От Пюхтицы до Горней: крест игуменьи Георгии (Щукиной)

Игуменья Георгия (Щукина)  Инокиня Евгения (Сеньчукова) 
0
25.11.2013 422
За спиной настоятельницы Горненского монастыря в Иерусалиме игуменьи Георгии (Щукиной) - три обители. Пюхтица, Свято-Духов Виленский монастырь и Иоанновский монастырь на Карповке, где с 1988 года существовало подворье Пюхтицкого монастыря. Матушка пришла в Свято-Успенский Пюхтицкий монастырь в 1949 году. В 1992 она была назначена настоятельницей Горненского монастыря.

О своем пути, начиная с первых шагов в качества пюхтицкой послушницы до первых лет управления русской обителью Святой Земли, матушка Георгия рассказала корреспонденту и читателям Правмира.

Игумения Георгия (Щукина)

Игумения Георгия (Щукина)

Пюхтица и Горняя

Пюхтица никогда не закрывалась, как и Горненский монастырь, и как Горняя, это святое место. Как в Горнюю Матерь Божия пришла «со тщанием, и целова Елисавет», так и Пюхтицу избрала.

Когда-то на этом месте эстонские пастухи пасли стадо и вдруг увидели необыкновенной красоты женщину. Явилась она непонятно, откуда, вся в сиянии. Они удивились, попытались приблизиться к ней - и она стала невидима. На второй день это видение повторилось. Они опять стали приближаться - стало ничего не видно. В это время шли русские крестьяне. Эстонцы рассказывают им о своем видении, они вместе подходят к месту, где стояла женщина, и видят - лежит икона Успения Божией Матери. Эстонцы - лютеране, они иконы не почитают. Икона досталась русским крестьянам. Здесь и начала создаваться Пюхтицкая обитель.

Игумения Георгия (Щукина)

Святой Иоанн Кронштадтский и Патриарх Алексий II - покровители Пюхтицы

Отец Иоанн Кронштадтский очень любил это место - приезжал, благословлял его. По его благословению и начали там создавать общинку, а потом и строить монастырь. Один раз во время проскомидии батюшка поцарапал копием палец и сказал, что Пюхтица будет стоять до второго пришествия, и что здесь прольется мученическая кровь. Мы, пюхтицкие сестры, знаем, что в последнее время так и будет.

Господь сподобил меня в 1949 году поступить в Пюхтицу. Тогда было мало монастырей: Пюхтица, Рижская пустынь, несколько монастырей на Украине, в Белоруссии. Всего семь или восемь монастырей.

Множество обителей открылось позже, при покойном Патриархе Алексии, Царствие ему Небесное. Мы с матушкой Варварой (Трофимовой - настоятельница Пюхтицкого Успенского монастыря с 1968 по 2010 годы) его всегда поминали. У нас давняя духовная дружба.

Игумения Георгия (Щукина)

В свой день рождения, 23 февраля, он, еще будучи Таллинским и Эстонским архиереем, всегда приезжал в Пюхтицу, и мы, две Валентины (имя обеих матушек в миру - М.С.), его поздравляли. А он поздравлял нас - в этот же день у нас был день Ангела.

Митрополит Алексий постригал меня в мантию. Имя святого Георгия я получила раньше, при постриге в рясофор - его совершал предшественник владыки, владыка Роман Таллинский и Эстонский. Так что мой праздник - Георгиев день.

В Пюхтице Георгия Победоносца особенно чтили - там даже часовенка в его честь есть. После праздничного молебна обязательно ходили крестным ходом на скотный двор, освящали там скотинку, а после этого в первый раз после зимы выпускали коровушек в поле.

Две Валентины

Между постригом в рясофор и мантию я несла послушание в Вильнюсе. Даже никогда не думала, что там окажусь!

В Пюхтице еще до пострига я несла послушание келейницы, жила в игуменском у матушки Рафаилы. Однажды приехала одна девушка, постучалась в игуменский, просится к матушке. «Я, - говорит, - из Луги, это под Ленинградом. Я там с родителями живу. Я хотела с матушкой поговорить».

Я доложила матушке игуменье, а она говорит: «Валя, ты с ней поговори, дай ей чайку, а потом я освобожусь, ее приму и поговорю». Я привела ее в келью и стала расспрашивать.

Игумения Георгия (Щукина)

Звали ее Валентина. Она рассказала, что была в Вильнюсе у сестры Любы и узнала, что там есть женский монастырь святой равноапостольной Марии Магдалины. Там настоятельницей была восьмидесятилетняя матушка Нина, очень духовная старица, духовная дочь отца Амвросия Оптинского. Валя стала к ней проситься. Матушка говорит: «Приходи, я тебя беру. Где ты живешь, сколько тебе лет, что ты делаешь, где работаешь?» Она отвечает: «На почте бухгалтером работаю, в храме на клиросе пою».

Сестер в обители мало, человек десять - за ящиком стоять некому, петь и читать некому. Матушка Нина обрадовалась: и певчая, и бухгалтер! Говорит: «Приходи!». Валя идет домой, рассказывает сестре, что матушка Нина ее берет в монастырь и говорит: «Я сейчас поеду домой в Лугу, возьму расчет и вернусь сюда».

Валя уехала, оформила расчет, стала собираться - и вдруг от Любы письмо: она тоже видела матушку, с ней беседовала, и матушка сказала, что ей такие не нужны. Та удивилась: то она обрадовалась, сказала: «Приходи», - а тут вдруг Любе сказала, что ей такие не нужны. Но родной сестре поверила. Узнав, что есть Пюхтица, приехала к нам. Матушка Рафаила ее приняла: «Приходи, мы берем». Было это в 1952 году.

Мы с Валей очень сошлись. Вместе пели на клиросе. Я - первым сопрано, она вторым. Сестры очень любили нашу череду. Она неплохо пела, я тоже - нигде не училась, но, вроде, голосенок был.

Проходит год, второй, третий, меня уже в рясофор постригли... Вдруг Валя получает из Вильнюса от матушки Нины письмо: «Валя, как ты очутилась в Пюхтице? Я тебя так ждала!» Она ничего не понимает...

Осенью, когда закончились все работы, мы с Валей попросили благословения поехать в Вильнюс.

В доме Царицы Небесной

Надо сказать, в то время пюхтицкие сестры все делали сами, вручную: пахали, боронили, косили. Не было ни трудников, ни рабочих. Было тяжело, но, слава Богу, сестры помнили слова батюшки Иоанна Кронштадтского: «Безропотно несите послушание - три шага до Царствия Небесного». Помню, идем мы с полевщицей, матерью Анной, она горстями сеет, а я сзади иду с ведерком и палочкой на веревочке - границу засеянной территории прочерчивать...

Хлеб и просфоры тоже пекли сами. В просфорне у нас трудилась монахиня Ираида - она с 14 лет жила в монастыре, еще до революции - по благословению батюшки Иоанна Кронштадтского.

Мы вместе просфорки резали, и она рассказывала, как пришла в обитель: «Я с родителями приехала на Святую гору в честь Успения Божьей Матери, на праздник Успения Божьей Матери. Монастыря еще не было, Эстонский владыка только часовню на месте, где Матерь Божия явилась пастухам, поставил.

В хорошую погоду всенощную прямо на горе и служили. Отслужили всенощную, совершили общую исповедь. Родители меня на тележку спать положили, сеном прикрыли. Я и уснула.

Вдруг передо мной является монахиня - не монахиня - дивно красивая женщина - и говорит: „Дочь Ирина, хочешь быть Моей служанкой и жить в Моем доме?" - „Хочу", - говорю. Она еще ближе ко мне подошла, положила ручку на голову и говорит: „Приходи". И вдруг стала невидима.

Я рассказала родителям о своем видении, они меня благословили, я и пришла. Мне и пятнадцати лет не было. А потом батюшка Иоанн благословил собор строить, сестер стало больше приходить...».

Игумения Георгия (Щукина)

Я слушала эти рассказы и думала: «Господи, какая я недостойная! Ее же сама Матерь Божья позвала к Себе жить! И я тоже живу в доме Царицы Небесной».

Что должны монахини атеистическому государству

В Пюхтицу очень часто приезжал Святейший Патриарх Пимен - он был нашим наместником, сам совершал постриги. Его любили. Он был очень одаренный: стихи писал, вышивал, регент был, голос был прекрасный.

Помню, я была еще послушницей, уполномоченный дал такое распоряжение: заготовить государству сколько-то кубов дров. А у нас, как я говорила, ни рабочих, ни трудников, сестер мало. А ведь нам надо было запасти и в хлебную, в просфорню, в богадельню, в церковь, в игуменский.

Сестры из леса идут - на себе несут «шабашку», как мы ее называли - бревно, каждая по своей по силе. Если я на лошадке сегодня работаю, сено вывозить или дрова - я свою шабашку на казенную клала. Тогда хорошо было: до обеда два рейса, после обеда два, три-четыре шабашки в день выходило.

Как-то меня попросили: «Валя, сходи, помоги, пожалуйста, в лес, попили там». Я пошла, а к вечеру возвращаюсь, смотрю - машина у игуменского стоит. Думаю: кто приехал? Черным ходом обежала, вхожу, и матушка говорит: «Валя, быстренько переодевайся, отец наместник из Печор приехал, Пимен. Надо обед подавать!».

Я быстро хитон сбросила, понесла обед. Подхожу под благословение, раскрасневшаяся с мороза. А отец Пимен спрашивает: «Что-то сестра Валентина такая и холодненькая, и красненькая?» Матушка просит: «Отец архимандрит, помолитесь! Так тяжело! Она моя келейница, а я сегодня ее послала даже в лес пилить. Рук не хватает, сестер мало, так еще и государству надо дрова сдавать».

Игумения Георгия (Щукина)

Он удивился, а после обеда говорит: «Матушка, благословите, я на несколько часов отлучусь, а на ночь я вернусь, переночую. Завтра я литургию послужу, молебен послужим».

И вот он вечером возвращается, и матушке игуменье говорит, что в Ревеле (Таллин тогда еще Ревелем называли) встретился с уполномоченным, рассказал, какие сестры несут труды: «Молодые такие девочки! Пилят, колют, и даже игуменья посылает своих келейниц».

Утром собрались сестры, он совершил Литургию и говорит: «Сестры, поблагодарим Царицу Небесную за Ее милость, любовь, заботу. Все нормы с вас сняты». Все на колени упали: «Спаси вас Господи!» - «Благодарите Царицу Небесную!».

«Есть в далекой земле небольшой монастырь...»

Он любил нас, написал несколько стихов про Пюхтицу:

Есть в далекой земле небольшой монастырь,

посвященный Владычице Деве...

Положил на ноты, и мы всегда это пели потом.

Когда нашим епископом Таллинским был Алексий (Ридигер), и надо было тоже Пюхтицу спасать от закрытия, он привозил группы то из Германии, то из Швейцарии. Отстоят, службу послушают, а потом на общей трапезе владыка просит: «Мать Георгия, спойте „Есть в далекой земле небольшой монастырь"».

Игумения Георгия (Щукина)

А после того, как он нас от норм освободил, помню, владыка Пимен послал нам машину из Печор, где он наместником был, и пятнадцать человек нас, пюхтицких певчих, везет туда. Помолиться, в пещеры сходить, преподобным поклониться. Мы там провели три дня - пели, в общей трапезе участвовали. Такую духовную радость он нам подарил. С отцом Иоанном (Крестьянкиным) я потом и в Вильнюсе встречалась, и переписывалась.

В Вильнюс на недельку

Но я отвлеклась от Вильнюса.

Убрали мы картошку, вспахали поля, Валя мне и предложила: «Георгия, давай у матушки Ангелины (после матушки Рафаилы игуменья наша) в Вильнюс на недельку попросимся?». Я согласилась. Она на недельку нас отпустила.

Приезжаем, встречает нас матушка Нина (ей уже почти девяносто лет было!), удивляется и говорит Вале: «Как ты? Я тебя жду-жду, а ты вдруг оказалась в Пюхтице». Валя отвечает: «Матушка, вы же моей сестре Любе сказали, что я вам не нужна!». Матушка крестится: «Я такого не говорила». Оказалось, сестра специально так сказала, чтобы Валя вообще не шла в монастырь.

Валя спрашивает матушку: «А сейчас бы взяли?» - «Конечно, я бы тебя взяла! Я уже совсем старею, а все на мне». И действительно: петь некому, всего две девушки поступили, сестер мало, а ведь еще надо и отчеты составлять - времена-то хрущевские. Вот девяностолетняя игуменья сама все и делает. Вот она Вале и говорит: «Собирайся и приезжай».

Игумения Георгия (Щукина)

Я в слезы: «Матушка, и меня возьмите!» - очень уж мы с Валей друг к другу расположились: вместе пели, вместе послушания несли... Дружили - прямо одна душа, одно сердце. А матушка отвечает: «Сестра Георгия, ведь скажут, что игуменья Нина переманивает сестер! Надо волю Божию знать. Как Царица Небесная благословит».

Вернулись в Пюхтицу, стали проситься у матушки Ангелины. Валю она сразу благословила, а меня вся Пюхтица стала уговаривать: «Георгия, куда ты нас бросаешь?» - очень уж им нравилось, как я хором управляю.

Благословение Матери Божьей

Валентина уехала, а я плачу и прошу все время Матерь Божию: «Что мне делать, подскажи!» Тогда мне наш батюшка посоветовал: «Напиши две записочки: „Есть благословение ехать", на второй: „Нет благословения". Положи их вечером к чудотворной иконе Успения. А утром, после Литургии, какую первую возьмешь, то и исполнишь».

После вечерней службы батюшка открыл икону и положил мои записочки к Матери Божьей. Я всю ночь и все утро проплакала: «Как Тебе угодно! Да будет Твоя святая воля». И вот батюшка открыл икону, я взяла записочку, развернула и прочитала: «Есть благословение». Господи, какая радость!

Я сестрам говорю: «Сестры, милые, поеду - не знаю, на сколько, но благословение Матери Божьей есть». И уехала.

Георгия и Варвара

Там управляла хором, пела, вышивала.

Шли хрущевские времена, и монастырь закрыли. Было жаль - красивейшее местечко «Новый свет», на горе - прямо как здесь, в Горней. Нас перевели в мужской Духов монастырь. Братья освободили нам корпус. Матушка Нина, я, мать Варвара, матушкина племянница Ангелина, которая с девяти лет жила с ней и была келейницей, поселились в покоях отца наместника - отца Михаила Воржанского (позже - епископа Виленского Антония). Он перешел наверх, в митрополичьи покои, а нам на первом этаже оставил свои.

Игумения Георгия (Щукина)

В Духовом монастыре мы тоже пели. По будням чередовались братья, а мы в праздники, с архиерейским хором.

Я вышивала тапочки Виленским мученикам: уже пятьсот лет лежат нетленные мощи трех братьев - двух родных и двоюродного. А отец наместник эти тапочки потом паломникам раздавал, благословение.

Там, в Духовом монастыре, и постригли нашу Валентину с именем Варвара. Она несла послушание в епархии.

Назад, в Пюхтицу

В 1968 году приехал из Таллина (он тогда еще Ревель назывался) наш Алексий - Таллинский архиерей, будущий Патриарх. Узнал, что здесь стоит монастырь, где пюхтицкие сестры живут, и решил навестить. Сначала он с матушкой Ниной повстречался, повидался, потом с нами. Стал расспрашивать, какие мы несем послушания, чем занимаемся. Мы побеседовали, рассказали все, попрощались, и он вечером в Москву уехал. Он же тогда в Отделе внешних церковных связей трудился.

Через день - звонок из Москвы. Матушке Нине сообщают, что мать Варвара срочно вызывается в Москву, в ОВЦС. Мы удивились: что такое? Поехала она, и оказалось, ей предлагают в Иерусалим ехать, игуменьей - здесь игуменьи пять с половиной лет не было, да и сестер мало. Она отказалась. И тогда ее назначили в Пюхтицу. Мать Варвара перезванивает мне изумленная: только что ведь владыка был, ничего не говорил...

Игумения Георгия (Щукина)

Патриарх Алексий I ее благословил, передал нашему владыке Алексию крест, чтобы он посвятил ее в сан игуменьи. Было решено, что в Крещенский сочельник они поедут в Таллин, а в сам праздник Крещения Господня в соборе Александра Невского состоится ее посвящение, а оттуда уже в Пюхтицу. И решили взять меня туда же.

И братья, и сестры Духова монастыря жалели нас отпускать, скорбели - любили, как мы пели. Матушка Нина вообще слегла. Ей уже девяносто шесть лет исполнилось. А перед этим она все время видела кресты. Только задремлет - звонит в звоночек. Подходила либо келейница, либо я, а она пальчиком показывает: «Ой, вот этот крест я не переживу, вот этот крест я не переживу. Что меня ждет?» Когда она узнала, что мы уезжаем, очень переживала: «Что ж вы меня оставляете?..« - «Матушка, ну не наша воля, благословение и патриарха Алексия!».

Через две недели после нашего отъезда матушка скончалась. Новой игуменьей была поставлена ее келейница и племянница - сестра Ангелина, которая с отрочества жила в монастыре.

Восстановить храм за две недели

Так мы с матерью Варварой и не расставались. Приехали - она меня своей помощницей назначила, казначеей и благочинной, а владыка опять поставил хором управлять. Сам и в мантию меня постриг, а имя оставил в честь Георгия Победоносца.

Вместе мы трудились двадцать лет. А в 1988 году, когда отмечали тысячелетие крещения Руси, наш митрополит Таллинский и Эстонский нас с матушкой Варварой пригласил и благословил поехать в Москву на торжества. Служба, прием, а потом поехали к нему в гости.

Игумения Георгия (Щукина)

У него на Ленинградском шоссе была квартире на семнадцатом этаже. Сидим, обедаем все вместе - сам владыка, мы с матушкой, келейник его и иподиакон - он теперь архиепископ Истринский Арсений, одна из мирянок, сотрудниц отдела - Лидия Константиновна, Царствие ей Небесное. И тут владыка спрашивает: «Сестры-матушки, вы не хотите иметь Пюхтицкое подворье?» Мы удивились: «Владыка, где же?» В Таллине было раньше подворье, очень красивое, но его взорвали в 1960 году. У владыки Алексия архиерейская хиротония была на полгода позже, в 1961-м, а то бы он не допустил... В Санкт-Петербурге было когда-то в гавани наше подворье, но там тогда универмаг стоял. Я говорю: «Владыка, кто же нам отдаст универмаг?»

Тогда владыка Алексий достает ключи, кладет вот так и говорит: «Матушки, вот ключи Иоанновского монастыря на Карповке в Ленинграде, где покоится наш дорогой батюшка Иоанн Кронштадтский. Через две недели, 1 ноября, престол, память Иоанна Рыльского, небесного покровителя батюшки. Этот храм надо восстановить. И это ваше Пюхтицкое подворье». Мы ахнули: «Владыка, как?!« - «Сестры, матушки, постарайтесь, пожалуйста! Будем освящать ваше Пюхтицкое подворье».

И меня старшей монахиней назначил. «Мать Георгия, уж пожалуйста, сделайте!»

Вечером должен был состояться какой-то концерт. Мы говорим: «Владыка, простите, мы на концерт не пойдем, а благословите нас сразу поехать в Ленинград». - «Ну, матушки, смотрите. Помогай вам Бог. Но постарайтесь к Иоанну Рыльскому сделать».

Двенадцать организаций и одно подворье

Я сама питерская, меня весь Ленинград знает, у меня и сейчас родственники там живут. Моя сестра Лидочка с семьей (у нее пятеро детей было) - мои первые помощники. Они жили недалеко от Карповки, на Кировском проспекте. Лидочка встретила нас утром на вокзале, и мы, не заезжая домой к Лиде, сразу же поехали на Карповку.

Господи... Не знаем, куда как войти, где найти этот храм! Одну дверь откроем - сарай, другую - сарай. Грязища, вонища, там бомжи жили. И там же еще двенадцать организаций.

В конце концов, открыли храм. Смотрим: Господи, помилуй! - одна перегородка, вторая перегородка, голуби летают, из одного окна кабель, из другого... Ни стекол, ни рам - ничего. Мусору - по колено! А это храм Иоанна Рыльского.

Начали разбирать. Обзвонила всех знакомых, кого только могла: всех родственников, двоюродных, троюродных: «Берите ведерки, тряпочки, топорики, все несите, будем вычищать!».

Игумения Георгия (Щукина)

Потом позвонила в семинарию - там тогда отец Владимир Сорокин был инспектором. Говорю: «Батюшка, благословите! Я вам звоню с Карповки, с Иоанновского монастыря». Он не понимает: какой монастырь? Почему на Карповке? Я объясняю: «Батюшка, нам его передали как Пюхтицкое подворье. Через две недели память Иоанна Рыльского. Владыка благословил восстановить. Помогите, пожалуйста. Дайте ребяток». Каждый день к нам на семинарской машине приезжали десять семинаристов с топориками и отбивали одну стенку, вторую, амвон расчищали... Отбивали, пилили, выносили. Я заказывала машину, и мусор сразу вывозили.

Потом пол подняли. Господи, что за пол! Бабульки меня утешают: «Мать Георгия, мы помоем, можно покрасить, коврики положить, и все будет хорошо». Я сомневаюсь: «Не знаю, надо проверить». Вроде идешь - нормально. А к стеночке к одной подошла - там что-то трещит. Подняла одну половицу - а там опять мусору по щиколотку...

Что ж, семинаристы и это все сняли, мусор мы в ведра собрали, а стали подметать - и, представляете, оказывается, благодаря тому, что было столько насыпано, сохранился старинный мозаичный пол! Мы его помыли, я коврики купила. А владыка наш приехал и прямо в восторге: «Мать Георгия, какой пол! Никаких ковров, ничего не надо!»

Иконостас был очень скромный. На Карповке сейчас служит отец Никон, он тогда писал иконы. Простенько: на досках, фанере... Покрасили, и вскоре было освящение.

Питерцев 1 ноября много собралось. Никто не мог поверить, что наконец передали Иоанновский монастырь! Там будущий патриарх Алексий II наградил меня крестом с украшениями, хотя игуменьей я еще не была.

Игумения Георгия (Щукина)

А после празднования мы спустились в усыпальницу батюшки Иоанна Кронштадтского - уже там стали разгребать, выносить... Что там творилось - жутко. Парты, какие-то будки, столы, табуретки, туалеты переливаются, вонь, бомжи тоже жили... Справились с Божией помощью.

Отец Николай Гурьянов: сосватают Варварушку!

Отца Николая Гурьянова я знала с 1955 года, когда приехала в Вильнюс. Он тогда там жил, служил в храме в местечке Гегобросты. Русских вокруг было мало, певчих ему не хватало, и на престол или на иные праздники он просил матушку Нину: «Матушка, благослови, пуская Георгиюшка приедет - поможет попеть». Я к нему и ездила, помогала на всенощных.

Он еще молодой был, но Господь ему уже многое открывал. Он очень почитал матушку Нину и часто к ней приходил за духовным утешением, поддержкой. Ну и сестер чему-то учил, что-то рассказывал. Подойдет к какой-нибудь сестре и пальчиком пригрозит: «А ты что задумала? Нет-нет-нет, благословения нет!». Откуда знает, что она задумала?

А как-то раз говорит: «Матушку Варвару будут сватать. Ой, как будут сватать Варварушку!». Матушка Нина не поняла: «Батюшка, куда сватать?» - «Ой, матушка, как будут сватать!» А вскоре наш владыка Алексий (Ридигер) приехал и в Пюхтицу мать Варвару «сосватал».

Иерусалимский крест

Потом я к батюшке тоже ездила. Он меня так ласково звал: Георгиюшка. И со всеми он говорил так ласково.

Как-то раз приехала я к нему. Он уже на острове Залит жил. У него домик деревянный, как в деревне, мебели нет. Вот он зовет: «Георгиюшка, пойдем, чайку попьем». Чайку попили, говорит: «Пойдем, Матери Божьей помолимся». Пошли к нему в храм. У него там большая икона, прямо как дверь, Смоленская Одигитрия, слева от входа. Я помолилась, поклонилась, приложилась.

И вдруг он берет меня за руку и в алтарь ведет! Я ничего не смею сказать и только молюсь про себя: «Господи, помилуй! Зачем мне в алтарь?» Сбросила туфли, стою у двери. Он перед престолом поклон кладет - и я у двери поклон кладу. Он второй - я тоже поклон. А с правой стороны от меня стояла у него небольшая круглая печка, а рядом крест металлический стоял. И вот как я третий поклон положила, батюшка сзади меня за спиной прошел, крест тот взял да мне на спину положил. И мне не встать.

Потом поднимает и говорит: «Георгиюшка, это твой крест игуменский. Неси-неси, Господь поможет. Твой игуменский Иерусалимский крест». Так и сказал.

Игумения Георгия (Щукина)

В Иерусалим!

Вот на Карповке мы все восстанавливали к прославлению батюшки Иоанна Кронштадтского. Святейший попросил: «Мать Георгия, постарайтесь побыстрее отремонтировать покои отца Иоанна Кронштадтского. Чтобы мне останавливаться не в епархии, а в Иоанновском монастыре». Они находились на втором этаже. Там же и моя комната была. Люди, которые его еще до революции знали, стали его вещи, какие удалось сохранить, приносить: письменный стол, митру, шубку...

Наконец, все восстановили. Я докладываю: «Ваше Святейшество, уже паркет положили, лак высох, можно ходить. Приезжайте к нам!» - «Спаси Господи, мать Георгия, вас за труды! - отвечает он. - А теперь вам надо потрудиться в Иерусалиме в Горненском монастыре».

Господи, помилуй! Я чуть заикаться не стала от такой неожиданности! А он повторяет: «Мать Георгия, надо потрудиться восстанавливать Горненский монастырь. Пять с половиной лет не было игуменьи».

Благодать иерусалимская

Мать Феодора, которая была до меня, прослужила здесь всего пару лет. Сейчас она в Твери, в Вышнем Волочке.

Приехали мы со Святейшим в 1992 году, на Вербное воскресенье. А в Великий вторник мы его уже провожали.

Ни туристов, ни паломников не было, поэтому первый мой Благодатный огонь хорошо помню: тихо, спокойно стояли у самой Кувуклии. Только местные христиане, горненские сестры и несколько гречанок. Получали Огонь из рук самого покойного Блаженнейшего Диодора, Патриарха Иерусалимского. Какая была тишина! Какая обильная благодать! Все сверкало! Сейчас уже почти ничего не видно - пару раз сверкнет где то, и все...

Матушка Варвара из Пюхтицы один раз приезжала к нам на Рождество, а в другой раз - на Пасху. Отец Пантелеимон - монах с Гроба Господня - очень тепло ко мне относится, дай Бог ему здоровья, - поставил нас в хорошее место. Благодать ощутили несказанную! Все над Кувуклией сверкало. Смотрю: как будто шар какой-то образовался, огнями переливается - и опускается прямо на ее купол, там, где сам Гроб Господень. И тут же ударили в колокол - что Благодатный огонь сошел.

Подготовила Мария Сеньчукова

Фото Юлии Маковейчук

http://www.pravmir.ru/ot-pyuxticy-do-gornej-krest-igumeni-georgii-shhukinoj/

Загрузка...

Организации, запрещенные на территории РФ: «Исламское государство» («ИГИЛ»); Джебхат ан-Нусра (Фронт победы); «Аль-Каида» («База»); «Братья-мусульмане» («Аль-Ихван аль-Муслимун»); «Движение Талибан»; «Священная война» («Аль-Джихад» или «Египетский исламский джихад»); «Исламская группа» («Аль-Гамаа аль-Исламия»); «Асбат аль-Ансар»; «Партия исламского освобождения» («Хизбут-Тахрир аль-Ислами»); «Имарат Кавказ» («Кавказский Эмират»); «Конгресс народов Ичкерии и Дагестана»; «Исламская партия Туркестана» (бывшее «Исламское движение Узбекистана»); «Меджлис крымско-татарского народа»; Международное религиозное объединение «ТаблигиДжамаат»; «Украинская повстанческая армия» (УПА); «Украинская национальная ассамблея – Украинская народная самооборона» (УНА - УНСО); «Тризуб им. Степана Бандеры»; Украинская организация «Братство»; Украинская организация «Правый сектор»; Международное религиозное объединение «АУМ Синрике»; Свидетели Иеговы; «АУМСинрике» (AumShinrikyo, AUM, Aleph); «Национал-большевистская партия»; Движение «Славянский союз»; Движения «Русское национальное единство»; «Движение против нелегальной иммиграции»; Комитет «Нация и Свобода»; Международное общественное движение «Арестантское уголовное единство».

Полный список организаций, запрещенных на территории РФ, см. по ссылкам:
https://minjust.ru/ru/nko/perechen_zapret
http://nac.gov.ru/terroristicheskie-i-ekstremistskie-organizacii-i-materialy.html
https://rg.ru/2019/02/15/spisokterror-dok.html

Иностранные агенты: «Голос Америки»; «Idel.Реалии»; «Кавказ.Реалии»; «Крым.Реалии»; «Телеканал Настоящее Время»; Татаро-башкирская служба Радио Свобода (Azatliq Radiosi); Радио Свободная Европа/Радио Свобода (PCE/PC); «Сибирь.Реалии»; «Фактограф»; «Север.Реалии»; Общество с ограниченной ответственностью «Радио Свободная Европа/Радио Свобода»; Чешское информационное агентство «MEDIUM-ORIENT»; Пономарев Лев Александрович; Савицкая Людмила Алексеевна; Маркелов Сергей Евгеньевич; Камалягин Денис Николаевич; Апахончич Дарья Александровна; «Центр по работе с проблемой насилия "Насилию.нет"»; межрегиональная общественная организация реализации социально-просветительских инициатив и образовательных проектов «Открытый Петербург»; Санкт-Петербургский благотворительный фонд «Гуманитарное действие»; Социально-ориентированная автономная некоммерческая организация содействия профилактике и охране здоровья граждан «Феникс плюс»; автономная некоммерческая организация социально-правовых услуг «Акцент»; некоммерческая организация «Фонд борьбы с коррупцией»; Челябинское региональное диабетическое общественное движение «ВМЕСТЕ»; программно-целевой Благотворительный Фонд «СВЕЧА»; Красноярская региональная общественная организация «Мы против СПИДа»; некоммерческая организация «Фонд защиты прав граждан»; интернет-издание «Медуза».

Списки организаций и лиц, признанных в России иностранными агентами, см. по ссылкам:
https://minjust.gov.ru/ru/documents/7755/
https://ria.ru/20201221/inoagenty-1590270183.html
https://ria.ru/20201225/fbk-1590985640.html

РНЛ работает благодаря вашим пожертвованиям.
Комментарии
Оставлять комментарии незарегистрированным пользователям запрещено,
или зарегистрируйтесь, чтобы продолжить
Введите комментарий
Игуменья Георгия (Щукина)
Все статьи Игуменья Георгия (Щукина)
Инокиня Евгения (Сеньчукова)
Все статьи Инокиня Евгения (Сеньчукова)
Последние комментарии
Белая лихорадка, красная горячка
Новый комментарий от Олег В.
15.05.2021 12:31
«Вакцинация населения - вопрос суверенитета России»
Новый комментарий от Константин В.
15.05.2021 12:05
«Палестинцы не сдались и не сдадутся»
Новый комментарий от Hyuga
15.05.2021 11:41
«Нас заставили забыть свой бытийный статус-пол»
Новый комментарий от Сант
15.05.2021 09:15