевной Софьей (обернувшимися отторжением Приамурья), впервые была согласована граница между Китаем и Россией. Новый договор с Китаем возвращал России спорные земли, признавая нашей собственностью левый берег Амура от реки Аргуни до устья, а Уссурийский край от впадения Уссури в Амур до моря было решено оставить в общем владении впредь до определения границы. Таким образом, Айгунский договор юридически закреплял за Россией земли, с которых она была вынуждена уйти в 1689 году. Однако, во владении Китая все еще оставались русские земли по правому берегу реки Аргунь. За этот крупный дипломатический успех Муравьев получил титул графа Амурского.
В том же году графом
Е.В.Путятиным был подписан договор в Тяньцзине, который позволял вести
российско-китайскую торговлю не только по суше, но и морем. Русские корабли
получили доступ в китайские порты, в которых появились российские консулы. В
принципе, договор этот утверждал за Россией все те права, которых англичане,
французы и американцы стремились добиться от Китая военным путем.
Однако, оставалась серьезная проблема - Китай не спешил с ратификацией договоров, всячески затягивая ее. Преодолеть ее сумел энергичный 28-летний русский дипломат Н.П.Игнатьев (будущий министр внутренних дел России в 1881-1882 гг.), который, решив использовать роль посредника между китайцами и интервентами, в 1860 году сумел добиться не только ратификации предшествующих договоров, но и решения вопроса об Уссурийском крае.
Игнатьев убедил нуждавшиеся в российской поддержке китайские власти в необходимости своего посредничества, но обставил его условиями полного удовлетворения китайцами всех русских требований и согласованных с ним решений в предстоящих переговорах с союзниками. «Примите наши требования, - говорил Игнатьев, - обещайте следовать нашим советам в своих действиях и отношениях с союзниками, и я ручаюсь, что Пекин будет спасен, что манчжурская династия останется на престоле и что все ваши дела устроятся наилучшим образом».
Игнатьев проявил большое дипломатическое искусство, сумев вмешаться в переговоры между китайцами и англо-французами и создать видимость оказания услуги и тем, и другим. Более того, Игнатьев, проводя разграничения с Китаем, действовал по собственной инициативе, явно превышая имеющиеся у него полномочия. «По сути, Игнатьев ходил по острию ножа (...) Ему, безусловно, присущ был некоторый авантюризм, что нередко спасало его в сложных ситуациях. Игнатьев, впрочем, верил в свою счастливую звезду и не боялся рисковать», - отмечала в связи с этим историк В.М.Хевролина.
После того, как младший брат
китайского императора, бежавшего к тому времени из Пекина, принц Гунн принял
условия русского представителя, Игнатьев отправился в лагерь союзников и убедил
их отказаться от штурма китайской столицы и не настаивать на немедленном
учреждении постоянных посольств в Пекине. После этого был подписан договор «для вящего скрепления взаимной дружбы между
двумя империями, для развития торговых сношений и предупреждения недоразумений».
Итогом договора стало подведение «красной черты» - линии красного цвета,
которой была отмечена граница между двумя державами. В соответствии с договором
восточная граница между Россией и Китаем устанавливалась начиная от слияния рек
Шилка и Аргунь, вниз по течению Амура до места впадения в него реки Уссури.
Земли, лежащие по левому берегу Амура, объявлялись собственностью России, а по
правому берегу - Китая. Далее граница устанавливалась по рекам Уссури и
Сунгача, озеру Ханка, реки Беленхэ (Тур) и далее по горному хребту к устью реки
Хубиту и от этого места «по горам, лежащим между реками Хуньчунь и морем до
реки Тумыньцзян». Земли, лежащие к востоку от этой линии, объявлялись
территорией России, а к западу от нее - собственностью Китая.
Россия также получила право беспошлинной торговли вдоль всей восточной границы. «Русским купцам, - отмечалось в договоре, - сверх существующей торговли на Кяхте, предоставляется прежнее право ездить для торговли из Кяхты в Пекин. По пути, в Урге и Калгане им дозволяется также торговать, не открывая оптовой продажи. (...) Китайским купцам, если они пожелают, также дозволяется отправляться для торговли в Россию». Договор предусматривал, что «как русские в Китае, так и китайские подданные в России, в местах, открытых для торговли, могут заниматься торговыми делами совершенно свободно, без всяких стеснений со стороны местного начальства». При этом подчеркивалось, что «русские купцы в Китае, а китайские в России состоят под особым покровительством обоих правительств». Другими пунктами договора устанавливалась взаимная выдача преступников и перебежчиков, организация почты, взаимодействие приграничных администраций и т.п. В заключении