На IV Всецерковном съезде епархиальных миссионеров Русской Православной Церкви, который вчера завершил свою работу, отсутствовали практически все известные специалисты по деструктивным культам, такие как протодиакон Андрей Кураев, Александр Дворкин и другие, сообщает наш корреспондент, принимавший участие в работе съезда. Хотя работала специальная секция, посвященная борьбе с деструктивными культами, все ведущие знатоки этого вопроса отсутствовали. Это - главная особенность съезда. Видимо, это связано с последними скандалами и с определенной дискредитацией этого направления миссионерской деятельности.
Особенно бросалось в глаза отсутствие на рабочих заседаниях съезда протодиакона Андрея Кураева, которого некоторые считают едва ли не миссионером N1 в нашей Церкви. Причем, насколько нам известно, изначально он был приглашен на съезд. Об этом свидетельствуют хотя бы документы, которые были опубликованы на сайте Миссия.ru и на других ресурсах в период подготовки съезда. И участники съезда, судя по разговорам, ждали приезда известных миссионеров, однако никто из них так и не появился. Любопытно, что сам отец Андрей Кураев объясняет свое отсутствие тем, что ему надо было срочно лететь в Абхазию читать лекции. Понятно, что это отговорка, поскольку съезд был запланирован давно, и возможностей скорректировать план лекций у отца Андрея было предостаточно. Скорее всего, отсутствие на форуме отца протодиакона и других известных миссионеров связано с далеко не комплиментарной оценкой миссионерских экспериментов, прозвучавшей на открытии съезда в выступлении Святейшего Патриарха Кирилла и докладе протоиерея Николая Балашова.
На съезде было много интересных дискуссий, поскольку присутствовали настоящие миссионеры, без шума и пиара занимающиеся реальной миссией в своих епархиях. Они особенно активно обсуждали проблемы финансирования миссионерской деятельности на периферии, поскольку именно эти вопросы не решены на местах. Был организован мастер-класс, где делегатов обучали делу миссии. В целом, на съезде обсуждались реальные проблемы, которые стоят перед миссионерами.
В кулуарах было много разговоров о необходимости усиления координации миссионерской работы со стороны Синодального миссионерского отдела. Причем, отмечалось, что пока, увы, координирующая и методическая роль Миссионерского отдела почти незаметна.
Если отсутствие на съезде миссионеров-экпериментаторов многими участниками было воспринято позитивно, то активное участие кочетковцев посчитали тревожным симптомом. Представители Свято-Филаретовского института развернули на форуме большой киоск, в котором они рекламировали свою более чем сомнительную литературу. Среди прочего продавались многотомники по организации богослужения на русском языке. Это наводит на мысль, что у кочетковцев есть какие-то весьма влиятельные покровители.
Еще один тревожный симптом отмечался участниками съезда, - в деятельности Миссионерского отдела, по их мнению, прослеживается некая стратегическая линия на сближение Русской Православной Церкви с инославными, прежде всего, с англиканами. Наблюдается также тенденция по поиску «современных и передовых форм» в организации миссии. Однако, учитывая весьма негативную реакцию церковного народа на такие явления, апологеты «миссии без границ» вынуждены сейчас маневрировать, и особо «передовые» формы миссионерской деятельности теперь отодвинуты на задворки. К примеру, представителей Католической церкви, которой некоторые предлагают подражать в деле организации миссии, на съезде заметно не было. В целом, можно провести аналогию со знаменитым тезисом «шаг вперед, два шага назад», и сейчас, по-видимому, делаются именно шаги назад.
Подводя итог съезда, можно сказать, что нетрадиционные формы миссионерской деятельности, которые вызывают, как минимум, настороженное отношение церковного народа, не рассматривались на нем в качестве главного направления. И в целом, конференция носила не экспериментальный, а сугубо практический характер.
Особенно бросалось в глаза отсутствие на рабочих заседаниях съезда протодиакона Андрея Кураева, которого некоторые считают едва ли не миссионером N1 в нашей Церкви. Причем, насколько нам известно, изначально он был приглашен на съезд. Об этом свидетельствуют хотя бы документы, которые были опубликованы на сайте Миссия.ru и на других ресурсах в период подготовки съезда. И участники съезда, судя по разговорам, ждали приезда известных миссионеров, однако никто из них так и не появился. Любопытно, что сам отец Андрей Кураев объясняет свое отсутствие тем, что ему надо было срочно лететь в Абхазию читать лекции. Понятно, что это отговорка, поскольку съезд был запланирован давно, и возможностей скорректировать план лекций у отца Андрея было предостаточно. Скорее всего, отсутствие на форуме отца протодиакона и других известных миссионеров связано с далеко не комплиментарной оценкой миссионерских экспериментов, прозвучавшей на открытии съезда в выступлении Святейшего Патриарха Кирилла и докладе протоиерея Николая Балашова.
На съезде было много интересных дискуссий, поскольку присутствовали настоящие миссионеры, без шума и пиара занимающиеся реальной миссией в своих епархиях. Они особенно активно обсуждали проблемы финансирования миссионерской деятельности на периферии, поскольку именно эти вопросы не решены на местах. Был организован мастер-класс, где делегатов обучали делу миссии. В целом, на съезде обсуждались реальные проблемы, которые стоят перед миссионерами.
В кулуарах было много разговоров о необходимости усиления координации миссионерской работы со стороны Синодального миссионерского отдела. Причем, отмечалось, что пока, увы, координирующая и методическая роль Миссионерского отдела почти незаметна.
Если отсутствие на съезде миссионеров-экпериментаторов многими участниками было воспринято позитивно, то активное участие кочетковцев посчитали тревожным симптомом. Представители Свято-Филаретовского института развернули на форуме большой киоск, в котором они рекламировали свою более чем сомнительную литературу. Среди прочего продавались многотомники по организации богослужения на русском языке. Это наводит на мысль, что у кочетковцев есть какие-то весьма влиятельные покровители.Еще один тревожный симптом отмечался участниками съезда, - в деятельности Миссионерского отдела, по их мнению, прослеживается некая стратегическая линия на сближение Русской Православной Церкви с инославными, прежде всего, с англиканами. Наблюдается также тенденция по поиску «современных и передовых форм» в организации миссии. Однако, учитывая весьма негативную реакцию церковного народа на такие явления, апологеты «миссии без границ» вынуждены сейчас маневрировать, и особо «передовые» формы миссионерской деятельности теперь отодвинуты на задворки. К примеру, представителей Католической церкви, которой некоторые предлагают подражать в деле организации миссии, на съезде заметно не было. В целом, можно провести аналогию со знаменитым тезисом «шаг вперед, два шага назад», и сейчас, по-видимому, делаются именно шаги назад.
Подводя итог съезда, можно сказать, что нетрадиционные формы миссионерской деятельности, которые вызывают, как минимум, настороженное отношение церковного народа, не рассматривались на нем в качестве главного направления. И в целом, конференция носила не экспериментальный, а сугубо практический характер.
1. Re: Миссионерский съезд носил не экспериментальный, а сугубо практический характер